Колыбель для мага - Шерстякова Ирина Петровна - Страница 69

-- Мы как в сказке: прекрасная дева спасла рыцаря из плена, сплела канат из волос, по которому рыцарь спустился из окна своей темницы...

Аннеке неловко рассмеялась

- Из моих волос вряд ли получится впечатляющий канат!

Димир покачал головой и продолжил:

-- Рыцарь рассчитался с врагами и женился на деве. Не уверен, что выйти за меня замуж будет для тебя наградой, но... У нас одинаковые интересы. По крайней мере, нам будет о чем поговорить вечерами у камина. Имеются еще резоны, мы сможем обсудить их позже, если у тебя не имеется принципиальных возражений.

Аннеке растерянно спросила:

-- Выйти замуж? За тебя?

В голосе мага послышалось легкое раздражение.

-- Я могу располагать только собственной свободой, по-моему, это должно быть тебе понятно.

-- Вот так, сразу, после нескольких встреч, после разлуки, почти не зная друг друга?

-- Если решение принято, зачем медлить? К тому же так почти всегда и бывает.

-- А любовь?

Димир спрятал в ее волосах покрасневшее лицо.

-- С моей стороны тут все в порядке. Слово за тобой! Но необязательно решать это прямо сейчас.

-- Да уж! А если вспомнить подробности наших редких встреч, то на размышление потребуется некоторое время.

Димир порывисто сжал Аннеке в объятиях так, что ей стало трудно дышать.

-- Не надо об этом вспоминать!

Он пошатнулся, аккуратно поставил Аннеке на пол и ухватился за ближайшую стенку. Аннеке с нервным смешком заявила:

-- Я вижу сейчас еще одного человека, которому не следует спешить со свадьбой! Где тут твоя кровать? И, я думаю, понадобятся лечебные травы и талисманы. Есть у тебя? Я не успела захватить, сам понимаешь. Стоит нам с тобой пообщаться, сразу начинаются всякие разные неприятные неожиданности. Это надо как-то менять.

Она перебросила руку мага через плечо и, помогая ему, направилась к лестнице на второй этаж, предположив, что спальня находится именно там. Димир сказал твердым голосом:

-- Не беспокойся. Я быстро встану на ноги, тем более что времени мало. Старый Хейст не успокоится, пока не дотянется до меня. От него еще никто не уходил. Для него это будет дело принципа. А я сейчас не готов противостоять кому бы то ни было. - И обвис на ее плече.

-- Это заметно, - легко согласилась Аннеке.

Весь остаток дня знахарка была очень занята. Димир трясся в ознобе под тремя одеялами и то и дело заговаривался. На теле его обнаружились такие устрашающие отметины, что непонятно было, как он вообще мог перенести сюда их обоих, носить Аннеке на руках и думать о женитьбе.

Упоминание мага о каком-то Хейсте, преследующего их, пугало Аннеке, но что можно предпринять, она не знала и решила пока об этом не думать. На самый крайний случай у нее есть ее талисман, и если Димиру не полегчает к завтрашнему утру, она им воспользуется.

Она приказала слуге вскипятить воду, разыскала в кладовой запас трав, хоть и давнишний, но сохранивший силу, заварила настой, с ложечки напоила им Димира. Села рядом дожидаться, пока он задремлет, рассматривая порванную и окровавленную мантию, в которую маг был одет, и, решая, стоит ли ее стирать и штопать, или лучше сразу выбросить. Ничего окончательно не решила. В конце концов, это вещь Димира, пусть он сам скажет, что с ней делать. Она повернулась к кровати и увидела, что маг не спит и смотрит на нее блестящими от жара глазами. Аннеке сунулась к нему со своим отваром, тот проглотил несколько ложек и сказал хриплым голосом:

-- Девочка моя, ты же умница, так перестань, наконец, заниматься ерундой.

-- Чем? - растерянно переспросила Аннеке.

-- Ерундой. Настоями всеми этими, заклинаниями...

-- Это не ерунда! Это помогло тебе! - возмущенно воскликнула девушка, но, вспомнив, что разговаривает с тяжелобольным, сбавила тон:

-- Не беспокойся, я неплохая знахарка и обязательно помогу тебе. К завтрашнему утру ты почувствуешь значительное облегчение, вот увидишь!

-- Да кто б спорил!

-- Тогда почему ты волнуешься?

