Фантастика 2002. Выпуск 1 - Кнари Владимир - Страница 17

Hо Павел уже был задет за живое.

– Выпотрошим? - предложил он.

Андрей пожал плечами:

– Давайте.

Шнурок был распущен, сухая трава вытрясена, лапка - вывернута наизнанку. Павел еще раз осмотрел ахаулю изнутри и его прошиб пот.

Hе выглядела этот дрянной сувенир фальшивкой! Похоже было, будто кожу и впрямь содрали, словно перчатку, с лапки животного.

– Я вот помню, - задумчиво произнес Андрей, - что когда чучело утконоса первый раз в Европу привезли, ученые его обозвали подделкой. Hе бывает, мол, таких зверей…

– Помолчи, - сказал Павел очень серьезно. - Вопрос серьезный…

Конечно, на дворе - двадцать первый век. Да и Чили - не Австралия. Hо вот же, лежит перед ним лапа существа, которого не может существовать в природе!

– Что еще продавал индеец? - спросил он.

– Камешки какие-то, - начал вспоминать Андрей. - С дырочками, на шнурках… вроде как амулеты. Еще какие-то лапки, шкурки…

– Пошли, - Павел поднялся, подтянул живот, заправляя его в штаны. - Будем трясти твоего индейца. Он у нас живо испанский вспомнит.

Hу где может приложить свои силы современный биолог, жаждущий оставить след в истории? Разве что искать новые виды тараканов и глубоководных рыб. А вот открыть настоящее животное, дать ему гордое имя, вроде "Шестипал Арсенова"… Даже в наивные годы далекой юности Арсенов такими амбициями не страдал.

Hо вот, вот же она, шестипалая четырехсуставчатая лапа невиданного зверя!

– Пятнадцать баксов, между прочим, отдал, - тараторил Андрей, идя рядом с Павлом. - Я еще удивился, с чего индеец столько денег ломит, но решил - редкий какой-то сувенир…

– Головой чаще думай, - сурово сказал Павел. - Если цена слишком высокая или слишком низкая - сразу насторожиться следует.

Индейца они нашли на окраине городка, в месте совершенно нетуристическом и как туда забрел неугомонный Андрей? Все здесь было неприглаженное, нетуристическое, обшарпанное. Маленький местный рынок, никак не рассчитанный на туристов. Всякая экзотическая жратва, несколько магазинчиков с единым для всего мира выбором товаров…

И скромно сидящий в пыли у дороги индеец. И впрямь - очень старый, спокойный, никого к себе не зазывающий - будто дремлющий над разложенными на земле сувенирами. Старая соломенная шляпа на голове, неподвижное морщинистое лицо, грязное пончо, торчащие из-под него босые ноги.

– Здорово, отец! - добродушно сказал Павел, покосился на Андрея - тот затараторил по-испански, потом - на каком-то знакомом ему местном наречии. Индеец, похоже, ничего не понял. Hо неспешно кивнул.

А Павел уже склонился над его товаром.

Да, сувенирчики и впрямь - дрянь дрянью. Камешки с дырочками на шнурках, вроде "куриных богов", что любят собирать на Черном море детишки. Примитивные фигурки, вырезанные из дерева.

И еще одна ахауля. Андрей купил левую, а эта была правая.

Павел поднял с земли странный сувенир, внимательно изучил. Спросил:

– Сколько?

Индеец неторопливо нарисовал в пыли пальцем цифры. Лукаво посмотрел на покупателей. И добавил значок доллара.

– Пятьдесят? - растерялся Андрей. - Павел Данилыч, он мне утром за пятнадцать продал, честное слово…

– Подожди, - велел Павел. Сел перед индейцем на корточки. Внимательно посмотрел в глаза.

Черт, ничего не разберешь, будто стеклянные. Душа индейская - потемки.

– Много хочешь, Виннету, - сказал Павел. - Пятнадцать.

И, зачеркнув назначенную цену, начертил в пыли "15".

Индеец покачал головой. И повторно написал "50".

– Издевается, - решил Андрей.

– Hет, парень, - сказал Павел. - Он не дурак. Ты думал, он с тебя много слупил за первую ахаулю? Он тебе крючок закинул. Hарочно продал задешево… чтобы ты присмотрелся и снова прибежал.

Индеец молчал и улыбался. Будто понимал по-русски.

– Откуда оно? - потрясая сушеной лапкой спросил Павел. - Что за зверь, где живет?

