Поверь и полюби - Кэлмен Хизер - Страница 38

– Вы, я вижу, намерены выудить в наших окрестностях всю рыбу! – пошутил маркиз. – Оставьте нам хоть немного!

– Оставлю, оставлю! – пообещал Брамбли. – Вы же знаете, что я регулярно приезжаю сюда порыбачить. Но меньше рыбы здесь не становится. Ну, пойдемте в дом?

– Конечно, Брамбли, – кивнул ему маркиз. – Однако вы уверены, что по дороге ничего не потеряли? Или забыли у себя дома?

На лице Брамбли появилось беспокойное выражение.

– Потерял? Вроде бы все на месте. Ах да! Мой новый спиннинг, который я неделю назад купил в Лондоне! Действительно, я забыл его привезти. А жаль! Рыба на него так и кидается!

– А еще? – ехидно улыбнувшись, спросил маркиз.

– Еще? Что еще?

И Брамбли почесал затылок.

– Вроде все…

– Неужели? Вы же обещали нам привезти Минерву. Или я ошибаюсь?

– Минерву? – На лице гостя появилось выражение замешательства, но тут же он хлопнул себя ладонью по лбу. – Боже мой! Конечно! Я обещал приехать со своей Майской Мухой!

– Майской Мухой?! – переспросил Николас, ничего не понимая, и с недоумением посмотрел на отца. Тот рассмеялся.

– Видишь ли, Колин, Майской Мухой мистер Брамбли зовет свою дочь Минерву. А почему – он тебе сам расскажет!

– Ах, верно! Ведь Колин еще не знает. Дело в том, что «майской мухой» называют искусственную наживку. Когда моя дочь была еще совсем малюткой, я делал «майских мух» из ее нежных волосиков, поскольку заметил, что на «мух» из человеческого волоса рыба клюет гораздо охотнее, чем на меховых. Правда, в последнее время клев стал заметно хуже… Так вы хотите видеть мою дочь?

– Несомненно.

– Майская Муха! Где ты? Тебя ждут!

В следующий момент в окошке кареты появилась миниатюрная женская головка, лицо которой прикрывала широкополая шляпа. Брамбли махнул рукой:

– Выходи. Не заставляй нас попусту тратить время!

Николас, всегда отличавшийся прекрасными манерами и учтивостью, подошел к карете и остановился, ожидая, пока слуга откроет дверцу. Женская головка тут же исчезла из окошка. Но дверца оставалась закрытой, и никто, похоже, не собирался ее открывать. Николас нахмурился и огляделся по сторонам в поисках кого-нибудь из слуг Брамбли. Но увидел одного старика Генри, производившего впечатление человека, находящегося в состоянии глубочайшего шока. Линдхерст начал подозревать, что у Мэйхью вообще нет слуг. Вернее, их не стало после помешательства мистера Брамбли на рыбной ловле. Впрочем, возможно, им просто не хватило места: буквально каждый сантиметр в экипаже, в багажниках и даже на облучке возницы был занят всевозможными рыболовными снастями.

Поскольку Брамбли с дочерью приехали значительно раньше назначенного часа, все слуги Хоксбери еще только начали переодеваться для торжественной встречи гостей. Так или иначе, но поблизости не оказалось никого, и Николас понял, что все придется делать самому.

– Мисс Мэйхью? – громко произнес он, не решаясь открыть дверцу без предупреждения. – Разрешите вам помочь?

Из глубины кареты донесся какой-то странный скрипучий звук. Восприняв его как положительный ответ, Николас опустил на землю ступеньки и открыл дверцу экипажа, уже приготовившись столкнуться с чем-нибудь непредсказуемым.

Заглянув внутрь кареты, Николас увидел какое-то существо, ползавшее по полу и что-то пытавшееся отыскать в темноте. Он с ужасом понял, что это и есть мисс Мэйхью.

Увидев его голову, Мэйхью покраснела и вдруг разразилась громким смехом.

– Я уронила б-баночку с ч-червяками, когда к-карета резко остан-новилась! – заикаясь сказала она. – Вот, одного у-удалось отыскать!

Мэйхью вытянула руку и поболтала перед самым носом Николаса отвратительным шевелящимся слизняком.

Линдхерст заметил темный слой грязи под ее ногтями. Видимо, мисс Мэйхью выкапывала червяков руками для своего родителя, который нанизывал их на рыболовные крючки. Николасу стало не по себе, но все же он сделал над собой усилие и не совсем внятно пробормотал:

– Я сейчас позову слуг, чтобы они переловили ваших червяков. А вы пока сможете освежиться после дороги.

