Мой босс вампир [СИ] - Кипелова Ангелина - Страница 77

  - Девушке? - нетактично переспросил кто-то.

  - Да! - безапелляционно ответила "барышня без возраста", - А вы, молодой человек, никогда не вздумайте более переспрашивать подобные вещи. Нам, девушкам, это не нравится!

  Вася мысленно пожала руку бодрой старушенции. И, докурив, направилась к режиссеру. Краешком глаза вдруг отметив, что вокруг бабульки сверкнул знакомый ореол активированной хасты. И тут наши! Надо будет познакомиться при случае, если снова увидимся в курилке...

  Впрочем, повод для знакомства появился гораздо раньше. Бабулька благополучно застала в самом разгаре сцену, которую еще час назад предсказал Громов:

  - Это вы что, уважаемый? - разорялась побелевшая от ярости и возмущения Вася, - Вы собираетесь всю свою ораву не только притащить на съемки, но и потчевать коньяком за хозяйский счет?

  Режиссер в свою очередь молчаливо поддерживал смену фэйс-колора, приобретая мягкий фисташковый оттенок.

  Бабулька, только что резвым шагом направлявшаяся куда-то по своим делам, тормознула возле открытой двери и с любопытством принялась наблюдать, как Вася въедливо допрашивала окосевшего дядьку режиссера.

  - Ну? Я не слышу вразумительного ответа по вопросу коньяка марки Хеннеси! На площадке!

  - Так ведь холодно же, мы на площадке должны как-то греться?

  - Даааа? С помощью Хенесси?

  - Мы согласны на "Киновский".

  - Прааально, киношникам кинОвский коньячок. Ладно, этот пункт оставляем, я и сама погреться не против. Дальше пошли. А почему у вас тогда в смете на кофе и чай заложено три тысячи рублей? Учитывая, что вас на площадке планируется аж двадцать восемь рыл, давайте-ка мы посчитаем. Банка кофе на двести чашек стоит сколько? Ну, допустим, пятьсот рублей. А у вас там три тысячи! Вы же сдохнете от такого количества кофеина на рыло! От такого даже я подохну, и проверять на себе не стану. Вы что, хотите сказать, что вы собираетесь это невероятное количество вредных веществ еще алкоголем шлифовать? Полагаете, это такой романтичный способ самоубийства? Перепить кофе с коньяком и помереть смертью храбрых? Встретив рассвет осатаневшими зенками? Не позволю! Не прощу! Этого у нас по сценарию не заложено!

  - Девушка, - снова попытался оправдаться режиссер.

  - Не девушка, а Василиса Андреевна! Если я это повторю третий раз, я вас свяжу, возьму в руки цыганскую иголку и сделаю вам татуировку на лбу, чтобы вы, каждый раз глядючи в зеркало, могли вспоминать об этом. И наконец запомнили, как меня зовут.

  - Олежка, а ведь девочка тебя, кажется, уже раком поставила и напропалую имеет в самых извращенных вариантах, - вступила в разговор бабка, осматриваясь в поисках пепельницы и разминая в пальцах новую беломорину, - А вы, Василиса, правильно его чехвостите. Так ему, троглодиту, и надо. Совсем оборзели. Им наш госфонд выделяет уйму денег на то, чтобы они сняли красивое, богатое, героическое кино о войне, а что мы в итоге получаем? Шубу для жены, тачку для дочки, уйму ленивого и бездарного народа на площадке, освоенные финансы и абсолютное дерьмо на выходе в плане картинки. Хотя талант у этого обормота, без сомнения, есть. Иначе бы вообще денег не давали.

  - Антонина Степановна! - взмолился уже совсем потерявшийся в этом восьмом марта режиссер.

  - Что тебе, болезный? - поинтересовалась наглая бабка, закуривая. - Скажи, что я не права, и сию же секунду иду со своим заказом, скажем, к Николаенко. Хочешь?

  - Чего?!

  - Того! Тебе правильно говорят, вы зажрались и зарвались окончательно. Нигде, кроме России, нет такого безобразно снятого кино, на которое выделяются такие безобразно огромные финансы! А вы кто у нас, Василиса?

  - Заказчики мы, - гордо подбоченясь, произнесла Вася, аккуратно просматривая краешком глаза нахальную старушку. Ух ты! Хасты в количестве трех штук медленно, но очень целенаправленно охаживали Олега, приводя его в окончательно пораженческое настроение, вынимая из него желание смотреть на что-либо, заставляя опустить глаза долу и слушать, осознавая собственное ничтожество. Во дает старая перечница! Бабка подмигнула и, бросив окурок прямо на пол, снова повторила маневр с оккупацией сидячей территории.

