Не будите Гаурдака - Багдерина Светлана Анатольевна - Страница 328

— Да, да, я признал в утопленнице тебя! — торопливо закивал в ответ королевский знахарь. — Сразу же! Я сказал новому королю, что это ты! И он поверил!

— Или сделал вид, — вполголоса добавила Сенька — вечный оптимист.

— Меня ни для кого нет в живых! — словно обороняясь, обожгла ее тяжелым взглядом Вишня.

— Для остальных — нет, — не стал спорить контрабандист. — Но сейчас тебя ищут Наследники Пяти родов. Вернее, четырех. Пятый Наследник — наш Дуб — погиб, его дед тоже, и его род официально прервался. Но осталась ты.

— А при чем тут моё наследничество? — возмущенно вперила руки в бока женщина. — Я не собираюсь занимать трон, даже если бы мне его предложили! Кухарка не может управлять государством! И не хочет! И не будет! Единственное, что кухарка хочет — это чтобы ее оставили в покое! Чтобы про нее забыли и убрались к горным демонам! Все!

— Успокойся, Вишенка. Успокойся. Тис и его прихвостни не знают про тебя. Вы с матушкой Грушей вне опасности, — мягко взялся за сжатую в кулак руку Вяз, и напряженные мускулы постепенно расслабились, словно уверенность контрабандиста передавалась через прикосновение.

— Ты ведь помнишь древнюю легенду про Гаурдака, мага-хранителя и пятерых Наследников? — продолжил атлан.

— Вы мне сказки пришли рассказывать на ночь? — хихикнула Вишня, нервно оглядывая незнакомцев вокруг себя — то ли пытаясь вычислить, кто из них заморский наследник, то ли угадать, для чего ей морочат голову.

— Это не сказки, — качнула головой Серафима. — Это правда. И через шесть… нет, уже через пять дней Пожиратель Душ восстанет. Это известно совершенно точно. Увы. И поэтому мы все здесь.

— Восстанет?.. Гаурдак?.. — взор Вишни из подозрительного превратился в ошеломленный. — Но… это ведь… это ведь всего лишь легенда… Я имею в виду, былина… В смысле, сказка…

— Не сказка, — сурово мотнул головой конунг.

— А «былина» и «легенда» — не значит «вранье», — сухо заметил Кириан.

— И как в этой былине говорится, если ты помнишь, чтобы замкнуть круг, необходим наследник пятого рода — рода короля Дуба, — словно ее не прерывали, продолжила царевна. — Кстати, Олаф — один из четырех. Остальные трое ждут нас в городе.

— Но… — Вишня растерянно моргнула и развела руками. — Но я не умею… Я не знаю, как… Меня… никто никогда не готовил! Мне не говорили!.. Я не солдат… и даже не мужчина!.. И я даже в это до сих пор не могу поверить!

— Это неважно, — отмахнулась Сенька. — Гаурдак восстанет вне зависимости от того, верят в него или нет.

— Но… но…

Женщина, опустив руки и позабыв про угощение, потерянно переводила взор с одного гостя на другого, пока не остановилась на Вязе. Похоже, для кораблика ее рассудка, кувыркавшегося на волнах персональной внутренней бури, он послужил чем-то вроде тихой гавани.

— Демон… — не отводя глаз, она пожирала взглядом невозмутимое лицо атлана. — Скажи мне… Тебе я поверю, даже если ты скажешь, что под моей кроватью сейчас сидит настоящий буба… Ответь, пожалуйста… только честно… Это правда? Про Гаурдака? Это… не какая-то нелепая шутка?..

Атлан, чуть поморщившийся при обращении, твердо глянул ей в глаза и медленно кивнул.

— Правда.

Лицо Вишни вытянулось.

— Правда… — недоумевающим эхом повторила она. — Но… Что мне надо делать?

— Ничего особенного, — дружелюбно улыбнулась ей Сенька. — Просто пойдем с нами. В городе мы заберем друзей и отправимся в Красную горную страну, к Адалету.

— К Адалету?! — глаза кухарки изумленно вытаращились. — Но так ведь звали того, самого первого мага-хранителя!.. Если я ничего не путаю?

— Именно к нему, — тонко усмехнулся Кириан. — Старый курилка всё еще жив и, надеюсь, здоров. И ждет нас как из печки пирога, я полагаю.

Дивясь и отстраненно улыбаясь, атланка покачала головой:

— Адалет…Надо же… Просто чудеса какие-то! Сказка… — но тут же спохватилась: — Когда выходим?

— Сейчас, — проговорила царевна. — Десять минут на сборы хватит?

