Потери и обретения. Книга вторая - Смитерс Линн (Лайни) - Страница 26

- А это было для тебя важно? - удивленно спросила Джоанна.

Редклифф пожал плечами. Он вновь пожалел, что бросил курить.

- В то время мне казалось, что да.

Не в силах сам поверить в то, что оказался таким жалким, он запустил руку в свою шевелюру.

- Как ни горько мне об этом говорить, - тихо произнес он голосом, в котором слышалось нескрываемое отвращение к самому себе, - Памела отправилась в один из своих печально известных походов по магазинам в тот самый момент, когда я, к сожалению, был практически выставлен на продажу.

Приложив ладонь к его щеке, Джоанна почувствовала, как он сжал зубы.

- Не нужно так ругать себя, - тихо сказала она. - У всех есть мечты. Проблема в том, что, когда мы наконец получаем то, к чему всегда стремились, оказывается, что мы представляли все совершенно иначе. - Она знала, что говорила, - взять хотя бы ее собственную мечту работать вместе с Бертье. - Все люди совершают ошибки, Ред.

- Да, но некоторые ошибки приходится исправлять очень долго.

Он не преувеличивал. С замеревшим сердцем девушка выслушала его рассказ о выпущенных в обращение акциях, о негодяе, угрожавшем перекупить компанию «Сэвидж», об угрозе Памелы продать в случае необходимости доставшийся ей в наследство пакет акций, чтобы разлучить их с Джоанной.

- Я знала, что Памела подозревает, что у нас с тобой роман, - сказала она. - Но, поскольку никаких конкретных причин для ревности у нее не было…

- Она думает, что мы с тобой спим. Теперь, в общем, так оно и есть. - Редклифф снова поймал себя на мысли, что жалеет о потерянном времени, о том, что так долго сдерживал себя.

- У нас еще все впереди. - Джоанна успокаивающе похлопала его по руке, стараясь по выражению лица любимого догадаться, о чем он думает.

- Да, целая жизнь, - согласился он и снова поцеловал ее, недоумевая, чем он заслужил любовь такого ослепительно красивого, умного и нежного существа.

- Но на душе у меня не будет спокойствия, если мы обретем свое счастье, причинив боль Милдред, - тихо сказала Джоанна.

- Она тебе нравится?

- Я ее обожаю, - просто ответила девушка. - Помнишь, я рассказывала тебе, что моя семья много раз переезжала с места на место, когда я была еще маленькой?

- Да, помнится, ты об этом говорила.

Интересно, подумал он, что она скажет, если узнает, что у него есть досье, где указаны все адреса, по которым она проживала с тех пор, когда ей не исполнилось еще и трех лет, вплоть до сегодняшнего дня. Первые два года ее жизни были единственными, о которых ему так и не удалось ничего узнать; именно эти два покрытых мраком года и убедили Милдред в том, что Джоанна - это Элисон.

- Всякий раз, когда в школе у меня появлялась подруга, дело кончалось тем, что мы расставались. Я тяжело это переживала. И спустя какое-то время решила, что лучше вообще ни с кем не дружить.

- Не могу представить, чтобы у тебя не было друзей. - Особенно из числа парней, подумал Редклифф и изумился, вновь ощутив прилив жгучей ревности, когда представил ее лежащей в объятиях какого-нибудь ухажера во время весенней прогулки. Или хуже того - занимающейся с этим парнем любовью на заднем сиденье потрепанного «шевроле» после школьного матча по футболу.

- Нет, я всегда легко сходилась с людьми, но старалась избегать доверительных отношений. Так мне было проще. Моим лучшим другом был брат. А потом его не стало. - С тех пор у меня один-единственный близкий друг - Холли. И ты, конечно. А вот теперь еще и Милдред. Я понимаю, это звучит странно, но я с самого начала почувствовала в ней родственную душу. Словно мы с ней и в самом деле родственники.

Вскинув голову, она посмотрела на Редклиффа, но он, похоже, никак не отреагировал на ее слова.

- Тебе не кажется, - продолжала Джоанна, - что нас с Милдред потянуло друг к другу, потому что я потеряла мать, а она внучку? Мы обе нуждались в своего рода эмоциональной разрядке.

