Мастер сновидений - Ниоткудина Алинна - Страница 283

Так, вижу цель! Вот и Тайная стража, на втором этаже кабинет полковника, вхожу в присутственное место как…как к себе домой, а кто–то против? Есть такие? АУ! Вот и кабинет с вожделенным столом с манящим ласковым илларьим сукном. Тут еще эльфы какие–то… О, уходят! Правда стол завален бумагами, но это ничего, бумага она все стерпит.

Не успели эльфы покинуть помещение, как дверь кабинета полковника тайной стажи распахнулась и на пороге появилась асса Анна. Она любезно посторонилась, пропуская мимо себя нелюдей и мило им улыбаясь, закрыла плотно дверь. Демон, все время следующий за ней как привязанный, почему–то остался за дверью. Ведьма танцующей походкой подошла к столу, возле которого стоял хозяин кабинета.

Какое–то время полковник не мог сообразить, что же во внешнем облике ведьмы так его поразило. «Юбка, она в юбке…». За все время их знакомства девушка никогда не одевала юбки, платья, да, на разные светские мероприятия, а вот юбок он не видел на ней ни разу… Эта часть туалета ведьмы тоже была очень необычной, до середины икры, очень широкая, вся состоящая из воланов, из под верхней юбки выглядывали кружева нижних юбок. И все это колыхалось и танцевало.

Асса подошла к полковнику вплотную и, не говоря ни слова, положила руки к нему на плечи, приглашая к поцелую. Полковник покосился на дверь, она была закрыта, но не заперта.

— Анна, а что ты здесь делаешь? Почему ты не в усадьбе? Ты же обещала ждать меня там… — В промежутках между поцелуями страдальческим шепотом стенает полковник.

— О, сейн! — Анна сразу берет варга за рога, — Я не могу оставаться в стороне, когда вольное отечество в опасности. Я, видимо, просто не дождалась наряда стражей и решила прийти сама.

— Асса, что вы хотите?

— Нет, не я, это вы хотите, вы просто жаждите допросить меня. И прямо сейчас, прямо здесь! — И шаловливые ручки ведьмы потихоньку расстегивают пуговицы на черном мундире полковника.

— Асса, что вы делаете?! — У хозяина кабинета взгляд загнанного варга. Он честно пытается отцепить от себя руки ведьмы, но у него это слабо получается.

— Как что?! Выполняю свой гражданский долг. Это же мой официальный оглашенный главный подозреваемый. Это мой демон числится в его соучастниках. Я очень важная свидетельница, а может быть даже и соучастница! — не будь полковник Дьо–Магро, и не будь его одежда в растрепанном состоянии, он бы, после таких признаний, вызвал наряд тайной стражи.

— Анна, успокойся, — шепчет он ведьме на ухо. Бесполезно, она уже приступила к войне с пряжкой на его брюках.

— Я не могу быть спокойной, когда такое творится на улицах Каравача! Я должна ДАТЬ вам показания. Позвольте мне облегчить свою душу, и немедленно. Не отказывайте, это слишком жестоко!

— О! Пресветлая…, — еще чуть–чуть и Калларинг съедет с катушек, или получит апоплексический удар. Ведьма уже справилась с пряжкой и игривые пальчики уже залезли ему в форменные штаны.

— Ну же, допрашивайте! Допрашивайте меня! — но полковник не отвечает, он часто дышит и уже вполне готов приступить к «дознавательным мероприятиям».

— Сейн, можете даже применить ко мне меры принуждения и устрашения, чтобы склонить к сотрудничеству…. Ну давай, склоняй меня быстрее, а то я сама тебя склоню….

«О, Пресветлая, дверь не заперта…» это была последняя связанная мысль, что промелькнула в голове полковника. Ведьма между тем уселась на его стол, небрежным жестом смахнув с него все бумаги. Под ее пышными юбками, как и у большинства местных аристократок, не было никакого белья. Но на точеных ножках ведьмы были шелковые чулки и прикосновения к ним и к коже на ее бедре повыше чулка возбуждали кровь, посильнее крепкого гоблинского рома. Когда самая желанная сейчас женщина призывно раздвинула бедра, и доводит до умопомрачения, поглаживая и направляя член, удержаться невозможно…

«А пошло оно все …»

Через четверть часа все было кончено, быстро конечно, но дверь… дверь–то не заперта. И сейн никак не ожидал, что от вида ног в чулках можно так распалиться, чтобы потерять контроль над собой в собственном кабинете. А голоса в коридоре и шаги за дверью действительно действовали возбуждающе, как и собственные крики, которые приходится сдерживать, чтобы на вопли не сбежался весь полк. Полковник Тайной стражи осознал, что сам только что совершил должностное преступление и нарушил Гаархову уйму инструкций и ни чуть не жалел об этом. Ведьма, сидя на столе, по–прежнему обнимала его своими ногами в восхитительных на ощупь чулках, а ее руки то обнимали его за шею, то, пробравшись под рубашку, гладили его грудь.

