Мастер сновидений - Ниоткудина Алинна - Страница 194

И тут бумаги… Нигде от канцелярщины не спрятаться!

Завтрак быстро закончился, не успела я встать, как появилась девушка–оборотень и стала собирать посуду, а вслед за ней появился местный старейшина с еще одним оборотнем, который тащил сундук.

— Доброе утро, госпожа, как почевалось?

— Спасибо, хорошо.

— Я позволил себе приготовить для вашего ознакомления некоторые бумаги… — как разошелся–то, приходится прервать.

— Уважаемый Каннор Ланк, нельзя ли отложить все это на немного? Моей подруге необходимо срочно попасть к Хозяйке. — Добавляю в голос немного металла. — Я вчера, кажется, просила Вас договориться о нашем визите к ней?

— Да, конечно, я договорился, Хозяйка готова принять вас в любое удобное для Вас время. Но, она просила, чтобы сперва к ней пришли девушка и юноша, а вы можете ее навестить в любое другое время… Так будет удобнее для них и для Вас.

Ишь, как завернул! Они без меня пойдут к пау… к Хозяйке, а я тут буду бумаги разбирать…. Хотя, с другой стороны, мне надо выполнять свой долг перед подданными, а Торкане надо лечиться. Это наверняка долго, а что надо Хозяйке от Одрика вообще непонятно, но что–то надо… Может быть, я буду лишней при их беседе? Я никуда не тороплюсь, могу и подождать.

— Каннор Ланк, в таком случае, организуйте для них сопровождение, что бы их проводили туда и обратно, а если это далеко, то их надо довезти. Девушка не очень хорошо себя чувствует.

— Со мной все в порядке, я могу дойти куда надо… — возмущается Торкана.

— Хозяйка живет совсем не далеко… На соседнем острове. Вот мой заместитель Лаззир Птар, — и выдвигает вперед оборотня, что нес сундук, — он Вас проводит, и покажет по дороге местные достопримечательности.

По лицу оборотня вижу, что идти к Хозяйке, да еще и показывать по дороге достопримечательности он совершенно не хочет, но взглянув на мою мрачную физиономию, тут же радостно со всем соглашается.

Одрик с Торканой медленным шагом, идти быстро девушка из–за слабости не могла, шли сначала по деревне, потом по лесистой дороге. Приданный им сопровождающий шел впереди и все время норовил прибавить шагу, но оглядывался, и, видя, что ушел вперед, возвращался, пытался идти так же медленно и опять уходил вперед и опять возвращался.

И вот закончилась дорожка, радостно бегущая мимо освещенных Андао сосен, уперлась в широкую протоку с перекинутым через нее мостом. Остров за мостом производил впечатление чего–то чужеродного. Сосны, кусты, трава и даже перила моста были оплетены паутиной. Паутина была повсюду, она сверкала, она искрилась, она была и серебряной и золотой, она переливалась всеми цветами радуги. А на другой стороне моста, на перилах сидели или бегали туда–сюда по паутине огромные пауки. Их тела были размером с голову взрослого человека, а их многочисленные ноги и туловища были покрыты плотной рыжей шерстью, а из головы торчали острые, похожие на кинжалы жвалы, хелицеры.

Торкана при виде пауков всхлипнула и замерла, но потом все же совладала со своими страхами и сделала первый неуверенный шаг в направлении моста. Одрику тоже было не по себе, но он не хотел ударить в грязь лицом при оборотне. Он гордо вскинул подбородок, придал лицу гордое и независимое выражение и они пошли к мосту.

Зря он так старался, их сопровождающий не обращал на сомнения парочки людей никакого внимания. Он подошел к середине моста и остановился, навстречу к нему подбежал один их пауков. Они словно беззвучно поговорили между собой, оборотень отступил в сторону и сделал людям приглашающий взмах рукой:

— Прошу, Вас уже ждут. Идите дальше по дорожке и ничего не бойтесь.

Одрик сделал еще более надменное лицо, фыркнул, дескать, знай наших, и медленным шагом, не торопясь, поддерживая под локоток девушку, пошел по покрытой паутиной дорожке.