-- Поговорим серьезно. Нам угрожает опасность, нас ищут. Я должен быть здоров, чтобы защитить и тебя, и себя. Кроме того, мне ужасно больно. Так почему бы тебе не использовать действительно могучий талисман? Вместо твоих настоев, примочек и нашептываний, с которыми я поднимусь в лучшем случае через неделю, а тогда будет уже поздно?

Аннеке смутилась так, что из глаз ее готовы были брызнуть слезы.

-- Я... Прости... Я как-то не подумала... Действительно... А ты уверен, что никаких серьезных последствий не будет? Равновесие...

-- Ну при чем тут Равновесие? Какое дело Равновесию, что где-то в мире какой-то парень выздоровеет не за неделю, а за день?

-- Да... конечно... прости...

Она трясущимися руками принялась развязывать тесемки ворота, вытащила ладанку, вытряхнула на узкую ладонь крошечную цветочную полянку. Димир взял ее руку в свою, вгляделся в талисман, потом с тревогой посмотрел на Аннеке.

-- Прошу тебя, сначала успокойся и сконцентрируйся как следует. А то еще вместо того, чтобы залечить мое тело, пожелаешь, чтобы отросло второе!

Аннеке прыснула.

-- Заметь, что это целиком твоя идея, и если что случится, я тут не при чем. Придется тебе довериться мне! Или ты передумал?

-- Ладно, ладно! А если что получится не так, это легко поправить.

Девушка глубоко вздохнула, зажмурилась и задержала дыхание, изо всех сил концентрируясь на желании. Ничего не получилось. Она выдохнула, вдохнула снова, сжала в ладони талисман, пытаясь, наконец, сосредоточиться, но, не выдержав, истерически расхохоталась во весь голос: перед глазами стоял Димир с двумя парами рук и ног.

Димир надулся и проворчал с раздражением:

-- Мне непонятен твой смех.

Аннеке виновато посмотрела на него, такого несчастного, осунувшегося, с красными от лихорадки щеками. Глаза мага были обведены черным, а на левой руке, лежащей поверх одеяла, вместо трех ногтей запеклась кровь. Девушка содрогнулась и воскликнула с раскаянием:

-- Сейчас, сейчас, я загадаю! Это ведь ты виноват, ты сам меня рассмешил! Когда сказал о двух телах...

Димир вздохнул и ответил усталым голосом:

-- Ладно, ладно. Не хохочи, концентрируйся внимательнее, не отвлекайся на всякие глупости. Равновесие там...

Она приложила ладони с талисманом, сложенные лодочкой, ко лбу и начала концентрироваться заново, стараясь как можно четче сформулировать просьбу, создать мысленный образ здорового Димира. Вот... Что-то получается!.. Да! Именно так! Аннеке посидела еще немного, проверяя, все ли так, как надо. Осторожно открыла глаза и первым делом глянула на руку на одеяле. Ногти на месте. Боязливо перевела взгляд на лицо мага и спросила напряженным голосом:

-- Ну, как? Как ты себя чувствуешь? Болит где-нибудь?

Димир осторожно поворочался, ощупал себя и заявил:

-- Ну, кажется, против обыкновения, у тебя все получилось правильно. Единственно, побаливает еще колено четвертой ноги. Проверь-ка!

-- К...какой четвертой... ноги?

Аннеке судорожно сглотнула и в страхе глянула на ноги Димира, обрисованные одеялом, ощупала его колени, недоумевающе посмотрела ему в лицо. Он ехидно улыбался. Аннеке перевела дух и робко улыбнулась в ответ:

-- Нельзя так шутить! Я чуть не умерла от испуга!

Димир осторожно приподнялся, откинул одеяло, опустил с кровати ноги, посидел немного на краю, встал, повертел головой, плечами, наклонился в разные стороны, как будто примеряясь к собственному телу: не жмет ли? С улыбкой повернулся к Аннеке и произнес наставительно:

-- Волшебнице стыдно умирать от испуга! Необходимо контролировать эмоции каждую минуту и в своих действиях от них не зависеть!

Он смотрел на нее своими удивительными сияющими глазами, на его обнаженном по пояс теле не было больше ужасных отметин, оставленных палачом, и Аннеке решила не отвечать дерзостью на занудное поучение, как собиралась сначала. Она слегка кивнула магу и спрятала Соль Мира. Димир неуловимым движением оказался совсем рядом, подхватил ее на руки, прижал к груди, закружил по комнате, бережно усадил на кровать и сам уселся рядом. Решительно заявил: