Когда мечты сбываются - Максвелл Кэти - Страница 61

— Посмотри на нас, — прошептал он. — Видишь? Мы — муж и жена.

Она кивнула, глядя на него томными, затуманенными страстью глазами.

Он сжал руками ее груди, а потом, медленно опустив одну руку, погладил темный треугольник между ее ногами. Она вздрогнула, и по ее телу пробежала горячая волна желания.

— Мы — единое целое, Иден. Ты мне не раба, а я тебе не господин, и ты не должна слепо исполнять мои прихоти, — сказал он. Нежно сжав пальцами ее сосок, Пирс покрутил его, чувствуя, как он твердеет. Посмотрев на свой твердый, как стальное копье, орган, Пирс понял, что готов войти в нее. — Я не хочу, все время только получать. Я хочу что-нибудь отдавать, мне очень нравится доставлять тебе удовольствие.

Пирс провел языком по ее нежной шее. Закрыв глаза, Иден наклонила голову, чтобы он смог добраться до того чувствительного места, которое находится за ухом.

Встав на колени, Пирс и ее заставил сделать то же самое.

— Открой глаза, Иден, — прошептал он ей на ухо. — Я хочу видеть их, когда я войду в тебя.

Ее ресницы задрожали, и, открыв глаза, она удивленно посмотрела на него. В этот момент Пирс вошел в нее, прижавшись бедрами к ее ягодицам. Его руки продолжали ласкать ее груди.

— Посмотри в зеркало, Иден. Я хочу, чтобы ты видела, как мы занимаемся любовью.

Он еще глубже вошел в нее, и она выгнула спину, прижимаясь к нему. Теперь она принадлежала ему. Он почувствовал это, когда она начала двигаться в такт его движениям, прижимаясь к нему всем телом. Она удовлетворяла свои потребности. Брала то, что должна была получить.

Это была дикая, бешеная, непристойная скачка. Оба они, не отрываясь, смотрели на свое отражение в зеркале. Один раз она, повернувшись к нему лицом, попыталась изменить ход событий и заставить его подчиняться ей. Однако Пирс не позволил сделать это. Сейчас он главный, он отдает, а она получает. И ей пришлось смириться с этим. Воздух содрогался от ее криков. «Пирс, прошу тебя, еще! Еще!» — снова и снова кричала Иден, а он шепотом рассказывал ей о том, что собирается сделать с ней и как будет ласкать ее.

Ее волосы, растрепавшись, упали на плечи, когда она резко подалась вперед для того, чтобы он смог еще глубже войти в нее. Они оба забыли и о зеркале, и том, кто должен руководить, а кто подчиняться, и просто наслаждались друг другом.

А потом он почувствовал, как ее лоно начало сжиматься, и понял, что наступает кульминация. Она достигла вершины наслаждения.

Его охватил такой восторг, что он едва не лишился чувств. Его кульминация была подобна мощному взрыву.

Они в изнеможении упали на кровать. Он прижал ее к себе, и они лежали, слушая, как бешено колотятся их сердца.

Иден первой нарушила молчание.

— Мне кажется, я так устала, что еще не скоро смогу встать с этой кровати, — произнесла она.

Пирс засмеялся. Сначала он просто довольно хихикал, а потом это хихиканье превратилось в громкий хохот. Глядя на него, она тоже расхохоталась. Он лежали, обняв друг друга, сплетясь ногами, и смеялись, радуясь жизни и любви.

Благодаря знакомству с Пирсом у Иден в корне изменилось мнение о мужчинах.

Оказалось, что быть женой — это чертовски приятно. Она наслаждалась каждой минутой своей жизни. И эта радость бытия не исчезла даже после того, как они покинули любовное гнездышко, которое свили для себя, и снова воссоединились с остальным миром.

Иден с головой погрузилась в домашние дела и хозяйственные заботы, ведь Пенхоллоу Холл стал для нее теперь родным домом. По вечерам, закончив все свои дела, они с Пирсом ложились в постель и, обнявшись, предавались мечтам, строили планы на будущее.

Она теперь верила в то, что все ее мечты сбудутся. У нее обязательно будут дети. Возможно, она уже носит под сердцем ребенка. Иден день и ночь благодарила Бога, веру в которого она недавно обрела, за свою счастливую жизнь и те милости, которыми он ее одарил. Даже ее свекровь, леди Пенхоллоу, казалась счастливой и довольной.

