Взрослые девочки - Холмс Нэнси - Страница 18

— У нас, кажется, гости.

Райан резко обернулся.

— О Господи, Дельфина!

Дельфина захлопнула дверь и выскочила из квартиры. Она прибежала к себе, все еще не веря увиденному. Это был кошмар, неправда!.. Она налила полный бокал виски и вышла на балкон.

Раздался звонок. Райан звонил в дверь и стучал в нее кулаками.

— Дельфина, открой! Открой немедленно!

Она не отвечала. Она вся дрожала от обиды, слезы ручьем бежали по щекам.

— Дельфина, открой, ради всего святого! Я должен все тебе объяснить! — В голосе его звучало отчаяние.

Она подошла к двери и прислонилась к ней лбом.

— Райан, уходи, — еле слышно произнесла девушка.

— Сейчас я спущусь, вызову управляющего, слесаря с инструментом и заставлю их сломать замок. Я никуда не уйду, понятно? Дельфина, открой дверь! Я никуда не уйду, даже если придется ждать шесть месяцев!

Она сняла цепочку и медленно пошла в спальню. Райан догнал ее у двери, с силой схватил за плечи и развернул лицом к себе. Он был бел как мел.

Дельфина услышала страшный звук и даже не сразу сообразила, что это из ее горла вырвался крик отчаяния. Затем она принялась яростно молотить кулаками по его груди. Ей хотелось только одного: убить человека, которого она так любила и который всего полчаса назад ласкал в постели другую женщину. Она не могла понять, зачем ему это было нужно. Наверное, она никогда этого не поймет. Такая подлость… Ну почему?!

— Зачем ты это сделал? — кричала она. — Зачем? Зачем? Ты хотел мне что-то объяснить? У тебя есть шанс. Говори!

С ней началась истерика. Райан хотел ее удержать, но она вырывалась, и тогда ему пришлось схватить ее действительно сильно и грубо. Он швырнул Дельфину на диван и навалился сверху, не давая подняться.

— Перестань, дорогая, умоляю тебя.

Дельфина лежала на диване, не в состоянии пошевелиться. Глаза его были совсем рядом, но ей казалось, что она уже умерла. Некоторое время она лежала молча, холодная и безучастная. Потом медленно высвободилась, села и посмотрела на него.

— Зачем ты это сделал?

— Я знаю эту женщину много лет. Я к ней очень привязан. Я не люблю ее и никогда не любил, но она очень много для меня сделала. В прошлом. Она часто приходила мне на помощь. Она очень обделена вниманием. — Райан поднялся и зажег сигарету. — Мы стали близки совсем неожиданно. Это произошло летом, когда я приехал в один из ее домов на побережье. Она захотела меня, пришла в мою комнату среди ночи и… Все получилось тепло и по-дружески. Не думаю, что ты поймешь, но лгать тебе не собираюсь.

— Ты ее не любишь? — спросила Дельфина.

— Для меня нет человека дороже тебя, и ты об этом прекрасно знаешь.

Дельфина вдруг почувствовала себя глубоко несчастной. Твердость духа и уверенность в себе пропали, осталось одно отчаяние. «Он унизил и растоптал меня, он даже не считает нужным сказать, что любит меня. Мы с ним как деловые партнеры, нас многое связывает, но при этом он преспокойно спит с другими женщинами». Она снова заплакала.

— Райан, пожалуйста, уходи. В данной ситуации с тобой может остаться только дура или вконец отчаявшаяся женщина. Я ни то и не другое.

— Мы должны быть вместе. Мы должны вместе пережить это. Все пройдет. Я не могу сейчас уехать.

— Рейс на Бостон отменили. Я вылетаю первым утренним.

— Никуда ты не улетаешь, — сказал он, привлекая ее к себе. — Ложись в постель.

— Убирайся прочь, скотина! — завизжала Дельфина. — Недалеко отсюда лежит в кровати разогретая тобой женщина. Возвращайся к ней!

Она вдруг почувствовала, как раскалывается от боли голова, перед глазами заплясали цветные круги.

Райан попытался было снова ее схватить, но Дельфина вырвалась и бросилась в спальню. Лишь бы успеть запереть дверь, а он пусть колотит хоть до утра.

Райан кинулся вдогонку. У самых дверей он толкнул ее, Дельфина потеряла равновесие и упала на кровать. Он набросился на нее как дикий зверь, одним рывком сорвал с нее блузку и юбку. Она пыталась выбраться из кровати, но он ей не позволил.

— Оставь меня в покое, ублюдок! — кричала она, из последних сил пытаясь сопротивляться.