Паутина мягко пружинила, так, словно он шел по толстому ковру, и совершенно не липла к сапогам. Вокруг было тихо, только время от времени из развешенной на кустах и деревьях паутины раздавалось шуршание и попискивания. Ровная и гладкая паутинная дорожка несколько раз поворачивала, но наконец, закончилась на совершенно нормальной, зеленой полянке. Тут была ровная, словно подстриженная, зеленая трава, желтоствольные сосны, и если не смотреть на окружающие поляну кусты то, казалось, что они находятся в самом обыкновенном лесу. На дальнем конце полянки между сосен висели красивые шелковые гамаки.

Одрик остановился посреди чудной полянки, не понимая, куда идти дальше. С дальнего края раздалось шуршание, запахло благовониями, паутина, закрывающая кусты и проход между ними, приподнялась, и из–за нее на поляну вышел ПАУК.

В самом кошмарном сне Одрик не мог представить себе такое. Паук был огромен! Юноша был довольно высокого роста, но достать до головы лежащего паука он бы смог с большим трудом.

Паук выбежал ближе к центру поляны, замер на месте и опустил свое покрытое густой красно–коричневой и очень длинной шерстью брюхо почти к самой земле. Головная часть паука, вместе с телом опустилась вниз, пушистые усики на голове, педипальпы, похожие на еще одну пару очень волосатых лап, зашевелились и на Одрика уставились многочисленные паучьи глаза. Они смотрели на Одрика, поворачивались в стороны, подмигивали ему и в них были разные эмоции и разум.

Торкана стояла, прижавшись к юноше всем телом и только слегка дрожала, но стояла уверенно. Было такое ощущение, что при виде пауков у нее открылось второе дыхание, и она забыла о большинстве своих страхов.

Вдруг прямо в головах юноши и девушки зазвучали голоса. Один явно мужской, низкий и басовитый, второй женский, нежный и обаятельно красивый.

— Смотри, дорогой, они пришли. — Женский голос.

— Смотри, дорогая, они пришли. — Мужской голос.

— Мы рады вас видеть. — Женский голос.

— Мы рады… — Мужской голос.

— Мы рады? — Женский голос.

— Мы рады, рады. — Мужской голос.

— Мы хотим вам помочь. — Женский голос.

— Помочь? — Мужской голос.

— Помочь, помочь… — Женский голос.

— Мы просим у девушки прощения. — Мужской голос.

— Прощения просим. — Женский голос.

— Просим? — Мужской голос.

— Просим, просим. — Женский голос.

Голоса переговаривались между собой, они успокаивали, они переливались, они завораживали, они словно плели паутину из слов… Но Одрик твердо решил, что он не даст себя обмануть и заворожить, у них этот фокус не получится. Он слегка встряхнул Торкану, она вздрогнула и ненадолго очнулась.

— Простите, — сказал Одрик, — Вы сейчас с девушкой разговариваете?

— Да, конечно, девушек надо пропускать вперед. — Женский голос.

— Да, надо пропускать, надо… — Мужской голос.

— Это будет вежливо…. — Женский голос.

— Ты согласен пропустить девушку вперед? — Мужской голос.

— Да, согласен… — Одрик.

— Вот и хорошо. — Женский голос.

— Хорошо? — Мужской голос.

— Хорошо, хорошо… — Женский голос.

— Так за что Вы просите прощения у девушки? Она не совсем хорошо себя чувствует…

— Наши слуги охотились. — Женский голос.

— Охотились? — Мужской голос.

— Охотились, охотились. — Женский голос.

— Она была рядом, ее приманили и поймали. — Мужской голос.

— Поймали, поймали. — Женский голос.

— Мы узнали, что девушка не добыча, когда было почти поздно.

— Почти поздно?

— Почти, почти….

— Мы сделали, что смогли…

— Что смогли?

— Что смогли… Что смогли…

— Мы ввели ей противоядие и дали Проводника.

— Дали Проводника?

— Дали Проводника… Дали Проводника…

— Проводник справился — девушка жива.

— Несомненно жива…

Одрик опять прервал переливы голосов:

— Но сейчас она опять чувствует себя плохо и Проводник не помогает.

— Проводник не помогает?

— Совсем не помогает?

— Совсем не помогает, не помогает…

— Ты хочешь его вернуть?

— Хочешь вернуть?

— Хочешь его вернуть?

Одрик опять встряхнул Торкану, лицо у нее приняло осмысленное выражение.