Полночь мира (=Пепел Сколена) - Буркин Павел Витальевич - Страница 160

  - Он же убит вроде?

  - Откуда такие сведения? - усмехнулся Джибран. - Да, он был тяжело ранен, но не убит. Когда грабители ушли, его вынесли из города слуги. Моррест уехал в Хайодр, где и поправился. Я слышал, его выписал ко двору Амори...

  - Да, я...

  - А ты, видно, его подменил. Впрочем, плевать мне, куда ты дел настоящего. И на то, что ты всем наврал. Окажись я... там, откуда ты пришел на самом деле, и я бы врал.

  Морресту пришлось напомнить себе, что живому полагается дышать. Скольких людей он встречал в этом мире, самые проницательные или просто знавшие первого, настоящего Морреста, догадывались, что он - не тот, за кого себя выдает. Но даже Эленбейн ван Эгинар и придворный алхимик короля Амори - те, по чьей милости он тут оказался - не подозревали, что нынешний Моррест вообще не имеет отношения к этому миру. Ни к Сколену, ни к Кетадринии, ни к Алкии. Ни даже к сказочному острову Борэйну. Один-единственный следак сумел вытянуть из него правду... Скорее, полуправду. Интересно, Эленбейн его не траванул?

  - И как по-вашему, откуда я? - усмехнулся Моррест. - Не могу же я сказать, что жрал водку на прогулочном катере, а очнулся на галере. Хорошо хоть, не в качестве гребца.

  - Ну, гребцом ты бы мог оказаться, если бы и сам орудовал веслом, - задумчиво произнес старец, заставив Морреста обмереть. - Но ты пил волшебный напиток, и попал сюда. А тот, кто в это время пил такой же напиток здесь... Эх, не завидую старине Морресту!

  - Но почему?

  - Заклятье работает по принципу противовеса. Как весы. Чтобы одна чаша весов поднялась, на вторую надо положить равный вес. Так и тут. Мир не может отдать свою часть, не взяв у другого мира что-то равноценное.

  - То есть если я снова соберусь побухать... я вернусь обратно? - изумленно спросил Моррест. Неужели все так просто? Приготовь водяру, выхлещи пузырь - и тотчас окажешься в старой доброй РФ? А какой-нибудь алкаш вместо вокзала появится в лесу и еще удивится: "Во вставило-то!" Интересно, а если покурить травку, получится то же самое? То, что еще вчера казалось недостижимым, оказывается, до смешного просто.

  - Не все так просто, молодой человек, - покачал головой старец. - Во-первых, годится не всякий напиток, который вы называете "водкой". Это не просто две части спирта и три - воды. То, что выпили вы, было целиком изготовлено в этом мире, моим младшим братом... Возможно, вы его знали, как придворного алхимика короля Амори.

  - Значит, это вы меня сюда за...чили! - по-русски воскликнул Моррест. Едва ли Джибран понял, скорее, догадался о смысле фразы.

  - Что сделано, то сделано, - спокойно Джибран. - Даже всемогущий и вездесущий Господь Арлаф не в силах заставить идти назад время. Я потерял вас из виду, когда вы бежали из дворца с бастардом Альдином. А снова услышал о тебе уже в Старом Энгольде, на приеме у Валигара. Что было между этими событиями?

  - В двух словах не расскажешь, - уклончиво произнес Моррест, гадая, зачем старцу нужно все это знать.

  - А если не в двух?

  - Тогда так. Мать Альдина убили при побеге. Мы бежали в Валлермайер, потом на границу. По пути познакомились с чернокнижником Хегером.

  - Из Самура?

  - Он самый...

  - Мир поистине тесен... Но я слышал, что Самур поразила чума, а Хегер не стал бы бежать от опасности.

  - Он и не стал, - произнес Моррест. Слова старца разбередили едва затянувшиеся раны. Хегер, Маллия, Альдин, малышка Арелья... Олтана. Они умерли, сражаясь с мором без медикаментов и оборудования - считай, голыми руками. А он остался жить за них всех. И как знать - не предал ли он Олтану, когда связал свою судьбу с Ирминой? А с Эвинной? Олтана, Ирмина и Эвинна... Он никогда не сравнивал их, таких непохожих, но одинаково любимых. Будь все три живы и рядом, он бы не смог предпочесть какую-то одну. Но Кто-то, Кто Наверху, неважно, Арлаф его зовут, Алк Морской или Справедливый Стиглон, избавил его от пытки выбора - и неизбежного отторжения одной из них. - Они все умерли. Понимаете - все! И я бы умер, но... Но почему-то остался жив. Понимаете, эта разновидность чумы не обязательно приводит к смерти.