Райан пришел в неистовство. Свободной рукой он смахнул со столика ночную лампу, потом дернул за шнур, и комната погрузилась в темноту. Были слышны лишь их тяжелое дыхание и звуки борьбы.

— Я тебе велел лечь в постель! — прорычал он, прижимая ее к простыням и целуя в шею. — Советую делать то, что говорят. Тебе кажется, что ты разбираешься в любви? Сейчас ты узнаешь много нового.

Дельфина зарыдала. Произошло самое страшное. Она никогда не сможет относиться к нему по-прежнему. Не надо было его впускать. Как ей могло прийти в голову открыть ему дверь? Никто не мог противостоять Райану, когда тот чего-то сильно хотел.

ПАРИЖ

ИЮНЬ 1954 ГОДА

Пьер Балмэн позвонил Кеннету в Стамбул. Возбуждение в его голосе было заразительным.

— Кеннет, твоя девочка творит чудеса! Я не могу больше хранить тайну. Вчера я вывел ее на экскурсию… Знаешь, чем все закончилось? Она сразу же стала звездой. Весь Париж желает знать, кто она такая, хотя мы выезжали всего два раза!

— Подожди, Пьер, — перебил Кеннет, — Баракет должен все это услышать. Дословно. Он вернулся сегодня утром, и ему не терпится узнать, что происходит. Наверное, мы прилетим в Париж сегодня вечером.

— Это настоящая сенсация! Мне ужасно не хочется с ней расставаться, мы успели стать хорошими друзьями. Она нелегко сходится с людьми, но если кому-нибудь поверит…

— Пьер, чуть не забыл. Мы собираемся вернуться в Стамбул на яхте Джорджа Шерилла. Надеюсь, ты подобрал ей что-нибудь для подобного круиза?

— Разумеется, — фыркнул Пьер. — В ее гардеробе есть абсолютно все!

— Баракет считает, что десятидневная поездка будет для Алии хорошим началом. Она получит отличную возможность привыкнуть к людям, другой манере общения. Сам он поехать не сможет, там буду я и несколько близких друзей. К тому же так безопаснее. Мы прибудем в Стамбул за день до свадьбы. Таким образом нам удастся сдержать напор прессы и матери Баракета. Никто не должен иметь ни малейшего представления о том, где находится Алия и кто она такая.

— Узнают, если ты повезешь ее через Монте-Карло. Говорю тебе, она неправдоподобно хороша! Это девушка-хамелеон, только она не сама меняется, а все меняет вокруг себя. Стоит ей войти в комнату, как там становится светлее. Вчера я сказал ей, что вы уезжаете. Видел бы ты, как она обрадовалась. Она работает как одержимая, иногда по шестнадцать часов в день. Все в доме в нее просто влюблены. Все ее защищают. Когда я посылаю утром служанку разбудить Алию, та вначале заваривает для нее турецкий кофе, да и вообще не торопится, чтобы Алия смогла поспать лишних десять минут.

Наконец появился Баракет и взял трубку параллельного телефона. Услышав возбужденный голос Балмэна, он улыбнулся.

— Вчера вечером, — рассказывал тот, — я заказал место в «Тур д'Аржан». Алие я предложил шелковый голубой костюм с бледно-розовой блузкой и розовой фетровой шляпкой с великолепной отделкой. У нее удивительно меняется в этой шляпке лицо. Когда она спустилась в холл, я едва не потерял сознание. Алия не просто элегантна, она загадочна, а это гораздо важнее. Сочетание элегантности и загадочности просто потрясает. Не успели мы пройти от входа к нашему столику, как появился Клод. Вы знаете Клода Терраля — величайшего ценителя женской красоты. Я его с удовольствием немного подразнил. Вначале я его представил, сказал, что вот Клод Терраль, владелец «Тур д'Аржан». Она на него взглянула всего один раз, но ему хватило.

Баракет недовольно завозился. «Неужели ревнует?» — с удивлением подумал Кеннет. Подобного за Баракетом не замечалось.

— Между тем, — продолжал Пьер, — она не флиртовала. Просто она так выглядит. Пришлось объяснять Клоду, что никто его, собственно, не приглашал, что вечер мы проведем без него и так далее. Короче, он ушел, но был крайне недоволен. За ужином все только за нами и наблюдали. Что-то в ней есть особенное. Утром Клод прислал огромный букет цветов. Таких здоровенных букетов я в жизни не видел. При этом он продолжает страшно злиться, потому что никто ничего не может рассказать ему об этой девушке, кроме меня, а я молчу как рыба.