— Как — десять?! А мой ужин… завтрак?! Неужели я вас голодными отпущу?! А ну-ка, все быстренько садитесь за стол, пока я собираюсь!

И, возбужденно скребя по дну кастрюли половником, Вишня принялась разливать холодную куриную лапшу по оловянным мискам.

— Вы кушайте, не торопитесь, а я пойду, оденусь… и всё такое…

— Матушка Груша как, кстати? — глянул на атланку Вяз.

— Теперь получше, спасибо, — чуть улыбнувшись, с благодарностью кивнула женщина. — И с нервами, и с сердцем. До сих пор не может поверить, что не скоро увидит наш дом. Уже почти месяц прошел с тех пор, как бежать пришлось… И сколько еще будем тут прятаться — неизвестно… И угораздило этого Дуба расстаться с жизнью…

— Извините нас, мы ее разбудили тоже, наверное? — с сожалением глянула на хозяйку Серафима.

— Нет, не должны, не беспокойтесь, — покачала головой Вишня. — Я пою ее на ночь своим отваром и тем, что знахарь прописал. Тем более, всё равно сейчас придется ее будить, чтобы попрощаться и все рассказать. Вы уж за ней присмотрите, ладно?

— Не сомневайся, — кивнул контрабандист.

— Спасибо…

Вяз на правах старого знакомого достал из буфета хлеб и сыр и принялся нарезать своим кинжалом толстые неровные куски на всех. Вишня, убедившись, что теперь все в ее доме, пусть даже этот дом был всего лишь временным убежищем, сыты, поставила на стол большой заварочный чайник, источавший горьковатые ароматы степных трав. Потом кивнула без слов, указывая на чайник с водой на плите, и шагнула к двери в дальней стене.

Словно по сигналу, та распахнулась, и на пороге перед гостями предстала невысокая седоволосая старушка в запахнутой поверх сорочки теплой накидке.

— Мама, ты не спишь! — обвиняюще вскинула на нее глаза кухарка. — Тебе нужно спать по ночам, а не бродить!

— Я не бродила, Вишенка, — неторопливо, слабым, чуть скрипучим голосом отвечала Груша. — Я подслушивала…

— Мама!!!..

— …Поскольку меня никто не потрудился пригласить к гостям, — не дрогнув, торжественно договорила бабулька и с победным видом уставилась на торопливо приподнимающихся в приветствии визитеров.

— Значит, тебе не надо ничего объяснять, ты всё слышала, — с немалой долей облегчения выдохнула Вишня.

— Да, я всё слышала, — старушка кивнула медленно и снова устремила ярко-голубой взор на ночных посетителей.

— Тогда ты знаешь, что это — дело невероятной важности… во что я еще не совсем верю, конечно… но если Демон говорит…

— Вязу надо верить, девочка, — строго погрозила пальчиком матушка Груша, и Вишня зарделась и опустила глаза.

— Тогда вы пока побеседуйте, а я пошла собираться, мама.

— Нет, Вишенка, — непреклонно покачала головой Груша. — Ты никуда не пойдешь.

— Но мама! Ты ведь сама всё слышала — и это не сказки! Белый Свет в опасности, не только Атланда! Ты сама говоришь, что Вязу надо верить!

— Я от своих слов не отказываюсь, — вздохнула старушка. — Я слышала. Но дело не в этом.

— А в чем тогда?

— Да вы садитесь, бабушка! — вскочил Олаф и с грохотом подвинул матери Вишни медный стул.

— Спасибо, юноша, — с достоинством кивнула та и осталась стоять.

— Мама, я понимаю, что ты за меня беспокоишься, но всё обойдется, Тис меня не найдет, мы покидаем город прямо сейчас!

— Нет, Вишенка… — упрямо помотала головой Груша и опустила глаза. — Дело даже и не в этом…

— А в чем же?!

— Дело в том, деточка… в том… Извини меня… я никогда об этом не говорила… Я думала… что эта тайна уйдет со мной в могилу… но…

— Но — что? — предчувствуя беду, отложил ложку и подался вперед менестрель.

— Но дело в том… что в моей дочери нет ни капли королевской крови, — не отрывая опущенных глаз от пола, тихо выдохнула старушка.

— Ч-что?.. — в кои-то веки не найдя других слов, тупо переспросил Кириан.

— К-как — нет?.. — уронил ложку Фикус.

— Да ничего с ней не случится, бабушка, не бойтесь! — истолковала слова старушки по-своему царевна.

— Она должна идти! Клянусь Мьёлниром и Старкадом, мы правду говорим! — грохнул по столу кулаком отряг, оставив в столешнице изрядный кратер.