Мастер сновидений - Ниоткудина Алинна - Страница 271

«Нужно иметь хаос в душе, чтобы родить танцующую звезду»(104)

Я тогда испугался и убежал, даже спрятался. Как к нам могла попасть такая крамольная книга, или переводчик сошел с ума? Оказалось, что боялся я не напрасно, тот переводчик исчез вместе с книгой и своими черновиками, и никто больше про него ничего не слышал.

Прошло столько лет, а я не смог забыть этой строки, сколько раз она звучала в моих снах, и я просыпался с криком в холодном поту. Столько лет меня денно и нощно грызли сомнения. Я уже понял, что цель Ордена не только недостижима, но и ложна по своей сути, что жизнь не может существовать в абсолютном устоявшемся равновесии. Кто–то изначально неверно понял то учение, которое было нам дано. Но разрушить его, не дав ничего взамен, это ввергнуть всех в хаос. Я, резидент Ордена равновесия, не мог на такое пойти. Я был в ужасе, я не спал несколько суток, я был близок к самоубийству.

Абсолютный покой это смерть, безудержное бессмысленное движение тоже….

Сухая жесткая земля безжизненна, вечно штормящая вода тоже. Нужно смешать статическое и движущееся, твердое и текучее. Нужно чтобы движение имело направление, а для этого точки «А» и «В» должны стоять на месте. Иначе как мы поймем, что движемся? Если только из ниоткуда в никуда.

Безногий варг, хоть он и никуда не сбежит, никому не нужен, беснующийся необъезженный варг еще и опасен. Всем интересен взнузданный и обученный. Но дикого можно приручить и объездить, а безногого уже не поднять.

То есть система, чтобы быть жизнеспособной должна регулярно погружаться в хаос, приливы которого будут размывать прежний порядок, чтобы на его месте создать новый. Но прилив должен быть не слишком сильным, чтобы система не разрушалась, а обновлялась.

Это и есть узкий срединный путь между статикой и движением, между постоянством и изменчивостью, по которому мы все идем как канатоходцы, пытаясь удержать собственное РАВНОВЕСИЕ.

Антонин взглянул на сосредоточенно слушающего Одрика. Вот удачное сравнение его с канатоходцем. Но страшно представить, на какой высоте натянут тот канат, а он должен пройти его один. И никто при всем желании не сможет помочь ему в этом.

— Чтобы продолжать жить дальше, миру нужно обновляться, иначе — смерть. Ты никогда не укладывался в систему, ты был нарушением большинства законов. Ты и есть порождение души Лари, ты та танцующая звезда, ты тот дождь, который должен пройти на иссохшую землю, чтобы она пришла в движение и на ней продолжалась жизнь…. Ты прилив, но ты должен приручить того дикого варга в себе, иначе грозишь превратиться в цунами.

Одрик смотрел сквозь темно–красное кьянто на пляшущее пламя светильников и о чем–то напряженно думал.

— Господин хороший, я тебя расстроил?

— Нет, что ты, нет! Я даже заслушался. Тебе бы, Антонин, поэтом стать!

— Может, еще и успею с твоей помощью.

— А у меня есть шансы против такой организации?

— Как ни странно — ЕСТЬ. Я надеюсь, ты начал тренировки?

— Да, конечно.

— Если ты будешь продолжать том же духе, то через год–полтора станешь не по зубам не только Ордену, а вообще никому. Ты это сможешь, я в тебя верю, а сейчас тебе желательно на время затаится.

— Опять! Мне опять прятаться?

— Не прятаться. Все молодые люди уезжают из дома учиться. Это будет твоя академия. Я примерно знаю, что с тобой происходит, у Ордена богатая библиотека. Так вот, поверь мне, для твоих практических занятий лучше находится в безлюдных местах. И как можно дальше от сильных мира сего, чем позже они о тебе узнают, тем для них же будет лучше. А я со своей стороны этому поспособствую, можешь на меня рассчитывать.

Война войной, а дела за меня никто делать не будет, в трактире Джурга меня ждал Юммит. Он уже сформировал партию илларей для отправки в топи и даже пригнал их к порталу. И теперь искал меня по всем возможным адресам, чтобы сегодня их и переправить. А я надеялась спокойно отдохнуть, а тут, то женишка из очередной неприятности вытаскивай, то подданным помогай. И зачем, спрашивается, я повесила на себя еще и ЭТО? Не знаете? И я не знаю… Долг, видите ли, позвал. А вот теперь, вместо того, чтобы спокойно отдохнуть и привести себя в порядок перед свиданием, придется куда–то идти и что–то делать.

