Дорога в бесконечность - Суренова Юлиана - Страница 135

-Не жди от меня советов. Их нет. Все, что я могу, это поддержать тебя, когда тебе будет нужна моя помощь, принять твое решение, даже если оно будет казаться мне ошибочным, и попытаться помирить с самой собой, когда тебе будет хотеться выцарапать собственные глаза и вырвать волосы...

Эти его слова заставили Айю фыркнуть, рассмеявшись. Беспокойство начало постепенно покидать ее душу. Шамаш же продолжал:

-А все остальное... С самой собой сможешь справиться только ты сама.

-Это будет нелегко. Я-то себя знаю! - она была готова перевести все в шутку, однако в будущем было кое-что еще, не позволявшее ей взглянуть в его глаза с улыбкой. - Нам придется вернуться в мир богов?

-Ты не хочешь? - он давно понял это, просто ждал, что она преодолеет свой страх и передумает, но этого не случилось.

-Только не сейчас! - Мати испуганно виновато взглянула на повелителя небес. - Я не могу! Не так сразу! Я не готова...!

В какое-то мгновение она представила себе, что правда открылась, все узнали, что на самом деле она - богиня, и стали ей поклоняться... Стоило ей представить отца, дядю Евсея, Лиса с Линой, этого гордеца Ри и подругу Сати на коленях, как Айя чуть было не рассмеялась, таким невероятно забавным ей показалось это зрелище. Но очень скоро веселье сменилась грустью - она не хотела этого! Ни за что! Ей нужно было, чтобы эти люди видели в ней беззащитную девочку, питая ее молодость и даруя новые, неведомые силы своей искренней любовью.

-Ведь моя земная жизнь еще не завершилась, - робко глядя на Шамаша, продолжала она. - А в ней Атен - мой отец. Мое людское тело, в которое я продолжаю облачаться - плоть от плоти этого караванщика. Он - человек, вырастивший меня, любящий и заботящийся обо мне, как никто другой. А, главное, я хочу, чтобы он считал меня своей маленькой дочкой! И, вообще... Помнишь, когда-то, видя твое нежелание быть богом этого мира, Лигрен говорил: "Ты тот, кем хочешь быть." Я ведь тоже могу быть той, кем хочу, правда? А я хочу быть человеком! Во всяком случае, пока не пойму, что такое быть богиней!

-Но однажды нам придется уйти.

-Конечно, я знаю! И... Шамаш, я всего лишь хочу подготовиться к этому шагу, прежде чем совершу его!

-Что ж... - он не собирался спорить с ней, хотя, если бы захотел, смог бы ее переубедить.

-Я знаю, - она взглянула на него с нескрываемой грустью, - что очень о многом тебя прошу. И дело даже не в той боли, что постоянно испытывает твое людское тело, которое тебе придется сохранить, чтобы и дальше быть рядом со мной... Ну, если я останусь в караване... Несмотря ни на что, это будет обман. Мне придется обманывать смертных, да и не только их... А тебе - меня покрывать...

-Твоя тайна принадлежит только тебе. Истина и ложь не имеют к ней никакого отношения.

-И, все же... - эта мысль продолжала мучить ее, не давая покоя. - Я не хочу от тебя таких жертв!

-Отдавать что-то любимому легко.

-Куда легче, чем брать, - она не просто поняла это, но прочувствовала всеми фибрами своей души. И мотнула головой: - Ладно, оставим... Это была глупая идея... - она нервно бросала слова, словно ветер пригоршни снега, а в ее глазах таяли льдинки слез. - Не надо ничего... Все равно не получится... Ладно... Может быть, все как-нибудь само образуется, - она вся как-то напряглась, чувствуя, что в любой миг готова разрыдаться от собственной беспомощности.

Прикосновение огненно-горячих и, одновременно, жгуче-ледяных пальцев бога солнца к ее, казалось, онемевшей ладони, заставило Айю вздрогнуть.

-Не отказывайся от себя, - Шамаш глядел ей в глаза, пронзая взглядом насквозь, до самой души. - Нет ничего хуже, чем потеряться в тот миг, когда пытаешься себя найти.

-Я знаю... - всхлипывая, пролепетала девушка. - Но... - в ее глазах было отчаяние. И, в тот же миг - решимость. Она была готова на все, лишь бы из-за нее Шамашу не пришлось отказываться от себя.

