Полночь мира (=Пепел Сколена) - Буркин Павел Витальевич - Страница 3

  Сложнее оказалось выполнить Нинино предложение: порой они собирались вместе, и тогда до ночи сидели над каким-нибудь фрагментом. Например, над этим, где Эвинна возвращается на пепелище родной деревни и видит вокруг только снега, мертвый шелест камыша - и потерявшийся в развалинах меч. Увы, в первоначальном виде этот фрагмент годился только на растопку или в туалет. И без Нины, у которой оказалось поразительное чутье языка, ничего бы у него не получилось. Ничего, ведь на обложке можно поставить и два имени.

  Ну что за: "их легко было обходить"? Лучше короче - "нетрудно обойти". "Потому" - выбрасываем. Так короче, а значит, легче воспринимается. "Выискивая места помельче" - тоже непорядок, да и в чем выражается "зловещесть" топей? Давай-ка напишем так: "Эвинна пошла напрямик, через топи". Фраза не утяжелена деепричастным оборотом, воспринимается целиком. Дальше вроде ничего, но одно "и" лучше убрать. Запятая выгоднее. "Тяжелые" меняем на "свинцово-серые". Как облака могут быть тяжелыми, это же облака! А дальше... В итоге получилось вот что.

  "Болота замерзли, лишь кое-где чернели полыньи, но их нетрудно обойти. Эвинна пошла напрямик, болота встретили ее тишиной, кратким и хмурым зимним днем. Тяжелые облака неслись по небу, в них не было ни малейшего просвета. Выл ветер в далеких елях, их уже скрадывали ранние сумерки. Бурый мерзлый камыш уныло шелестит, чуть слышно скрипит под ногами снег. Вокруг ни души, не видно даже звериных следов. Грустный, покинутый всеми мир, словно впавший в предсмертную кому..."

  - Нин, по-моему, что-то все равно не так.

  - Что же, о ценитель изящной словесности? - поинтересовалась женщина.

  - Ну... Не знаю... Знаешь, дело не в стилистике даже - это поправимо, надо просто на свежую голову и повнимательнее вычитать. Хуже другое. По-моему, с этой героиней без страха и упрека мы открываем велосипед.

  - И правда, у нас что не роман в стиле фэнтэзи, то дева-воительница. Но ты-то что предлагаешь?

  Миша задумался. "Девушка, шагнувшая в бессмертие, что осталась с нами навсегда..." Гремучая смесь Жанны д`Арк, Пугачева и "Овода" Войнич. Трафаретная героиня без страха и упрека, погибшая за свободу родины. И такой же трафаретный злодей, король алков Амори. И добрый, но лоховатый мальчик Альдин. Как-то непохож он на сына всемогущего короля...

  Итак, по порядку. В некоем мире - то ли на огромном острове, то ли на маленьком материке - издревле существовала Сколенская империя. К северу от ее границ жили племена варваров, которых сколенцы с обычной имперской спесью называли "людьми в шкурах". Век за веком Империя расширяла свои владения, порой отражала нашествия, но чаще громила "людей в шкурах" на их же земле. Где-то за полвека до времен Эвинны она поглотила почти весь материк, и, казалось, наконец-то настанет истинный золотой век, время без войн и конфликтов. Не тут-то было. У всех империй, от Древнего Египта до СССР, одна судьба: если они перестают расти - вскоре начинают загнивать, а потом распадаться. А если процесс ускорит глобальная катастрофа, сопоставимая лишь с ядерной бойней...

  Вулканическая активность на далеких северных островах привела к грандиозным выбросам в атмосферу - наверное, счет пошел на сотни кубических километров вулканического пепла, породы и пара. Они основательно загрязнили атмосферу мира "Сказания", создав эффект "ядерной зимы", только без радиации. Возможно? Почему, собственно, нет? Геологам известно, что ледниковые периоды наступали резко, буквально в несколько лет, а длились десятки тысячелетий. Механизм их возникновения, считай, не изучен, есть "вулканическая" версия, так что... Или в землю на тех же островах врезался астероид? Возможно и такое: острова были безлюдны и не исследованы, значит, свидетелей не было.

