Потери и обретения. Книга вторая - Смитерс Линн (Лайни) - Страница 28

В доказательство своей невиновности она широко раскинула руки, выставив напоказ десять длинных пальцев с тщательно наманикюренными ногтями, сверкавшими, словно рубины.

- Для столь грязной работы ты могла и нанять кого-нибудь.

- У меня уже есть такой человек, дорогой. - Она приблизилась к нему и провела одним из своих рубиновых пальчиков по его плотно сжатым губам. - У меня есть ты. - Поцеловав его в губы, Памела рассмеялась и вышла из комнаты.

Витиевато выругавшись, Редклифф скомкал выкраденный женой меморандум и швырнул его в дальний конец комнаты. Как говаривала его бабка, он сам выбрал себе тернистый путь. Теперь ему предстояло пройти его до конца. Даже если это будет означать, что теперь ему предстоит проводить ночи наедине с самим собой и грезить о женщине, которая ему недоступна.

Глава 32

Хотя это было и непросто, Редклиффу и Джоанне удалось не дать Памеле повода продать свои акции австралийскому пройдохе, обманным путем скупающему акции других компаний. Вновь призвав на помощь выдержку, помогавшую им столь долгое время, они ограничивались тем, что довольствовались поцелуями украдкой за закрытыми дверями кабинета.

Вначале они надеялись, что смогут хоть изредка проводить время вместе, но потом Джоанна стала все чаще замечать мужчину, который следовал за нею всюду, куда бы она ни пошла. У этого мужчины была такая невзрачная внешность, что она бы не заметила его, если бы Редклифф еще раньше не предупредил ее, что Памела может прибегнуть к услугам частного детектива.

Что ж, судя по всему, она так и сделала. И хотя Джоанна была уверена, что ее ничем не омраченная жизнь наверняка нагнала скуку на этого бедолагу, она была вынуждена признать, что раунд остался за соперницей. Ибо, хотя та и не смогла получить никаких компрометирующих Джоанну видеоматериалов или фотографий, которые можно было бы предъявить в качестве вещественного доказательства, ей все-таки удалось помешать им с Редклиффом снова заняться любовью.

Джоанна сидела у себя в бунгало на окраине Майами, кроя кусок шелковой материи с яркими цветами и подпевая в такт Далиде, утверждавшей, что ничто человеческое ей не чуждо, когда раздался звонок в дверь.

С раздражением она отложила в сторону портновские ножницы. Она шила себе платье, в котором собиралась предстать на показе в Детройте, и без конца переделывала его фасон. Ее наряд должен быть воплощением совершенства. Он должен продемонстрировать ее талант, ее индивидуальность, ее внутренний мир. Он должен потрясти потенциальных клиентов, не говоря уж о том, чтобы сбить спесь с пресыщенных представителей прессы, пишущих о моде. Так что этому отрезу шелка предстоит тяжелое испытание, подумала она, глядя через глазок на стоящего за дверью мужчину в форменной одежде.

- Мисс Лейк? - спросил он, когда она отворила дверь.

- Да.

Он протянул ей конверт.

- Прочтите это письмо. Оно объяснит вам мое появление.

Джоанна сразу же узнала размашистый почерк Редклиффа. Она пробежала глазами краткую записку, в которой сообщалось лишь то, что возникли некие непредвиденные обстоятельства, требующие ее присутствия, и она должна срочно выехать к нему вместе с водителем.

- А что случилось? - спросила она.

- Не знаю, мисс. Я лишь следую инструкциям.

Всецело доверяя Редклиффу и не желая тратить время на бесплодные расспросы, она схватила сумочку и следом за водителем направилась к машине.

Миновав долину, они приехали в небольшой аэропорт на берегу озера, где ее поджидал реактивный самолет «Сэвидж», предназначенный для перелетов высшего руководства компании. Войдя в салон, она удивилась, поскольку Редклиффа там не оказалось.

- Разве мистер Морино не летит вместе с нами? - спросила она у стюарда, который приветствовал ее в салоне.

- Нет, мисс Лейк. Вы наша единственная пассажирка. - Одарив Джоанну широкой отрепетированной улыбкой, он попросил ее пристегнуть ремни. - Мистер Морино приказал нам откупорить бутылку шампанского, как только самолет поднимется в воздух.