  - Да, я знаю. Вы могли выжить. Особенно учитывая, откуда вы пришли. Может быть, у вас там знают способ лечить...

  Можно было соврать, но зачем? Все равно он знает главное. Ему можно высказать все, что наболело. Больше - никому. Даже Эвинне.

  - Знают. И лечат. Так вы бы хотели...

  - Что я от тебя хочу - об этом потом, ладно? Дальше что?

  - Когда в город вошли чистильщики, я оттуда уже бежал. В амбаре на окраине оставалось немного зерна, я взял его в дорогу, потому и не умер от голода. Прошел Ведьмин лес...

  - И как, есть там ведьмы?

  - Лес как лес, никакой мистики.

  - Мистика там есть, парень, - нахмурился старик. - Да такая, какая тебе и не снилась. Поверь мне, ни воину, ни магу там не пройти. Ни войску, пусть даже войску магов.

  - А как же...

  - Если человек наступит на молодой лед, он провалится. Но воробей по тому же льду спокойно проскачет, и лед даже не треснет. Ты был один без магии, без оружия, голодный, измученный и надломленный болезнью. Ты не искал ни с кем встречи - скорее, бежал от самого себя и в итоге пришел... к себе же. Сила просто увела тебя в сторону от Руин, где она свила логово в Великую Ночь. Ну, а потом ты вышел к людям, и, поскольку в Сколене о Самурской эпидемии слыхом не слыхивали, тебя никто не заметил. Пришел ты в столицу... А к Императору зачем отправился? На Амори управу искать? Х-ха! Так это же недоказуемо!

  - На него, родимого. Но управу искал не я и не за это. Я лишь сопровождал. Видите ли, я остановился в домишке на окраине, его забросили в Великую Ночь. Я думал отсидеться там, оклематься и начать жизнь сначала, у меня ведь еще Ирмина появилась...

  - Ага. И по странной случайности она на кого-то работала.

  - На алков.

  - Плевать. В любом случае, как только она узнала твое настоящее - для нашего мира - имя, она сдала тебя с потрохами. Да, вот что любовь с некрепкими разумом делает... А дальше что?

  - Три дня спустя ко мне попросилась на постой девушка... Эвинна вана Эгинар. Она рассказала о своих злоключениях - она была Воином Правды, пыталась увещевать алкских дворян не творить зло, но у нее мало что получилось. Раз она сама едва ушла.

  - Эвинна вана Эгинар, - перебил Джибран. - Я слышал, у Морреста ван Вейфеля была рабыня с таким именем... Еще в Тэзаре. После набега она пропала - значит, убежала от хозяина... Ну, и правильно сделала. Дальше ее, похоже, взяли в оборот Воины Правды. Скоты... Она, значит, и возомнила, что ее будут слушать, как ублюдка Эгинара - в смысле, не ее отца, а "святого" императора. А алкам что, у них сила, а сила всегда права. Значит, пошла она жаловаться к Императору, ты тогда решил за компанию поглазеть на повелителя язычников... Словом, появились вы на приеме - и ей-то что, а ты засветился. У Амори в столице шпионов - как блох на бездомной собаке, а убийцу нанять в большом городе не проблема.

  - Эвинна меня спасла, - вскинулся Моррест. Его покоробил бесцеремонный тон старца.

  - Но если б не она, ты бы так и не засветился. А может быть, ты тут и правда ни при чем: если я не ошибаюсь, она могла достать свое храмовое начальство уже тогда. Словом, пришлось вам, не дожидаясь императорского решения, убираться из столицы. Впрочем, Валигар все равно не стал бы ссориться с Амори. Ладно, что дальше?

  - Мы взяли лодку и спустились до Дельты. Эвинна хотела посоветоваться с одним жрецом... Тот убеждал ее сдать меня алкам, а самой остаться у него. Она не согласилась.

  - Да, судя по всему, неплохая девчонка. Хоть и наивная, но лучше старой жирной сволочи вроде этих жрецов. У нее хоть есть вера и честь. Ну, продолжай, продолжай. И не обращай на мое ворчание внимания. Это так, старческое. Как-никак, я родился в один год с Арангуром Третьим.

  - Потом мы прибыли в Эллиль, чтобы отплыть в Валлей морем. Но нас схватили работорговцы, продали в Алкрифе Алкину де Гевину. На корабле она освободилась и помогла освободиться гребцам-сколенцам. Потом мы захватили остров.