Балом правит любовь - Уайтикер Гейл - Страница 29

— Что-то романтическое?

— Вовсе нет. Мисс Хепворт здесь в качестве компаньонки своей кузины. Ее кузина коротко сошлась с Элен, и потому мы с ней нередко сталкиваемся.

Дерлинг заказал подошедшему официанту бутылку бренди.

— Элен что-нибудь говорила вам о моих взаимоотношениях с Дианой?

— Нет. Я даже не уверен, что она о них знает.

— Тогда мне непонятно, с чего это вам вздумалось ворошить прошлое.

А мне непонятно, с чего это ты так упорно избегаешь говорить об этом, подумал про себя Эдвард, но вслух произнес:

— Полагаю, это чистое любопытство. Ко всему прочему вы когда-то были помолвлены с этой женщиной, а теперь женитесь на моей сестре. Я не считаю, что прошу у вас многого. — Эдвард с обманчивым спокойствием посмотрел на Дерлинга. — А вы так не считаете?

Появление слуги с бутылкой бренди и двумя бокалами дало повод отвлечься.

— Не желаете составить мне компанию? — спросил Дерлинг. — Думаю, это придется вам по вкусу.

Эдвард кивнул.

— Благодарю. От хорошего бренди я никогда не откажусь.

Дерлинг наполнил бокал Эдварда, а потом налил себе. Вертя в руках бокал, он проговорил:

— Мисс Хепворт объявила мне, что не выйдет за меня замуж, ибо не желает быть моей супругой. — Это было произнесено совершенно сухим, прозаичным тоном. — Она сказала, что ищет более многообещающего союза, с мужчиной выше по положению и с большим состоянием.

Эдвард сдвинул брови.

— Она сказала вам это?

— Именно. Она известила меня об этом письмом, которое я получил накануне свадьбы.

— Боже правый! А что ж она сказала вам, когда вы обратились к ней за разъяснениями?

Дерлинг поболтал бренди в бокале.

— Я не поехал к ней. Она уже и так все высказала. К чему мне было ехать и выслушивать все это еще раз?

— Удостовериться в том, что вы верно ее поняли.

— О, я верно ее понял!

Эдвард медленно провел пальцем по стенке бокала.

— Мисс Хепворт вместе со своей теткой и кузиной на днях была с визитом у моей матери и Элен. Полагаю, идея приехать в гости принадлежала ее тетке. Моя мать, узнав, кто такая мисс Хепворт, попросила их покинуть дом.

— Возможно, она поступила мудро, — заметил Дерлинг. — Сомневаюсь, что мисс Хепворт хорошо отозвалась бы обо мне.

— А с чего вы решили, что она вообще собиралась говорить о вас?

— Я знаю эту женщину. — Дерлинг сделал большой глоток бренди. — Вопреки кажущемуся дружелюбию и ангельской внешности Диана может быть очень злой. Обнаружив, что я рассказал людям о том, что между нами произошло, она обвинила меня в мстительности и в том, что я очернил ее доброе имя. Она и теперь того же мнения. Потому-то я и не могу поверить, что она может одобрить намерение Элен выйти за меня замуж. — Дерлинг не спеша, поставил стакан на стол, избегая встречаться с Эдвардом взглядом. — Так что ж все-таки Диана сказала обо мне?

— Ничего. Как только миссис Митчелл обменялась с матерью положенными любезностями, к их обществу присоединился я. Я обратился к мисс Хепворт по имени, и моя мать, узнав, с кем имеет дело, в весьма недвусмысленных выражениях попросила гостей удалиться. Я нынче днем нанес визит миссис Митчелл, с тем, чтобы принести свои извинения за столь бесцеремонное с ними обхождение, и задал несколько вопросов.

Эдварду почудилось, что Дерлинг побледнел.

— Что ж она вам ответила?

— Опять ничего. Она отказалась отвечать на мои вопросы.

— И имела на это полное право, — заметил Дерлинг.

— Согласен, — сказал Эдвард, подивившись тому, что в голосе Дерлинга вдруг послышалось облегчение. — Но я не могу найти объяснение, почему она так резко передумала. Я не вижу в этом никакого смысла.

— Возможно, его и нет. Что тут говорить! Женщины! Нынче они упрямо отстаивают одну точку зрения, а завтра, глядишь, они с упорством, достойным лучшего применения, отрицают ее. Но позвольте мне внести ясность в один вопрос, Гартдейл. Наши с Дианой не сложившиеся отношения ровно ничего не говорят о моих чувствах к вашей сестре. Я люблю Элен и хочу сделать ее счастливейшей женщиной Англии. Даю вам слово, — сказал Дерлинг, протягивая Эдварду руку.

