Дай пять - Иванович Джанет - Страница 47

– Отсюда нам ничего не разглядеть, – заметила я. – Давай припаркуемся на соседней улице и пройдемся пешком.

Мери Лу последовала моим указаниям и оделась в черное. Черный кожаный жакет со сбегающей по рукавам бахромой, черные кожаные брючки в обтяжку, и, как компромисс между предложенными мной кедами и ее предпочтением четырехдюймовых шпилек, она надела черные ковбойские сапожки.

Дом Морелли находился в середине квартала, его узкий дворик примыкал задом к служебной дороге с односторонним движением, стороны очерчены пыльным зеленым ограждением. Морелли еще не занялся садоводством.

Небо было затянуто облаками. Луны не видать. Переулок, проходящий по задам, не освещался фонарями. Чем темнее, тем лучше. Я была вооружена до зубов: перцовый баллончик, фонарик, «смит и вессон», электрошокер, сотовый телефон. Я постоянно высматривала признаки присутствия Рамиреза, но не видела ничего. Спокойней мне не становилось, поскольку вычисление Рамиреза к моим талантам приписать было нельзя.

Мы прошли по переулку и остановились у дворика Морелли. В кухне горел свет. На единственном окне в кухне и на задней двери были подняты жалюзи. Морелли прошел мимо окна, и мы с Мери Лу отпрянули, отступив в тень. Он вернулся и застрял у стойки, видимо, что–то соображая на ужин.

До нас донесся звонок телефона. Морелли ответил. И пока разговаривал, прохаживался по кухне.

– Не из тех, кого он рад слышать, – заметила Мери Лу. – Даже не улыбнулся.

Морелли закончил разговор и стал есть сандвич, все еще стоя у прилавка. Потом запил сандвич кокой. Я подумала, что кока – хороший знак. Если бы он устраивался на ночлег, то наверно пил бы пиво. Тут он выключил свет и покинул кухню.

Сейчас у меня возникла проблема. Если я выберу для наблюдения не ту часть дома, то могу упустить, когда Морелли уйдет. А к тому моменту, когда я добегу до машины и помчусь за ним, может быть слишком поздно. Мы с Мери Лу могли разделиться, но тогда зачем было ее вообще брать? Я же просто хотела, чтобы еще одна пара глаз смотрела за Рамирезом.

– Давай, – позвала я, прокрадываясь ближе к дому. – Нам нужно подойти ближе.

Я прижала нос к оконному стеклу на задней двери. Так можно ясно разглядеть переднюю, кухню и столовую. Я могла слышать телевизор, но не видела его. И не видела нигде Морелли.

– Ты его видишь? – поинтересовалась Мери Лу.

– Нет.

Она заглянула в дверное окно вместе со мной.

– Жаль, что отсюда не разглядеть входную дверь. Как мы узнаем, Морелли вышел или нет?

– Он выключает свет, когда уходит.

Свет мигнул и погас. До нас донесся звук отворяемой и захлопнувшейся двери.

– Черт! – я отпрянула от двери и бросилась к машине.

Мери Лу бежала за мной, как могла, изо всех сил, учитывая тесные брючки и ковбойские сапожки, а также то, что ноги у нее короче моих на несколько дюймов.

Мы загрузились в машину. Мери Лу сунула ключ в гнездо зажигания, и «мамочкин» автомобиль нацелился ринуться в погоню. Мы вылетели за угол и увидели лишь, как исчезли хвостовые огни Морелли, когда он завернул направо в двух кварталах от нас.

– Отлично, – произнесла она. – Нам нельзя подъезжать слишком близко, чтобы он нас увидел.

– Ты думаешь, он собирается повидаться с Терри?

– Возможно. Или, может, отправился сменить кого–нибудь в слежке.

Сейчас, когда первый шквал эмоций был позади, мне уже было трудно поверить, что у Джо были какие–то романтические или сексуальные отношения с Терри. Это не имело ничего общего с мужчиной Джо. Все дело в Джо–полицейском. Джо не стал бы путаться с семьей Гризолли.

Он сказал мне, что у них что–то общее с Терри – что они оба в связке. И я подозревала, что это была за связь. Думаю, что возможно Джо и Терри вместе работали, только я не могла представить в каком качестве. Может, Джо и Терри выступали в роли посредников между Вито и федералами. А интерес Торчка к чекам вероятно поддерживает мою версию утаивания доходов. Хотя не знаю, зачем правительству интересоваться этой версией.

