Поверь и полюби - Кэлмен Хизер - Страница 36

– Скажи, Пэнси, а есть ли хотя бы доля правды в этой болтовне? – ответила она вопросом на вопрос.

Пэнси, продолжая полировать очередной нож, утвердительно кивнула.

– Джон любит мисс Стюарт почти двадцать пять лет и только два или три года назад добился взаимности.

– Двадцать пять лет! – в изумлении воскликнула Софи, пораженная не столько нежными чувствами Джона, сколько солидным возрастом личной горничной маркизы. – Неужели мисс Стюарт служит у маркизы так давно? Двадцать пять лет!

– Вовсе не двадцать пять! Да будет тебе известно, в этом году исполняется тридцать два года с тех пор, как мисс Стюарт впервые появилась у нас в доме и сразу стала личной горничной маркизы. Они знакомы с той поры, когда наша хозяйка еще была невестой лорда Бересфорда. Впрочем, сейчас мисс Стюарт практически не исполняет обязанностей горничной. Ее скорее можно считать компаньонкой маркизы. Кстати, ты еще с ней не знакома?

Софи отрицательно покачала головой:

– Даже ни разу не видела.

– Неудивительно. Сейчас у нее очень много дел из-за болезни маркизы, приходится чуть ли не целыми днями сидеть у постели хозяйки. Ни на что другое времени просто не остается, так что понятно, почему вы еще не встретились.

– Мне кажется, мисс Стюарт очень предана маркизе.

– Да, это так. У нее мягкое, доброе сердце. И никакая она не чванливая! Фэнси просто врет! Например, ей очень понравилось, как я стираю кружевные оборки на платьях. Она сказала об этом маркизе и попросила для меня прибавки к жалованью. Хозяйка тут же согласилась. Я искренне рада, что она, наконец, обратила внимание на Джона. Он прекрасный человек и может сделать мисс Стюарт счастливой!

– А почему она так долго не замечала Джона?

– Видишь ли, мисс Стюарт можно пожалеть. Когда-то давно, почти тридцать лет назад, она полюбила одного моряка, но он утонул в море. Это разбило ее сердце. Мисс Стюарт страдала и плакала чуть ли не двадцать лет и оставалась ему верна даже после гибели, а потому не обращала внимания ни на одного мужчину.

– Но Джон, стало быть, продолжал надеяться? Наверное, он очень любил мисс Стюарт?

– Да. Я слышала, что восемь лет назад ему предложили место дворецкого в одном очень богатом доме, но он отказался, потому что хотел быть рядом с ней. Ведь Джон – первый слуга маркизы, а потому имеет возможность часто встречаться с мисс Стюарт.

– Как хочется, чтобы их история имела счастливое продолжение! – вздохнула Софи. – Будет несправедливо, если столь преданная любовь Джона не получит достойной награды.

– Уверена, что так и будет. В следующем году они намерены пожениться, купить таверну и открыть свое дело.

В этот момент дверь кухни открылась и на пороге появилась пожилая, очень худая женщина с усталыми глазами и сильно поседевшей головой. Пэнси мгновенно умолкла и шепнула на ухо Софи:

– Вот она. Легка на помине!

Софи очень захотелось рассмотреть поближе личную горничную маркизы. Сделав вид, будто ей понадобилась чистая тряпка, она встала и подошла к стоявшему совсем рядом с дверью сундуку, где таковые хранились. Открыв крышку, Софи принялась рыться в нем, искоса поглядывая на мисс Стюарт.

Чем дольше Софи изучала ее, тем больше удивлялась. Она спрашивала себя: что побудило Джона Уилфорда столько лет добиваться расположения этой дамы? Право же, в ней не было абсолютно ничего примечательного! Сморщенное лицо, тусклые глаза под толстыми стеклами очков, какие-то расплывчатые черты, которые невозможно запомнить… Софи подумала, что за всю свою жизнь она еще не встречала такой непривлекательной женщины. И все же… все же…

Порывшись еще некоторое время в сундуке, Софи вновь подняла голову, чтобы повнимательнее изучить предмет страсти Джона Уилфорда. На этот раз она до неприличия долго смотрела мисс Стюарт чуть ли не прямо в лицо. И заметила нечто такое, что ускользнуло от ее внимания несколько минут назад. Лицо личной горничной маркизы теперь показалось Софи открытым, мягким и очень добрым.

