Память Света (Память огня) - Джордан Роберт - Страница 191

— Так если мы проскользнем через одни из этих врат, — сказал Мандеввин.

Арелла фыркнула, как будто это предложение было шуткой. Она посмотрела на Фэйли, и ухмылка сползла с ее губ.

— Вы это серьезно. Вы оба.

— Мы все еще далеко от Такандара, — сказала Фэйли. — И эта деревня преграждаем нам путь. Возможно, пройти сквозь врата будет проще, чем пытаться пересечь долину.

— Но мы окажемся позади вражеских боевых порядков!

— А мы уже позади низ, — мрачно сказала Фэйли. — Так что ничего не изменится.

Арелла умолкла.

— Это будет проблемой, — тихо проговорил Мандеввин, глядя в подзорную трубу. — Посмотрите на парней, который идут к лагерю от деревни.

Фэйли снова подняла собственную подзорную трубу.

— Айил? — прошептала она. — Свет! Шайдо примкнули к силам Темного?

— Даже эти псы Шайдо не осмелились бы, — сказала Арелла и плюнула в сторону.

Новоприбывшие выглядели иначе. Они подняли свои вуали, словно готовы были убивать, но вуали были красного цвета. В любом случае, почти невозможно прокрасться мимо айильцев. Вероятно, только то, что ее группа держалась так далеко, спасло их от обнаружения. Это, и еще то, что никто не мог ожидать увидеть их здесь.

— Назад, — сказала Фейли, спускаясь вниз по склону. — Мы должны придумать какой-нибудь план.

****

Перрин проснулся, ощущая, как будто его бросили в озеро зимой. Он ловил ртом воздух.

— Ляг назад, дурак, — сказала Жанан, положив руку на его плечо. Седовласая Хранительница Мудрости выглядела не менее измученной, чем он сам.

Он был на чем-то мягком. Слишком мягком. Хорошая кровать, чистые простыни. За окном, волны мягко разбивались о берег и кричали чайки. Он слышал также стоны, доносившиеся откуда-то неподалеку.

— Где я? — спросил Перрин.

— В моем дворце, — сказала Берелейн. Она стояла около дверного проема, но он её не заметил раньше. Первенствующая одела свою диадему, ястреба в полете, и была в малиновом платье с желтой отделкой. Убранство комнаты было богатым, с золотом и бронзой на зеркалах, окнах и столбиках кровати.

— Я могла бы добавить, — сказала Берелейн, — Что эта ситуация несколько знакома мне, Лорд Айбара. Я приняла меры предосторожности на этот раз, если Вам это будет интересно.

Меры предосторожности? Перрин понюхал воздух. Уно? Он мог почуять мужчину. Действительно, Берелейн кивнула в сторону, и Перрин, повернувшись, увидел Уно, сидящего в кресле рядом, его рука была на перевязи.

— Уно! Что случилось с тобой? — спросил Перрин.

— Проклятые троллоки случились со мной, — проворчал Уно. — Ожидаю своей очереди на Исцеление.

— Те, чьи раны опасны для жизни, Исцеляются в первую очередь, — сказала Жанин. Она была самой опытной в Исцелении из Хранительниц Мудрости, и она, видимо, решила остаться с Айз Седай и Берелейн. — Ты, Перрин Айбара, был Исцелен до точки выживания. Лишь только до точки выживания. До этого момента не было времени, чтобы мы могли позаботиться о ранах, которые не угрожают твоей жизни.

— Подожди! — сказал Перрин. Он попытался сесть. Свет, он валился с ног. — Как долго я здесь?

— Десять часов, — сказала Берелейн.

— Десять часов! Я должен идти. Битва…

— Битва продолжится без тебя, — сказала Берелейн. — Мне очень жаль.

Перрин тихо зарычал. Он так устал.

— Морейн знала способ, как снять усталость с человека. Вы знаете его, Жанин?

— Я бы не сделала этого для тебя, даже если бы знала, как, — сказала Жанин. — Ты должен поспать, Перрин Айбара. Твое участие в Последней Битве закончено.

Перрин стиснул зубы, затем попытался встать.

— Сделай только шаг от своей кровати, — сказала Жанин, смотря на него, — И я свяжу тебя потоками воздуха и оставлю здесь висеть на несколько часов.

Первая мысль Перрина была — переместиться отсюда. Он начал формировать в своих мыслях образ места и почувствовал себя дураком. Он как-то вернулся в реальный мир. Он не может перемещаться здесь. Он был беспомощен, как ребенок.

