Балом правит любовь - Уайтикер Гейл - Страница 23

— К сожалению, моя мать не отделяет вашу кузину от вас, а потому ее дружбу с Элен тоже не одобрит.

— А вы, лорд Гартдейл, сходитесь с ней во мнении? — спросила Диана. — Вы тоже считаете, что нужно сторониться всех моих родственников из-за того, что когда-то случилось со мною?

Эдвард покачал головой.

— Я не считаю, что сыновья должны отвечать за грехи отцов, если вы понимаете, о чем я. Окажись я в вашем положении, я бы чувствовал то же, что и вы. Когда вы были помолвлены с лордом Дерлингом, ваша кузина еще сидела в классной комнате. Но если есть хоть малейшая вероятность того, что она что-то узнала, приехав в Лондон…

— Фиби ничего не знает, — сказала Диана. — Иначе она сказала бы мне, а моя кузина никогда не лжет, лорд Гартдейл. Она живет в Дербишире с родителями, а последние два года провела в школе. Я время от времени писала ее матери, но с самой Фиби не поддерживала связи. Только перед поездкой в Лондон, она приехала ко мне на два месяца, с тем, чтобы мы получше узнали друг друга.

— Почему же ее мать не поехала с ней?

— Она хромая, и ей трудно совершать переезды, — ответила Диана. — Ее мучают боли. Она очень стесняется своего увечья и потому избегает бывать в обществе. Ей очень хотелось, чтобы Фиби удачно вышла замуж. Она написала ко мне с просьбой сопровождать ее, и я согласилась, а миссис Митчелл, наша тетя, любезно предложила нам свой кров и свое покровительство.

— А вы, мисс Хепворт, не ищете себе жениха? Диана залилась краской.

— Нет, милорд, не ищу. Когда Фиби будет устроена, я вернусь в Уитли. Появление в обществе для меня мучение, и продлевать его у меня нет желания.

— А вот это, доложу я вам, при всем моем уважении, мисс Хепворт, — медленно проговорил Эдвард, — совсем нехорошо.

Диана потупила взгляд. В его тоне ей послышались искренность и забота, которых, по ее мнению, она не заслуживала. Она поспешила покинуть Эдварда, опасаясь совершить какой-нибудь опрометчивый поступок. Диана обогнула людей, толпившихся возле выставленных угощений, и через боковую дверь проскользнула на балкон. В лицо ей ударила вечерняя прохлада. На террасе виднелись пары. Одни из них любовались декоративным озером, другие гуляли по саду, и Диана вдруг остро почувствовала свое одиночество.

Как понимать слова Эдварда? Что нехорошо? То, что она по воле обстоятельств оказалась в ужасном положении в обществе на нее смотрят косо? Или он хотел сказать, что она лучше, чем о себе думает, и вполне заслуживает счастья?

— Добрый вечер, Диана.

Ход ее размышлений прервал знакомый неприятный голос. Лорд Дерлинг!

Видел ли он, как она беседовала с Эдвардом?

Собравшись с силами, Диана обернулась. Но теперь-то ему не удастся запугать ее. Не сейчас.

— Здравствуйте, лорд Дерлинг, — холодно и жестко отозвалась она.

Лорд Дерлинг улыбнулся, и Диана почувствовала закипающую в ней ненависть. Он узнал, что она в невыгодном положении, и упивался этим.

— К чему такая враждебность, Диана? Это мне следует сердиться.

— Вам? — переспросила Диана с видимым недоумением. — На что вам сердиться?

— На ваш визит к леди Гартдейл и ее дочери. Не ожидавшая от него подобной осведомленности, Диана с запинкой проговорила:

— О… откуда вам это известно?

— Неважно. Вопрос в том, зачем вы там были?

— Я думаю, это вас не касается.

— Напротив, любые ваши контакты с моими будущими родственниками очень меня касаются. Я хочу понять, чем был вызван ваш визит. Что-то не верится, чтобы миссис Митчелл была сердечной подругой леди Гартдейл.

— Нет. Но вы, несомненно, знаете, что… Фиби подружилась с леди Элен, — сказала Диана, подыскивая правдоподобное объяснение. — Вот тетушка и решила, что ей не худо бы познакомиться с матерью подруги. Однако леди Гартдейл не выезжает, и нам пришлось навестить ее. Теперь, если позволите…

Лорд Дерлинг остановил ее, схватив за руку.