Полковник новым взглядом окинул свой кабинет: «Убого, надо бы сделать ремонт или мебель поменять… Можно было бы вон там, в углу, поставить диван…» И его растревоженное «допросом» воображение нарисовало еще одну сцену с участием Анны, его самого и дивана. «Это просто наваждение какое–то… но на диване было бы удобнее.»

Он чуть отодвинулся, его член покинул теплое, влажное и восхитительно узкое нутро ведьмы, а она ловко поправила юбки, застегнула пуговки на кофте, и как ни в чем не бывало, слезла со стола.

— Вот теперь у тебя будут полные воспоминания и показания, а то на работе ты обо мне не вспоминаешь… Надо будет как–нибудь зайти сюда еще… и попробовать другой метод допроса… О, там кажется кто–то пытается войти… застегивай скорее пояс.

И она плавным движением перетекла в кресло, и как само собой разумеющееся, уселась, закинув ногу на ногу.

«Вы там… все?» — поинтересовалась Мара, дремавшая у двери.

«Все, пропускай, не нарушай субординацию.»

В кабинет зашел асса Вордер:

— Полковник, вот отчеты по сегодняшнему происшествию…, а что это тут у вас бумаги разбросаны?

— Сквозняк… — сквозь зубы прошипел полковник, он стоял у окна спиной к магу и спешно застегивал пояс и никак не мог попасть в нужную дырку на ремне. — Положите все на стол, я потом прочитаю.

— Асса Анна, добрый вечер… Я думаю, что, прочитав их, вам потребуются пояснения, а я хотел бы уйти домой.

— Ну, так идите, я посмотрю их завтра…

Полковник уже справился со всеми проблемами с нижней частью гардероба и повернулся к магу. До ассы Вордера как–то медленно стало доходить, что он, мягко говоря, несколько не вовремя… Он еще раз посмотрел на ведьму, рассматривающую то свой маникюр, то потолок, на разлетевшиеся по кабинету бумаги и на заливающегося краской полковника в мундире, застегнутом не на ту пуговицу, положил бумаги и быстро ретировался.

— Ну, вот теперь слухи пойдут… — Обреченно сказал сейн, когда дверь за магом закрылась.

— Не пойдут… У тебя, дорогой, такая безупречная репутация, что если бы даже тебя застали в этом кабинета на мне, непосредственно в процессе, и то бы подумали, что ты таким образом и вправду берешь у меня показания. А сейчас бросай все дела и пошли ужинать, а потом в усадьбу. У меня появилась пара фантазий… надо их срочно осуществить…

— Анна, у меня сегодня еще куча дел… Вот отчет ассы… мне еще допросить надо кое–кого …

— Завтра тоже день. Завтра, дорогой, все завтра… Или я останусь здесь и … Не продолжить ли мой допрос прямо тут? — Ведьма встала и с многозначительным выражением лица опять стала усаживаться на стол, одной рукой приподнимая подол юбки повыше… — Будем продолжать снимать показания?

Полковник сглотнул и опять покосился на дверь. Нет, в принципе, продолжить прямо здесь и сейчас он не против, но дверь–то по–прежнему не закрыта на ключ…

— Дверь надо бы закрыть… — Предложил он неуверенно…

— Нет. Дверь закрывать нельзя, а то весь кайф пропадет. С незапертой дверью намного интереснее… Закрывать дверь я не согласна. Тогда пошли ужинать и в усадьбу.

— А как же продолжение… — Полковник опять держал в руках горячее податливое тело, и выпускать его из рук ему категорически не хотелось. Но ведьма выскользнула из его объятий и, томно покачивая бедрами, заскользила к двери.

— Я же говорю, есть пара фантазий… Но это дома… пошли, пока они не остыли.