- А куда мы летим?

- В Феникс.

Немногим более часа спустя Джоанна уже входила в роскошный номер люкс пятизвездочного отеля «Аризона».

- Я так ждал тебя, что чуть с ума не сошел. - Редклифф встал ей навстречу. Его широкие ладони погладили ее лицо, губы легко и нежно коснулись щеки.

При виде его сердце Джоанны, как и всегда, забилось чуть сильнее.

- Какая замечательная мысль. Но не слишком ли это рискованно?

- Памела в Лондоне.

- Да, но этот ужасный человек, которого она наняла…

- …Наверное, договаривается сейчас насчет своего освобождения под залог.

- Под залог?

- Праздношатание запрещено законом. Похоже, одному из твоих соседей надоело смотреть на его машину, припаркованную на противоположной стороне улицы, и он сообщил об этом полицейским. Они, скорее всего, оказались не в восторге от того, что парень с частной лицензией, срок действия которой истек еще полгода назад, ошивается в их районе, да еще с незарегистрированным оружием.

- Откуда ты знаешь, что лицензия у него просрочена?

Редклифф пожал плечами.

- Ты бы удивилась, если бы я сказал, сколько интересного можно узнать при помощи специальных служб.

- Да, ума тебе не занимать, - отозвалась она. - Хотя есть еще одна маленькая проблема.

- Какая?

- Твой водитель не дал мне времени собрать вещи.

Его руки обняли ее сначала за плечи, а потом скользнули ниже.

- Не беспокойся, дорогая. Если мы с тобой проведем выходные так, как я задумал, одежда тебе не понадобится.

Рассмеявшись, она обвила его руками за шею.

- Ах, милый.

В первый раз, когда он так грубо овладел ею в машине, Редклифф не испытывал ничего, кроме страстного плотского желания. Вернее, оно было сильнее всех остальных чувств. Теперь же, целуя ее в висок и вдыхая аромат ее духов, он чувствовал себя умиротвореннее.

- Ты должна сказать мне, что тебе нравится. - Лаская губами мочку ее уха, он, не переставая, гладил ее по спине. - Чего ты хочешь.

От его нежных прикосновений Джоанну бросило в жар. Закрыв глаза, она приникла к нему.

- Хочу, чтобы ты меня поцеловал.

Он покрыл ее губы медленными легкими поцелуями.

- Вот так?

- Для начала отлично, - прошептала Джоанна. Редклифф чувствовал ее дыхание, напоминавшее слабый летний ветерок.

- Вот именно, дорогая, - многообещающе подхватил он. - Только для начала.

От прикосновений его языка, нежно ласкавшего ее полураскрытые губы, она испытала прилив всепоглощающей страсти.

- Ред, кто-нибудь говорил тебе, что ты отлично целуешься?

- Ты только что сказала. - Он поцеловал ее еще нежнее и мягче. Поцелуй длился так долго, что она потеряла счет времени.

Вконец обессилев от одних только его поцелуев, Джоанна испытала такое ощущение, словно лежала в кровати, устланной пухом. Или на ложе, сотканном из облаков.

- Ты целуешься просто великолепно, - повторила она. - Ты, Редклифф Морино, целуешься лучше всех в мире.

- Ты субъективна.

Медленные, упоительные поцелуи привели в возбуждение и его самого. Он поднял ее на руки с такой нежностью, словно это была не женщина из плоти и крови, а драгоценная хрустальная ваза из коллекции Милдред. Ни один мужчина еще не был с ней так нежен.

- Я никому ничего не скажу, - прошептала Джоанна, когда он осторожно опустил ее на кровать и сел рядом.

- Знаю. Это одно из твоих качеств, которым я восхищаюсь. - Он не спеша принялся снимать с нее одежду, подвергая каждый новый участок обнаженной плоти сладостной и мучительной пытке, с непередаваемой нежностью касаясь его руками и теплыми, чувственными губами. - Ты можешь быть одновременно сильной и слабой. Словно сталь, обернутая в атлас.

Прошло еще несколько упоительных мгновений, и он принялся снимать с нее короткую сорочку - кусочек шелковой материи, отделанный нарядными кружевами.

А потом разделся сам и крепко прижал ее к себе.