Не будите Гаурдака - Багдерина Светлана Анатольевна - Страница 418

— Теперь да… — понуро протянул разжалованный студент. — Но поздно.

— Учиться никогда не поздно, — самодовольно хмыкнул старик, и что-то в его голосе заставило Сеньку насторожиться.

— Послушай, великий Адалет, — вкрадчиво заглянула она в хитро прищуренные глаза старика, словно кошка — молочнику. — А может, ты бы взял себе ученика?

— Ученика? — с притворным недоумением округлились волшебниковы очи. — А зачем?

— Ну как же, — повела плечами царевна. — Ведь тебе, в твоем возрасте, не будем таиться, наверняка уже не так просто каждый день да через день ездить в деревню за продуктами, или в город за пивом, или колоть дрова, или расставлять книжки по местам, или пыль вытирать… с цикламена… или циклотрона?

Адалет театрально нахмурился и почесал в бороде.

— Знаешь, девушка… Вообще-то, как ни странно, но ты права.

Сенька исподтишка показала ему язык, но он не заметил — или сделал вид — и продолжил таким же выразительно-задумчивым голосом:

— …А если вытирая пыль… или расставляя книжки… или бегая в город за пивом… пару раз за день… полсотни километров — не так уж и далеко… этот ученик еще и запомнит что-нибудь для себя полезное… как для боевого мага… да еще и научится применять кулинарные чары по назначению… чтобы не сидеть впроголодь…

— То?.. — закусив губу и выжидательно раскрыв глаза, словно не зная, возмущаться ему или упрашивать, нерешительно выдавил Агафон.

— То почему бы и нет, — невозмутимо повел плечом и изрек Адалет.

И это были его первые и последние невозмутимые слова в долгой череде лет агафонова ученичества — но маг-хранитель еще не знал об этом.

— Спасибо. Ты… вы… не пожалеете, что согласились… — запунцовев, как помещенный в циклотрон цикламен, пробормотал Агафон и добавил, еще не зная[267], сколько в его словах пророческого: — Я этот момент… никогда не забуду. И вы… тоже.

— Ну так куда после Шантони? — прерывая не слишком гладкий поток благодарности, терпеливо напомнил Масдай. — Где у нас теперь школа боевых магов?

— В Вондерланде, спаси-упаси высшие силы эту несчастную страну, — хмыкнул старый волшебник.

— Вондерланд — это до Отрягии… Так и запомним… — пробормотал ковер. — Значит, потом отвозим домой нашего конунга… и потом, наконец, себя. Эх, шкаф ты мой шкаф любимый… Вопросы по маршруту есть?

При слове «вопросы» Иванушка нахмурился, но тут же просветлел:

— Имеются! Хоть и не по маршруту. Анчар, можно у вас уточнить один момент? Который мы сами так и не поняли? Во всей этой истории с вашей погоней за нами?

— Да, конечно, — кивнул атлан.

— Скажите, пожалуйста… Как вы нашли нас в Красной Стене? Мы ведь можем поклясться… я, по крайней мере… и Масдай тоже… что всю дорогу до поселка за нами никто не следовал! А ведь вы были там раньше нас! Или…

— Ах, это… — чародей усмехнулся и полез в карман. — Об этом я и сам намеревался у вас спросить. Тис, по крайней мере, сказал, что первый раз в глаза это видит.

— Это — что? — заинтересовались теперь все.

— Это — письмо, — атлан выудил, наконец, грязную, мятую, рваную и местами прожженную бумажку, осторожно — чтобы не распалась — развернул и прочитал:

«Гнездо опустело, птички упорхнули. Но в том, что та, кого мы ищем, жива, не сомневается больше никто. Не медли ни секунды, стрелой лети в дом, где прошло твое детство. Судьба Белого Света решается сегодня.»

— Что это? — тупо заморгала Серафима.

— Это я получил с королевским почтовым голубем, когда мы стояли у двери дома Олеандра и уже готовы были войти. И как я тогда понял, этим письмом Тис сообщал нам, что вас у Олеандра уже нет, что Вишня жива, и что по каким-то невообразимым причинам она окажется в моем родном поселке, куда мы и должны вылетать без промедления.

Ахмет вспомнил эту ночь и побледнел, глаза Эссельте в страхе расширились от недовысказанных перспектив, Агафон досадливо скривился, вспоминая, что тогда он лежал беспомощным под охраной двух друзей, ни один из которых против мага не выстоял бы и нескольких секунд…

Кириан вывел на струнах арфы рваную мелодию и пробормотал:

— Оч-чень, оч-чень своевременная птичка…

И что-то в его тоне заставило царевну присмотреться к миннезингеру повнимательней.

— Ты что-то знаешь?

— Что-то? — нервно усмехнулся менестрель. — Да нет… Почему «что-то»… Я знаю всё. Помните, в доме Вишни мы нашли почтового голубя? Который обнаруживает адресата по запаху?

— Ну и? — догадываясь о развитии событий, ухмыльнулся Олаф.

— Ну я и решил, что самый надежный способ отыскать хозяйку — это послать за ней голубя, а самим побродить поблизости и подождать, пока она вернется. И когда все вышли, я взял из-под лавки немытый носок…

Дружный гогот пассажиров Масдая разнесся над багряным горным пейзажем, пугая баранов, раздражая козлов, озадачивая демонов… и заглушая окончание истории — равно как и пристыженное «Говорила мне мама — стирай носки сразу» атлана.