Последняя фраза прозвучала с некоторой долей иронии. Мэйхью испуганно посмотрела на Николаса, как будто он собирался поджечь экипаж вместе с ней.

– О нет! О-они не с-смогут ж-ждать! 3-здесь так д-душ-но! Они у-умрут! О-обязательно у-умрут! – Она замотала головой, причем так энергично, что ее широкополая шляпа упала на пол кареты.

С чувством некоторой брезгливости Николас заметил, что волосы мисс Мэйхью также неплохо было бы освежить. А еще – вымыть руки и почистить одежду. Очевидно, в этом же платье она сопровождала отца и на рыбную ловлю. Боже! И Брамбли еще сетует на то, что клев стал хуже! Да рыба, наверное, в ужасе расплывается в разные стороны, завидев подобное пугало на берегу!

С трудом удерживаясь от саркастической улыбки, Николас сказал по возможности теплым и доброжелательным тоном:

– Если эти червяки умрут, то я прикажу накопать вам новых. Таких же жирных.

Мэйхью снова затрясла головой:

– Нет. Это о-особенные червяки. Они в-водятся только р-рядом с о-озером Ф-форбай. Там – л-лучшая р-ры-балка в А-англии! М-мы с п-папой остановимся н-на обратном пути и н-накопаем их. А в будущем м-мы х-хотим н-на-чать р-разводить их у н-нас на рыболовной ф-ферме.

– У вас есть… рыболовная ферма?

Мэйхью утвердительно кивнула, затем наклонилась, подобрала еще одного червяка и бросила его в небольшую корзинку с мокрым песком.

– Мы с-сделаем н-нашу ферму л-лучшей в А-англии!

– Серьезно?

Николас тут же пожалел о своей реплике, потому что гостья начала подробно расписывать планы создания своей суперфермы со всеми мельчайшими подробностями. Правда, это дало Линдхерсту дополнительную возможность получше рассмотреть предполагаемую невесту.

Глаза мисс Мэйхью были светло-голубыми, если не сказать – водянистыми, но большими и необычно красивыми по очертаниям. Нос? Довольно симпатичный, хотя чуть коротковатый, со слегка вздернутым кончиком. Губы? Почти красивые. Небольшой ротик несколько портили выдававшиеся вперед верхние зубы. Что же касается цвета лица, то к нему больше всего подходил эпитет «неудачный». Николас подумал, что девушка должна больше следить за сохранением нежности и мягкости своей кожи, не давать ей так огрубеть, став почти коричневой. Он отметил также абсолютно безвольный подбородок.

В целом же внешность мисс Мэйхью показалась лорду самой что ни на есть заурядной…

И все же Линдхерста подкупила доверчивость и простота в общении – качества, редко встречающиеся у современных девушек.

Было похоже, что мисс Мэйхью не собиралась выходить из кареты. Рассказав Николасу все о будущей «самой лучшей в Англии» рыболовной ферме, она тут же заговорила о целебных свойствах лечебных пиявок. И вдруг, умолкнув на полуслове, воскликнула:

– Ой! Смотрите! Он мертвый! Задохнулся в этой жарище!

Мэйхью наклонилась и подобрала с пола огромного жирного червя, не подававшего никаких признаков жизни. Губы ее затряслись, и она громко запричитала:

– Го-осподи! За ч-что т-такое н-наказание?! К-какая прекрасная р-рыба м-могла бы н-на него к-клюнуть!

Не зная, утешать девушку или оставить без внимания ее идиотские страдания, Николас беспомощно посмотрел по сторонам в надежде позвать Брамбли на помощь. Но тот уже ушел в дом вместе с маркизом. Линдхерст тяжело вздохнул, не зная, что делать дальше.

Наконец, он решил попытаться выманить мисс Мэйхью из кареты, но сначала надо было вернуть шевелящихся на полу отвратительных существ в корзину с мокрым песком. Без этого она не собиралась двигаться с места.

– Может быть, нам стоит сейчас подобрать все ваше ползучее стадо и вернуть в корзину, чтобы остальных не постигла та же участь? – спросил он.

– Д-да? А в-вы хотите м-мне п-помочь?

– Естественно. Каждый джентльмен обязан помогать дамам.

– Х-хорошо…

Мисс Мэйхью с сомнением посмотрела на Линдхерста, явно не решаясь доверить ему столь тонкое дело. К тому же где гарантия, что этот совершенно незнакомый ей человек не украдет пару-другую драгоценных червяков?