— Не позволю, Диана. Я еще не закончил. Диана посмотрела на его руку и проговорила голосом, полным отвращения:

— Извольте убрать руку, мне неприятно ваше прикосновение, и слушать вас я тоже не желаю.

— И, тем не менее, вам придется выслушать меня, — ответил лорд Дерлинг, но руку все же убрал. — Вы изменились, Диана. Бывало, мое присутствие вы почитали за счастье и жаждали моих прикосновений.

Диана насилу удержалась, чтобы не содрогнуться.

— Это было до того, как я узнала, что вы за человек.

— Никак не возьму в толк, о чем вы.

Диана сжала пальцы так, что ногти впились в ладони. Она испытывала непреодолимое желание дать ему пощечину, сбить с него спесь и самодовольство. Он с самого начала отрицал то, что ударил ее. И он до сих пор не изменился.

— Что вам угодно?

— Чтобы вы держались подальше от Элен и ее семьи. Я женюсь на ней, и вы не в силах мне помешать.

— Мне есть что рассказать…

— Вам никто не поверит. Так зачем же выставлять себя на посмешище? Неужто одного раза вам не довольно?

Диана ничем не выдала охвативших ее чувств.

— Если в моих словах нет правды, отчего же вы так боитесь, что я кому-то что-то расскажу?

Губы лорда Дерлинга были по-прежнему растянуты в улыбке, но его глаза оставались холодными как лед.

— Оттого, что я не хочу, чтобы моей свадьбе сопутствовали такие вот неприятные мелочи. Элен — милая, добрая девушка, нежный цветок, который я буду любить и лелеять.

— Надеюсь, вы сдержите ваше слово, милорд, ибо было бы в высшей степени безнравственно погубить нечто столь прекрасное.

Выражение лица лорда Дерлинга не изменилось, но Диана заметила, как глаза его потемнели.

— Будьте осторожны, Диана. Ни от кого не исходит столько презрения, сколько от вас. Не пойму только, чем оно вызвано.

— В этом-то и дело, лорд Дерлинг, — тихо промолвила Диана. — Вы не способны быть честным. Я узнала об этом четыре года назад, и, смею заметить, вы ничуть не изменились. Я вижу вас насквозь.

— А я скажу вам, — лорд Дерлинг наступал на нее так, что Диана, сделав шаг назад, почувствовала за спиной холод каменной стены, — если вы желаете вашей кузине добра, хотите, чтобы в Лондоне она добилась успеха, держите свое мнение при себе.

Диана отпрянула, как от удара.

— Фиби добьется успеха потому, что она красива и очаровательна.

— Да, но даже о самых очаровательных дамах могут быстро разойтись разнообразные слухи. — Дерлинг зашептал ей на ухо: — В особенности, когда они исходят от человека с безупречной репутацией…

Диана содрогнулась. Ужасный, ужасный человек! Он сказал то, что она всегда так боялась услышать. Он грозил погубить Фиби, как когда-то погубил ее.

— Быть может, вы лишили меня шанса удачно выйти замуж, лорд Дерлинг, но я не собираюсь сидеть и покорно ждать, пока вы разрушите будущее Фиби. Если вы предпримете хоть что-нибудь с целью скомпрометировать ее, я употреблю все средства, чтобы правда о вас увидела свет.

— Послушайте, Диана, если вы объявляете мне войну, то знайте, что вы проиграете, — невозмутимо ответил лорд Дерлинг. — Ибо если вы считаете, будто четыре года назад я запятнал ваше доброе имя, то дайте только срок, и увидите, что я сделаю с вашей кузиной!

Сказав это, лорд Дерлинг удалился, оставив Диану в одиночестве возле каменной стены. Все ее тело дрожало от гнева. Господи! Что же делать? Дерлинг нисколько не изменился. Он все то же чудовище, что и четыре года назад. Если Диана не сможет остановить его, леди Элен выйдет за него замуж и будет обречена на страдания. Но если Диана скажет правду и свадьба расстроится, лорд Дерлинг уничтожит Фиби.

Диана чувствовала симпатию к леди Элен, но и Фиби она любила всем сердцем. Выбора не было. В этом безвыходном положении она решила думать прежде всего о своих родственниках. Леди Элен — сестра лорда Гартдейла, влиятельного человека с положением, который в состоянии использовать свое могущество, чтобы защитить своих близких. А Фиби — единственная дочь скромного ученого и его увечной жены.

Диана закрыла глаза. Как же все-таки поступить?