  - А вы тоже кино снимать хотите?

  - Избавьте от такой засады, уважаемая! Нет. Мы клип хотим сделать. А вот этот, с позволения сказать, коммерсант из структуры кинобизнеса почему-то считает, что если девушка татуирована, носит драные джинсы, не признает маникюра, и ее начальник - непревзойденный мессир Громов, то можно нам влепить два лимона бюджета за пятидневную съемку с простым сюжетом, не считая всех накладных расходов. Подчеркну, это цена вопроса только за съемочный процесс. В котором у него задействовано аж двадцать восемь рыл. Которые будут пить кофе с коньяком в таких количествах, которым я могу только завидовать, даже со своим лошадиным здоровьем. А для раздачи такого количества напитков нам будет выписана персональная буфетчица с окладом пять тысяч рублей за смену.

  Бабка не без удовольствия посмотрела, как васина хаста с размаху врезалась в поясницу режиссера, и тот ошарашено вздрогнул, почувствовав в спине "прострел". Кинестетики в хорошем настроении, конечно, способны кратковременно вызывать иллюзии ощущений на коже - приятных или не очень, но усилить их до реально болевых способны только менталы или физики. Бабка внимательно присмотрелась к Васе. Та не забыла кротко улыбнуться в ответ, продемонстрировав клыки. Чиновница госфонда удовлетворенно кивнула, сообщив тем самым, что поняла, кто перед ней.

  Режиссер снова крякнул, потирая спину, покосился на открытое окно, поежился (хотя ни малейшего сквозняка не было в помине), и все же нашел в себе силы подняться и закрыть форточку. Вася не преминула еще раз аккуратно нацелить хасту на ногу несчастного, отчего тот споткнулся, врезался коленом в ножку стола, матюкнулся и устало развалился на диване, приняв злодейку-судьбу с должным смирением. Бабушка укоризненно покачала головой - дескать, перебор, дорогуша. Хищники и так отличаются плохим характером, не стоит злоупотреблять. Но Вася была неумолима. Как это так? Какой-то свин посмел обидеть в лучших коммерческих чувствах и (о, ужас!) попытался облапошить ее любимое начальство? Да ему, недостойному сыну косоглазого джейрана, уже могила глубокая вырыта, надгробие вытесано с печальной эпитафией, и свежие цветы нарезаны мелким крошевом, дорожку посыпать!

  Впрочем, задача-то стояла не захоронить с почетом вышеуказанного обидчика, а принять у него смету и обговорить концептуально-творческие основы съемки клипа. Каким бы он ни был козлом и уродом, лучшего мастера постановки психологических триллеров в Москве не было. Он это, сучий потрох, знал, отчаянно этим пользовался, но не на тех напал. GEM неспроста числился самой лихой конторой. Это киношникам мало доводилось связываться с музыкантами. Так уж повелось, что две индустрии шоу-бизнеса жили всегда какой-то параллельной жизнью. Для кино редко писали музыку те, кто выступал на сцене. Композиторами чаще всего нанимались "гастарбайтеры из ближнего Казахстана" - там ваяли прекрасную музыку за сущие копейки. А в российском музыкальном бизнесе клипмейкеры были всегда из числа "чистых" профи, не замазанных в съемках полного метра.

  Но в этот раз, как сказал шеф, концепция поменялась. Потому приходилось разъяснять кой-какие прописные истины этому привыкшему халявщику.

  Бабка умудрилась изобразить с помощью хаст жест "умываю руки" и прикинулась шлангом. Вася моментально взяла инициативу в свои руки. За пять минут, с помощью маркера, трехэтажного мата и своей неповторимой манеры монолога объяснила, что восьми человек на площадке достаточно, бюджет по разумным причинам сокращается втрое, и если он, режиссеришка паршивый, попробует превратить гениальную задумку маэстро Золотова в подобие дешевого фарса, то будет казнен прямо на площадке.

  Режиссер понял, проникся и пообещал подписаться кровью под каждым пунктом нового соглашения. Довольная собой Вася сочла долг исполненным и, помахав бабульке хастой (оказывается, это совсем несложно сделать), удалилась, по дороге набирая номер Винса.