Причины не пожать ее не было, а потому Эдварду ничего другого не оставалось.

— Время покажет. Мне очень не хотелось бы, чтобы семейные конфликты стали причиной дуэли с собственным зятем. Это было бы положительно дурным тоном.

Эдвард проговорил это с улыбкой на устах, и Дерлинг рассмеялся, однако смех его был неестественным, и оба это прекрасно понимали.

Вскоре после этого Дерлинг отправился продолжать свои вечерние увеселения, а Эдвард остался сидеть в клубе, перебирая в памяти все, что он только что узнал о Диане Хепворт. Странно, что у него об этой женщине сложилось совсем другое мнение. Бесцеремонность никак не вязалась с ее образом, сформировавшимся в уме Эдварда. Он не угадывал в ней мстительности или злорадства. Была ли она другой четыре года назад? Была ли она столь алчной, что богатый виконт показался ей не самой выгодной партией?

Конечно, есть люди и побогаче Дерлинга, но его фамильные владения весьма существенны. И потом, он чрезвычайно хорош собою. А семнадцатилетняя девушка, без состояния и титула, все-таки отказалась выйти за него замуж, не объясняя при этом истинных причин.

Что-то здесь не так. У Эдварда возникло чувство, будто он не знает чего-то очень важного. Оставалось решить, как докопаться до правды. Кто был знаком с Дианой Хепворт близко и мог рассказать, какой она была четыре года назад, когда приключилась эта странная история?

Глава тринадцатая

— Лорд Гартдейл, — объявил дворецкий, шагнув в залитую солнцем комнату, где сидели две элегантно одетые дамы. Каждая располагалась за отдельным столом и внимательно просматривала разложенный перед ней список.

— Спасибо, Камберленд. Лорд Гартдейл! Какой приятный сюрприз! — сказала миссис Таунли, поднимаясь навстречу гостю.

Эдвард улыбнулся.

— Я проезжал мимо и вот решил заглянуть к вам, узнать, как продвигаются свадебные приготовления.

— Самым наилучшим образом, — ответила миссис Таунли, хотя в ее голосе проскользнуло некоторое недоумение. — Аманда уверена, что я обязательно что-нибудь забуду.

— Оставь, мама! Я не говорила, что ты обязательно что-нибудь забудешь, — вмешалась в разговор Аманда, также поднимаясь со своего места. — Я просто сказала, что надобно учесть все детали, чтобы ненароком не упустить чего-нибудь.

— Уверяю тебя, моя дорогая, я ничего не упущу.

— Если вас это утешит, то знайте: у Элен сейчас такие же заботы, — сказал Эдвард, занимая предложенное ему место. — Я уверен, что, если бы она выходила замуж за члена королевской семьи, хлопот было бы не больше.

— Леденящая душу мысль, — заметила миссис Таунли. — Представьте себе, что ваш зять — принц-регент.

— Некоторые почли бы это за счастье, — заметила Аманда.

— Но только не те, кто обладает здравым умом, — сказала мать. — Однако вам-то, по крайней мере, об этом нечего беспокоиться, лорд Гартдейл. Лорд Дерлинг не из королевской семьи.

Эдвард оставил это замечание без ответа. Он следил за выражением лица Аманды, пока ее мать произносила эти слова. Между бровями девушки пролегла складка.

— Да, уж в этом случае любая мать стала бы заламывать руки. Кстати, хочу попросить вас об одном одолжении, мисс Таунли. Не будете ли вы так любезны пройтись со мною по саду: у меня есть к вам поручение от Элен.

Аманда, одетая в бледно-желтое муслиновое платье, грациозно поднялась.

— С превеликим удовольствием, лорд Гартдейл. Сады, разбитые за домом, были чудесны, но Эдварду теперь было не до них, он не замечал их красот.

— Я слукавил, сказав, что у меня к вам поручение от Элен, мисс Таунли.

— Вот как?

— Дело вот в чем: я искал возможности поговорить с вами с глазу на глаз о вашей подруге Диане Хепворт.

Аманда застыла как вкопанная.

— О Диане?

— Да, а именно о ее отношениях с лордом Дерлингом. — Голубые глаза Аманды расширились от изумления, а Эдвард продолжил: — Вы не хотите говорить об этом?