-И не отталкивай меня, - словно прочтя ее мысли, продолжал тот. - Поверь: мне нужно помогать другим куда больше, чем им - моя помощь. Потому что это - то единственное, почему, ради чего я существую, не просто цель жизни, но она сама.

Айя хотела что-то сказать, возразить... Но не стала. Кем бы она ни была, маленькой смертной или могущественной богиней, ей не хотелось становиться огромным деревом, защищавшим всю землю от бед и снегопадов. Куда лучше она чувствовала себя в образе маленького куста, которому было так легко и беззаботно под густой кроной своего защитника.

-Значит... - робко заглянула она ему в глаза.

-Если ты хочешь остаться в караване, мы так и сделаем. И будем идти в нем до тех пор, пока ты не решишь, что пришла пора перемен. Если ты хочешь, чтобы наши смертные спутники воспринимали тебя, как смертную, они и не помыслят о другом, до тех пор, пока ты сама не откроешь им свою истинную природу...

-Спасибо, - Айя прижалась к нему, успокаиваясь, не видя для себя ничего более надежного его защиты. - А знаешь что будет сложнее всего? - задумчиво проговорила она, закручивая на палец прядку длинных молочно-белых волос.

-Что?

-Преодолеть искушение рассказать все отцу, случайно не проболтаться дяде Евсею, не похвастаться Сати, а, главное, не заморозить кого-нибудь из разозливших меня особенно сильно.

-Но это многому научит тебя.

-Чему, например?

-Терпению.

-Да... Оно мне пригодиться... - умолкнув, Айя закрыла глаза и замерла, наслаждаясь покоем и неповторимой, звенящей тишиной, окружившей застывший посреди пустыни караван. Золотые волки охраняли его от диких зверей. Ветра, не осмеливавшиеся приближаться к повозкам, невидимыми стражами кружили на границе горизонта, поднимая столбом снега, занося все дороги, не позволяя непрошеным гостям приблизиться и на шаг к повелительнице пустыни. Но, как слуги ни старались, на душе у их госпожи не было покоя.

-Шамаш... - она осторожно тронула его руку.

-Что, милая? - бог солнца тотчас открыл глаза, вопросительно взглянул на нее.

-Люди каравана... С ними ведь все будет в порядке?

-А что такое? - он нахмурился, насторожившись. - Я думал, они в безопасности.

-Да, конечно, - поспешно закивала Айя, - сейчас - да.

-Они все еще спят?

Повелительница сновидений тяжело вздохнула, чуть наклонив голову:

-В этом-то все и дело... Я... Я не хотела их будить, пока не поговорю с тобой. Там, в Курунфе ты сказал, что я поступила неправильно, усыпив их.

-Возможно, это был и не лучший путь. Но к чему говорить о сделанном сейчас, когда уже ничего не изменишь?

Она, прикусив губу, несколько мгновений смотрела на него, после чего тихо спросила: -И все-таки? - а потом заговорила быстро, не давая ему и рта открыть: - Шамаш, мне очень многому придется заново учиться. Потому что я стала другой и... Как я пойму, правильно выучила урок или нет, не зная, какие допустила ошибки и почему?

-Бывают случаи, когда очень трудно понять, кто прав, а кто нет, - медленно проговорил Шамаш. - Возможно, это я ошибаюсь.

-Ты никогда не ошибаешься... Шамаш, Курунф - это частица мира сновидений, верно? Он - только сон, - ей-то казалось, что все в точности так же, как в тот, прошлый раз, когда повелитель небес спас ее, девочку, решившую поиграть в прятки с неведомым ей богом сновидений. Обычное повторение. Нет, конечно, у нее не было той власти над временем, которая позволила Шамашу не просто обратить один сон другим, но вернуть время вспять, однако в остальном... - Память - это нечто такое... непостоянное... Тем более - память снов. Ведь часто бывает... Ну, что сны забываются. Тогда смертные думают, что им ничего и не снилось. Конечно, это обидно - не помнить, но... В этом ведь нет ничего страшного... Забыл - и забыл. Можно жить дальше...Шамаш....А, Шамаш, это так ведь, да?

-Наверное.

-Ты не согласен со мной?

-Я не знаю. Сон - не моя стихия. Если ты считаешь...

-Я?! - удивленная, она воззрилась на него. - Да кто я такая, чтобы...

-Повелительница сновидений.