Он разочарованно откинулся на спинку кровати.

— Радуйся, Перрин, — тихо сказала Берелейн. — Ты должен был умереть. Как ты попал на то поле боя? Если бы Харал Лухан и его люди не нашли тебя там…

Перрин покачал головой. То, что он делал, невозможно было объяснить никому, кто не знал, что такое волчий сон.

— Что случилось, Берелейн? Война? Наши армии?

Она поджала губы.

— Я могу чувствовать запах правды, — сказал Перрин. — Тревога и беспокойство, — он вздохнул. — Я видел, куда переместилась битва. Если двуреченцы тоже на Поле Меррилор, все три наши армии оттеснены в одно место. Все, кроме той, что у Такандара.

— Мы не знаем, как обстоят дела у Лорда Дракона, — тихо сказала она, усевшись на стул возле постели. У стены Джанира взяла за руку Уно. Он задрожал, когда волна Исцеления прокатилась по его телу.

— Ранд еще сражается, — сказал Перрин.

— Слишком много времени прошло, — ответила она. Что-то она недоговаривала, было нечто, что она обходила стороной. Он мог чувствовать это в ее запахе.

— Ранд еще сражается, — повторил Перрин. — Если бы он проиграл, нас бы здесь уже не было. — Он откинулся назад, чувствуя, что выжат до предела. Свет! Не мог же он просто лежать, пока люди умирали, правда? — В Скважине время течет иначе. Я там был и убедился лично. Тут прошло много дней, но я уверен, что для Ранда прошло не больше одного дня. А то и меньше.

— Это хорошо. Я передам твои слова прочим.

— Берелейн, — сказал Перрин. — Мне нужно, чтобы ты сделала кое-что для меня. Я отправил Илайаса с посланием нашим армиям, но не знаю — доставил ли он его. Грендаль воздействует на разум наших Великих Генералов. Можешь ли ты узнать, дошло ли предупреждение?

— Дошло, — сказала она. — Почти опоздало, но дошло. Ты хорошо справился. Теперь спи, Перрин, — она встала.

— Берелейн? — спросил он.

Она обернулась к нему.

— Фэйли, — сказал он. — Что с Фэйли?

Ее тревога стала сильнее. Нет.

— Ее обоз был уничтожен пузырем зла, Перрин, — тихо сказала Берелейн. — Мне жаль.

— Ее тело нашли? — заставил он себя задать вопрос.

— Нет.

— Значит, она еще жива.

— Это…

— Она еще жива? — надавил Перрин. Он должен быть уверен, что это правда. Если не будет…

— Надежда, конечно, есть, — сказала она, затем подошла к Уно, который сгибал свою Исцеленную руку, и кивком велела ему следовать за собой, когда покинула комнату. Джанина возилась у умывальника. Перрин все еще мог слышать стоны снаружи, и пахло здесь целебными травами и болью.

"Свет, — подумал он. — Караван Фэйли вез Рог. Неужели Тень похитила его?"

И Гаул. Он должен вернуться к Гаулу. Он оставил его в волчьем сне, защищать Ранда. Если судить по истощению самого Перрина, Гаул долго не продержится.

Перрин чувствовал себя так, словно мог бы проспать недели. Джанина вернулась к его постели и покачала головой.

— Не стоит тебе пытаться заставить себя не закрывать глаза, Перрин Айбара.

— Мне еще слишком многое нужно сделать, Джанина. Пожалуйста. Я должен вернуться в бой и…

— Ты останешься здесь, Перрин Айбара. В таком состоянии от тебя никому не будет пользы, и ты не заработаешь джи, пытаясь доказать обратное. Если кузнец, который принес тебя сюда, узнает, что я позволила тебе уйти и умереть на поле боя, думаю, он вернется, чтобы повесить меня снаружи окна за пятки. — она заколебалась. — И, думаю, он сможет это сделать.

— Мастер Лухан, — сказал Перрин, с трудом вспоминая последний момент перед тем, как потерял сознание. — Он там был. Он нашел меня?

— Он спас тебе жизнь, — сказала Джанина. — Этот человек взвалил тебя на спину и бегом донес до Айз Седай, чтобы унести через врата. Когда он прибыл, тебя от смерти отделяли секунды. С учетом твоих размеров, просто поднять тебя — уже заслуга.

— Мне не нужно спать, — сказал Перрин, чувствуя, как слипаются глаза. — Мне нужно… Нужно взять…

— Уверена, нужно, — сказала Джанина.