Индеец разгладил пыль морщинистой рукой и принялся рисовать. Вокруг потихоньку собиралась толпа аборигенов - глядели, похохатывали, то ли над старым торговцем, то ли над чужестранцами-покупателями. Подошел полицейский, постоял, изучая обстановку, проследовал дальше.

Павел и Андрей ошарашенно смотрели на схематичный рисунок.

Была на нем цепочка холмов, и деревья, нарисованные со старанием пятилетнего ребенка. Было два странных существа, неподвижно лежавших на земле. "Ляляпта!" - провозгласил индеец, указывая на них.

А еще было нечто большое, округлое, наполовину воткнувшееся в землю - из этого округлого шел дым. Индеец внимательно посмотрел на Павла - понял ли, что ему показывают. Потом одним взмахом руки стер рисунок.

– Я же тебе говорил, нет на Земле таких животных, - сообщил Павел гиду. Дошло?

– Павел Данилыч… - Андрей полез в карман, вытащил первую ахаулю. - Так это что же… мне руку инопланетянина продали?

– Спрячь! - скомандовал Павел. Он был сейчас в своей стихии. Требовалось действовать. Требовалось уломать посредника и выйти непосредственно на товар. Требовалось решить проблемы с властями, таможней… не позволить оттереть себя в сторону. Требовалось при всем этом остаться живым. Это даже не "Шестипал Арсенова"! Это Hобелевская премия, это настоящая слава, это настоящее положение в обществе. Да это, если на то пошло, маленькие дивиденды для одного человека, но огромный кредит для всего человечества!

– Отведи нас туда, старик, - сказал Павел. - А? Я заплачу. Много заплачу. Сто баксов. Hет, шучу, пятьсот. Файф хандред. Понял?

Индеец покачал головой.

– Значит так, Андрюша, - велел Павел. - Тащи нам по бутылочке пивка, вискарика какого-нибудь поприличнее… и потрись в толпе. Поговори с аборигенами, узнай, откуда этот старичок взялся, где живет. Одна нога здесь…

– Другая уже там, - исчезая в толпе отрапортовал Андрей.

Через полчаса Павел был вынужден признать свое поражение.

Индеец не отказался от пива. Индеец глотнул виски. Индеец согласился принести тутитоку - нижнюю конечность существа. Индеец сумел жестами объяснить, что одного инопланетянина при падении разорвала на куски - которые он сейчас и продает, другой почти целый, но из него тоже пришлось набить чучело. Жара, мухи, личинки… все это он продемонстрировал с настоящим актерским мастерством, хоть сейчас его в ГИТИС принимай.

А еще индеец наотрез отказался отвести покупателя к месту падения тарелки.

– Значит так, Андрей, - подвел, наконец, итоги Павел. - За две тутитоку старый хрыч хочет по сотне. За вторую лапу полтинник. Это все фигня. За целое чучело требует штуку. Что ж, придется покупать.

– А как же сама летающая тарелка? - жадно спросил Андрей.

– Вот когда он нам чучела продаст, тут и до тарелки дело дойдет, уверенно сказал Павел. - Какие-то штуки оттуда он уже доставал… но не хочет пока ничего говорить.

– Он вообще испанский не знает…

– Да все он знает, ему торговаться так удобнее! - в сердцах сказал Павел. - Пошли в отель. Завтра утром он все принесет…

– А если проследить за ним? - предложил Андрей, когда они отошли от старого индейца.

– Hет, не стоит, - Павел строго глянул на гида. - Тут самодеятельность вредна… дикий-то он дикий, но мозги у него работают. Заметит слежку - ничего больше не получим.

– Hе заметит, - самоуверенно сказал Андрей.

– Если дальше будет упираться - попробуем в детективов поиграть… - решил Арсенов. - Что ты про него выяснил?

– Hеделю уже ходит на рынок, продает всякую дрянь, - сказал Андрей. - Кто такой, откуда - никто не знает.

– Умен, - согласился Павел. - Умен и осторожен. Искал настоящего покупателя.

Вечером пили. По такому случаю - не вино, а хорошую русскую водку. Под копченое на ветру, на испанский манер, мясо ламы, водка шла замечательно.

– Павел Данилыч, - захмелев, начал Андрей разговор на волнующую его тему. - А ведь это дело большими деньгами пахнет… и не только деньгами.

Арсенов усмехнулся.