Мисс Стюарт улыбнулась и мгновенно преобразилась. Софи почти физически почувствовала исходящее от этой женщины тепло. Глаза перестали быть тусклыми, загорелись живым, озорным огоньком и стали на редкость красивыми. Они притягивали к себе как магнит.

Только теперь Софи поняла, почему такой милый, умный и порядочный человек, как Джон Уилфорд, полюбил эту женщину. Он разглядел в ней главное: прекрасную, добрую душу и внутреннюю красоту.

– Джон сказал, что меня удостоили чести сегодня поработать с вами, миссис Хиггинс, – обратилась мисс Стюарт к Кук.

Софи впервые услышала, как зовут повариху. Оказывается – Хиггинс, а Кук – просто прозвище… «Кук» означает «повар». Вот почему все ее так звали!

Миссис Хиггинс так растрогалась от нормального человеческого обращения, что раскраснелась и, что было ей совершенно несвойственно, заулыбалась…

– Да, мисс Стюарт, – сказала она. – Мне нужно, чтобы вы перевели с французского один кулинарный рецепт.

– С превеликим удовольствием, – согласилась мисс Стюарт, ответив ей милой улыбкой.

Мисс Хиггинс, в свою очередь, улыбнулась еще лучезарнее, продемонстрировав свои великолепные ровные зубы, и вручила личной горничной маркизы рецепт приготовления французского супа.

Мисс Стюарт сняла очки, протерла глаза и вновь надела. После чего принялась за перевод.

– Это какое-то специфическое французское блюдо. Похоже, суп из осетрины. Минутку, сейчас постараюсь перевести поточнее. Что-то в последнее время я стала плохо видеть.

– Мисс Стюарт, – встряла в разговор Фэнси, – а почему бы вам не попросить о помощи. Скажите, пожалуйста – нашу новую служанку? Говорят, что ее отец – не то граф, не то барон.

И она указала глазами на Софи.

– Вы читаете по-французски, мисс… мисс Скажите, Пожалуйста?

По недоверчивому выражению, появившемуся на лице мисс Стюарт, стало очевидно, что она не поверила в способности простой поденной служанки. Софи поняла: если сейчас не проявить себя, то вся прислуга в доме начнет ее презирать, а разговоры о знатном происхождении новой служанки будут объявлены вздорными слухами, которые она сама якобы и распускает.

– Конечно, Фэнси, я с радостью помогу, – согласилась Софи, протягивая руку за рецептом. – Мне будет особенно приятно оказать подобную услугу мисс Стюарт. Кстати, мисс Стюарт, нет ничего удивительного в том, что ваши глаза стали хуже видеть. Сколько же ночей можно не спать у постели больной маркизы! Но ведь сегодня вы чувствуете себя получше, не правда ли? Иначе не пришли бы сюда.

Губы мисс Стюарт сложились в самую очаровательную улыбку, какую Софи когда-либо доводилось видеть.

– Да, вы правы. Мне сегодня стало легче. Я вам очень благодарна за такое внимание, мисс…

– Бартон.

– Большое спасибо, мисс Бартон. Фэнси сейчас сказала, что ваш отец – барон. Это действительно так?

– Да, – утвердительно кивнула Софи. – Но несколько педель назад счастье ему изменило и он разорился.

– Поэтому вы и согласились здесь работать?

– Да.

– Бедное дитя! Вам, наверное, сейчас ужасно тяжело.

– Вы не ошиблись, мисс Стюарт, – призналась Софи, сердце которой таяло от благодарности к этой доброй женщине.

Мисс Стюарт снова улыбнулась:

– А что вы еще умеете делать, кроме как читать на французском?

– У меня, право, нет никаких особых достоинств, помимо образования, полученного в Бате.

– Понятно. Но там вас, наверное, готовили к тому, чтобы стать светской леди? Конечно, знакомили с искусством, живописью, музыкой… Так ведь?

– Так.

– Простите, не вы ли на прошлой неделе так искусно починили платье маркизы?

– Я.

– Значит, вы – прекрасная портниха! И если все другие ваши способности столь же неординарны, то вы, несомненно, сумеете найти себя в этой жизни.

– Простите, мисс Стюарт, – вмешалась в разговор Кук, – но у меня мало времени. Боюсь, что не успею приготовить обед. Будьте добры, переведите этот рецепт!

– Конечно. Но мне кажется, что это лучше сделает мисс Бартон. Так?