Иден сказала Пирсу, что хочет, чтобы у их детей были такие же голубые глаза и милые ямочки в уголках рта, как у него. Услышав это, он засмеялся и ответил, что хотел бы, чтобы их малыши были зеленоглазыми и чтобы Господь одарил их теми же многочисленными талантами, которыми обладает их мать.

Иден казалось, что ее счастье безмерно, а прошлое стало просто смутным, неприятным воспоминанием.

Прошло две недели. Две недели счастья, приятных забот и наслаждения.

Началась третья неделя. Во вторник Иден поехала в Хобблс Муе, чтобы посмотреть, как идет строительство новых домов. Когда она вернулась, то увидела, что возле парадного крыльца дома стоит наемный экипаж. Она знала, что в этот день в Пенхоллоу Холле гостей не ожидали. Она вошла в дом.

— Роулинз, кто к нам приехал? — спросила Иден, отдав дворецкому свою шляпу и перчатки. Она была уверена, что он скажет, что это приехали поговорить по поводу лошадей.

Однако она ошиблась.

— Я не знаю имен этих господ, — сообщил дворецкий. — Они не захотели представиться, но, несмотря на это, его светлость все-таки пригласил их в свой кабинет. Гостей четверо — трое мужчин и одна женщина. Двое мужчин одеты очень странно. На них какие-то широкие балахоны. Гости сказали, что приехали прямо из Лондона. Как вы думаете, миледи, они останутся на обед?

Трое мужчин и женщина из Лондона. Задумавшись, Иден кивнула, что-то ответив дворецкому. Ноги сами понесли ее к кабинету Пирса. Она услышала тихие голоса.

В этот момент дверь кабинета мужа открылась и он вышел в коридор.

— Иден, я рад, что ты вернулась, — устало произнес он каким-то странным голосом. — Не могла бы ты зайти в кабинет и присоединиться к нам?

Его вопрос был скорее похож на приказ, чем на просьбу.

— Конечно, Пирс, — ответила Иден. Он стоял спиной к свету, и поэтому она не видела его лица. Однако, подойдя к нему поближе, она испугалась. Никогда прежде ей не доводилось видеть его таким мрачным и суровым.

Посмотрев на нее пристальным взглядом, он повернулся и, не проронив ни слова, вошел в кабинет.

С трудом передвигая ноги, Иден последовала за ним. Первым она увидела великана Ферта, служившего охранником у мадам Индрени. Рядом с ним стоял бородатый Гади в своем длинном, просторном балахоне.

Назим сидел в кресле, стоявшем возле письменного стола Пирса. Когда она вошла, он повернулся и его глаза загорелись от радости. Это была злобная радость охотника, который наконец-то настиг свою жертву.

Увидев, как мадам Индрени поднимается с кресла, стоявшего рядом с креслом, в котором сидел Назим, Иден моментально забыла обо всем на свете. Мадам была в платье из шелка и парчи. Она протянула Иден руку. Послышался звон ее золотых браслетов.

— Иден, cher, я рада, что мы с тобой снова встретились, — с улыбкой произнесла она.

ГЛАВА 16

— Эта женщина говорит, что хорошо знает тебя, — сказал Пирс. Он стоял, опершись рукой о полированную столешницу, и смотрел на нее в ожидании ответа.

Иден не подала руки мадам Индрени.

— Это правда, — призналась она.

Сделав два шага, он отступил назад. Его лицо было похоже на каменную маску.

— Как вы узнали, что я здесь? — повернувшись к мадам Индрени, спросила Иден.

Мадам улыбнулась.

— Меня разыскал лорд Пенхоллоу, — ответила она. — Он специально нанял для этого человека.

Повернувшись к мужу, Иден удивленно посмотрела на него.

— Это правда, милорд? — спросила она.

— Помнишь, ты как-то упомянула ее имя? — вопросом на вопрос ответил Пирс. Его голос звучал резко и зло. — Я послал человека на ее поиски.

Иден покачала головой.

— Я забыла об этом, — сказала она. — Это было так давно.

— Иден, ты говорила, что эта женщина — твоя учительница, — напомнил Пирс. — Почему ты прячешься от нее?

— Да, cher, почему ты прячешься от меня? — повторила мадам, передразнивая его. — А ты рассказала ему, чему я тебя учила? — спросила она и вновь улыбнулась.