Джо повернул в Гамильтон, проехал четверть мили и въехал на стоянку у «Севен–илевен». Мери Лу проехала мимо, обогнула квартал и подождала на обочине с выключенными фарами. Джо вышел из магазина с пакетом и сел снова в машину.

– О, черт. Я умираю, как хочу знать, что там в пакете, – заявила Мери Лу. – В «Севен–илевен» продают презервативы? Никогда не обращала внимания.

– В пакете что–нибудь сладкое, – предположила я. – Ставлю деньги на мороженое. С шоколадом.

– Спорим, он взял мороженое для Терри!

Он завел мотор и поехал обратно тем же путем по Гамильтон.

– Он направляется не к Терри, – сказала я. – Он едет домой.

– Вот же облом. А я–то надеялась увидеть, чем они займутся.

А я вообще не хотела видеть, чем они занимаются. Я просто хотела найти дядюшку Фреда и наладить свою жизнь. К несчастью, я не узнаю ничего нового, если Морелли всю ночь просидит перед телевизором, лопая мороженое.

Мери Лу держалась за квартал от Морелли, не упуская его из виду. Он припарковался перед домом, а мы снова встали на противоположной стороне улицы. Потом вылезли из «мамочкиной» машины, прокрались снова по переулку и остановились чуть поодаль от заднего двора. В кухне горел свет, и Морелли прошел перед окном.

– Что это он делает? – спросила Мери Лу. – Что?

– Ложку достает. Я была права – он ездил за мороженным.

Свет, мигнув, погас, и Морелли исчез. Мы с Мери Лу быстренько перебежали двор и заглянули в окно.

– Ты его видишь? – спросила Мери Лу.

– Нет. Он пропал куда–то.

– Я не слышала, чтобы открывалась входная дверь.

– Нет, он пошел смотреть телевизор. Просто его отсюда не видно.

Мери Лу подобралась поближе.

– Какая жалость, что на передних окнах у него жалюзи.

– В следующий раз я постараюсь учесть ваши пожелания, – произнес Морелли, стоя от нас в нескольких дюймах.

Мы с Мери Лу завизжали и непроизвольно кинулись в разные стороны, но Морелли ухватил нас обеих за куртки.

– Только посмотрите, кто у нас здесь, – съехидничал Морелли. – Люси и Этель (главная героиня  сериала «Я люблю Люси» и ее подруга – Прим.пер.). Развлекаетесь, девочки?

– Мы ищем мою кошку, – принялась вдохновенно врать Мери Лу. – Она потерялась, и нам показалось, что мы видели ее на твоем заднем дворе.

Морелли усмехнулся Мери Лу:

– Рад тебя видеть, Мери Лу. Сколько лет, сколько зим.

– Да вот, занята детьми все время, – сказала Мери Лу. – Футбол, детский садик, а тут еще Кенни подхватил отит…

– Как дела у Ленни?

– Отлично. Он подумывает нанять кого–нибудь себе в помощники. Его отец собирается отойти от дел, ты же знаешь.

Ленни окончил школу и сразу влился в семейный бизнес «Сталковик и сын, Канализация и отопление». Дела у него шли хорошо, только иногда от него несло сточными водами и металлическими трубами.

– Мне нужно перекинуться словечком со Стефани, – заявил Морелли.

Мери Лу стала отступать.

– Ой, не буду вам мешать. Я ухожу. У меня машина стоит тут за углом.

Морелли открыл заднюю дверь.

– Ты, – произнес он, отпуская мою куртку. – Иди в дом. Я сейчас вернусь. Провожу Мери Лу до ее машины.

– Не стоит, – запротестовала Мери Лу, приняв встревоженный вид, словно она в любой момент кинется бежать, как заяц.

– Здесь в переулке темно, – сказал Морелли Мери Лу. – Тебе просто не дают покоя лавры Каламити Джейн (знаменитая девица–стрелок Дикого Запада, подруга и жена Дикого Билла – Прим.пер.). Я не спущу с тебя глаз, пока не запру в твоей машине.

Я поступила так, как мне было сказано. Быстренько вошла в дом. И как только они скрылись со двора, тут же прокрутила его автоответчик. Накарябала номера на блокноте, лежавшем у телефона, вырвала страничку и сунула в карман. Последний номер не определялся на определителе. Если бы я знала этот незарегистрированный номер, то не прыгала бы с такой готовностью по команде Морелли.

На прилавке все еще стоял контейнер с мороженым. И оно таяло. Наверно, стоит его съесть, пока оно полностью не растаяло, и его пришлось бы выбросить.