  По нашим понятиям, где-то в конце мая, на Сколен обрушилась многосуточная ночь с морозами, погубившими засеянные поля. На следующий год атмосфера еще не очистилась, и лето снова не наступило. В последующие тридцать лет климат стал холоднее и суше, с морозными, малоснежными зимами, неярким солнцем и блеклой листвой. Голубизна неба поблекла от сажи, пыли и пара.

  Но нас интересует все же не листва, а люди. Повлияли на них два погибших урожая? А то нет! Сначала голод поразил северян, у которых не было государственных зернохранилищ. Он поднял их в атаку на пограничные валы Империи. В Сколене вершился свой кошмар: запасы кончились в первый же год, с голоду солдаты стали бунтовать и дезертировать. Страну затопили шайки вооруженных мародеров, везде вспыхивали голодные бунты, ну, а спекулянты, припрятавшие зерно, добавляли хаоса. В этот-то момент приспела вторая, главная волна северян. На сей раз они смяли кордоны и растеклись по стране, грабя, насилуя и убивая. И горели города, пустели деревни, люди уходили в леса и болота. Возможно, были и землетрясения - иначе отчего варвары без осадной техники брали укрепленные города?

  Беда промчалась - но до конца не отступила. Урожаи упали в разы, зерна стало хватать лишь на самих крестьян - из-под Империи выбивался экономический фундамент. Костлявая рука голода смыкалась на горле городов с их наукой, ремеслом, искусством и культурой, голод покончил с многочисленной армией и бюрократией. Хуже всего было то, что центр Империи пострадал куда больше национальных окраин. А в этих провинциях как раз подросли способные и амбициозные вожди...

  Первым стал Амори, наместник Империи в Алкской земле. Молодой, энергичный, он наплевал на завещание отца, требовавшего сохранять верность Империи, и объявил себя независимым королем. Алки его поддержали: кому охота делиться зерном и золотом с голодной, бессильной страной? У Сколена не нашлось ни сил на усмирение мятежа, ни толкового правителя, способного это сделать. Тем более, что Амори принадлежал к господствующему дому Харванидов, воевать с родичем никому особо не хотелось. Отделение прошло тихо и незаметно, как чисто административное мероприятие. Потом, конечно, не обошлось и без этнических чисток...

  Амори сделал правильные выводы: на следующий год, поскребя по закромам, сколотил войско. Совсем небольшое - по нашим понятиям меньше батальона, но когда он напал на соседнюю провинцию, землю халгов, ему снова не оказали сопротивления. Через год пришел черед еще одного народа - белхалгов. Образовавшаяся страна объединяла три наименее пострадавшие провинции, и до катастрофы самые богатые и многолюдные, а уж теперь...

  Теперь у него была сильная армия и флот. Но было ясно: если не разрушить Империю, рано или поздно она нанесет ответный удар. И Амори двигает войска в Верхний Сколен - сердце Империи и одновременно мостик, соединяющий столицу и Север.

  Здесь уже не получалось делать вид, что так и должно быть. Алки грабили людей в сердце страны, в полумесяце пути от столицы: император просто вынужден был дать отпор. Но войско возглавил его племянник, сговорившийся с Амори о помощи в борьбе за престол. В качестве платы императорский родич сыграл своей армией в поддавки.

  Разгром был полный: рыцари бежали в самом начале, почему и избежали немедленной кары победителей. Разве что некоторые, подвинутые на патриотизме... А вот ополчение полегло целиком - из восьмисот человек уцелело семеро. В числе павших был отец главной героини, сотник Эгинар. В результате Амори выиграл королевство, а император Арднар проиграл Империю. Северные племена одно за другим объявляли о своей независимости, местные ветви Харванидов утверждались у власти. Наступал золотой век правящего дома - увы, для простых людей он золотым не был. В Верхнем Сколене Амори установил жестокую тиранию, опираясь на алкских рыцарей и перешедших на его сторону сколенских. От невыносимых поборов и унижений люди бежали в леса, но никто не рисковал выступать в открытую. До Эвинны, прозванной Верхнесколенской.