Юммит хотел ехать к порталу на варгах, но я решила иначе, и Юммиту пришлось пережить перенос из темного коридора трактира прямо к задней стенке ограды природного портала, из полутьмы сразу на яркий свет Андао. После грозы небо было чистым, а вокруг все было умыто первой в этом сезоне грозой.

Те же самые наемники стерегли стадо с илларями и не спеша, а куда торопиться–то нанимателя–то еще нет, заматывали им морды и глаза тканью и привязывали их друг за другом, чтобы получился длинный мычащий караван. Наше неожиданное появление из–за угла оказалось очень неожиданным и все сразу забегали, проявляя какой–то нездоровый энтузиазм к работе. На Юммита и меня это впечатления не произвело. Мой подданный вмешался и помог наемникам закончить работу. А потом все они столпились у входа в природный портал и стали внимательно наблюдать, как я заматываю лицо шарфом и вслед за демоном скрываюсь в портале, а за мной медленно и как–то слишком покорно идет караван из илларей.

Проводка прошла быстро и без особых проблем. В топях меня уже ждали и опять нагрузили меня двумя огромными мешками. В общем, переход через природный портал постепенно превращается для меня в рутинное мероприятие.

Когда я выползла из портала с мешками вся в пыли и паутине, меня нетерпеливо ждал Юммит, а наемники стояли в стороне и тоже ждали, только не понятно чего.

— Юммит, мне надо отдохнуть… — и я уселась на один из мешков. После грозы все вокруг было пропитано влагой и сидеть на голой земле мне как–то не улыбалось… Вот сейчас отдышусь и …

— Асса Анна, можно с вами поговорить? — Обратился ко мне командир наемников, быстро они усвоили мои уроки.

— Можно.

— Наедине… — Юммит хмыкает и отходит в сторону, наемник–то не знает насколько чуток слух у оборотня. Думаю ставить полог от прослушивания или не ставить? Но привычка вторая натура и пока я думаю, руки уже привычно плетут вязь узелков. Теперь нас никто не услышит…

— Так что Вам надо?

— Асса Анна, я по поводу своего предложения о проводке купеческого каравана из Каравача в Союз…

— А–а–а… — Сижу на мешке и почесываю нос, после пыльного портала очень хочется чихать…, и маленькими глоточками пью воду из фляжки.

Деньги они лишними не бывают, но соваться в природный портал только из–за денег мне бы не хотелось… уж очень там страшно, как вспомню эти шаги за спиной, так сразу писать хочется. Но мне скоро должны прислать договор, и тогда придется идти по порталу в Ерт, а если все равно придется идти, то почему бы на этом еще и не заработать немножко?

— Ерт…

— Простите не понял?

— Я на днях собираюсь в Ерт, через день или два. Если есть желающие, то я проведу караван туда. Цена — половина стоимости груза. Если кто будет без груза, то пять золотых с человека. Наркотики исключаются. Всем иметь при себе шарф, чтобы замотаться как при пыльной буре, и иметь ткань, чтобы замотать головы варгам. Никаких телег и повозок, все грузить только на спины животным. Отправляемся отсюда, а когда — узнать можно будет в трактире у отступника Джурга. Ждать никого не буду, если сказано в полдень, то явиться нужно за час, это значит что в полдень и ни на минуту позже тут уже никого не будет. Понятно?

— Да.

— Особо об этом не трезвонь, если мне покажется что что–то не так, я все отменю. Людей подбирай надежных и не болтливых. Понятно?

— Да. А обратно?

— Что обратно?

— Вы обратно в Каравач же возвращаться будете?

— Буду, но не знаю когда, поэтому на это могут не рассчитывать, я не знаю когда я обратно, может в тот же день, может через три дня…

— Понятно. Можно идти?

— Иди… — да и нам пора, — Юммит, бери мешки, пошли…

Мы заходим за угол и входим в плотный черный туман, пара шагов и мы уже опять в коридоре трактира Джурга. Юммит прощается со мной и уходит, прихватив мешки, а я иду в свой номер, мне надо срочно привести себя в порядок, а то я вся в пыли и паутине.