- Да, пожалуй, в том, что ты говоришь, есть логика, - осторожно согласился он, хотя понятия не имел, что теперь делать, учитывая ее последнее замечание, существенно осложнявшее положение дел.

Многие месяцы он старался убедить себя в том, что брак с Памелой - единственное, что может помешать ему соединить свою жизнь с Джоанной. Но теперь он был вынужден задуматься о том, как поведет себя Джоанна, когда все его действия станут ей известны. Будет ли она по-прежнему любить его, когда узнает, что он нанял сыщиков для того, чтобы разложить всю ее жизнь по полочкам, включая роман с этим несчастным французским модельером? Захочет ли она связать свою жизнь с ним, когда поймет, что он лгал ей все те месяцы, которые она проработала в «Сэвидж»?

Впрочем, по большому счету он ей не лгал. Но, как говаривала его учительница в начальной школе, пожилая монахиня, невинная ложь не меньший грех, чем ложь сознательная. Редклифф подозревал, что после того, как правда выплывет наружу, Джоанна, пожалуй, согласится с этой суровой, не выпускавшей из рук линейки монахиней, которая на протяжении девяти месяцев держала в страхе десятилетних мальчишек своего класса.

- Что ж, нам, видимо, остается только одно. - Джоанна, похоже, не замечала тревожного выражения на лице Редклиффа.

- И что же? - Он с готовностью ухватился за продолжение разговора, чтобы отделаться от терзавших его невеселых дум.

Он сознавал: за то, что ему пришлось сделать, расплата неизбежна. Но он не был готов к тому, что это случится уже сегодня. Ему нужно время. Оно необходимо ему позарез. Время для того, чтобы расторгнуть постылый брак, чтобы спасти «Сэвидж». Время для того, чтобы определить, на самом ли деле Джоанна - это Элисон, и если да, то как это повлияет на их совместную жизнь в будущем.

- Как это ни трудно, но нам еще какое-то время придется держать свои чувства в тайне, - сказала девушка. - До тех пор, пока ты не найдешь способ сделать так, что никто не посмеет отобрать компанию у Милдред.

- По-твоему, я смогу это сделать?

- Но ты же мой рыцарь в блестящих доспехах. Не забывай! - Джоанна сверкнула улыбкой. От этой улыбки ему стало еще более стыдно за свою ложь в течение всех этих месяцев. - Ты сможешь все.

Вновь заключая ее в свои объятия, Редклифф искренне надеялся, что она права.

Глава 31

Хотя им безумно хотелось уединиться в ближайшем отеле и страстно любить там друг друга всю ночь напролет, оба они понимали, что с нежными чувствами придется повременить.

- Ничего, у нас впереди вся жизнь, - напомнила Джоанна, когда они возвращались в имение.

Пробормотав что-то в знак согласия, Редклифф уже не первый раз поймал себя на мысли, какая все-таки жизнь на редкость сложная штука.

Неудивительно, что их встретили восторженно. Милдред, пропустив мимо ушей извинения Джоанны по поводу машины, испытала неимоверное облегчение, когда собственными глазами удостоверилась в том, что девушка цела и невредима. Берта, как всегда походившая скорее на привидение, чем на живое существо, намекнула на возможность вмешательства потусторонних сил.

- Это какой-нибудь призрак, которому не терпится изгнать Джоанну из Сарасоты, - многозначительно объявила она.

Памела, хотя внешне имела мало общего с этим злым призраком, в точности соответствовала ему по натуре. Она была вне себя от ярости.

- Я тебя предупреждала, - процедила она сквозь зубы, когда они с Редклиффом остались наедине в своей спальне на верхнем этаже. - Я говорила, что произойдет, если бы будешь спать с этой потаскушкой.

- Всегда восхищался твоими актерскими способностями, Памела, но тебе нужен человек, который напишет третий акт пьесы специально для тебя, - парировал Редклифф. - Мне кажется, что-то подобное я уже слышал. - Сняв свитер, он вошел в примыкающую к спальне ванную комнату и закрыл за собой дверь.

- Душ тебе не поможет, лицемерный сукин ты сын! - крикнула она, услышав, как в ванне зашумела вода. - Ты уже весь пропитался духами этой шлюхи.