Очаровательная сумасбродка - Чейз Эллисон - Страница 37

Может, это игра ее воображения? Вполне возможно, потому что, знала Холли, ей не следует целоваться с мужчиной, которого королева Виктория подозревала в конокрадстве и за которым попросила последить. Так что скорее всего дело не в том, что Колин своим многозначительным молчанием что-то хотел сказать ей, а в необходимости выполнить задание.

Разделившись, сестры окружили ее, и они уже втроем продолжили прогулку.

— Скажи нам, что тебе удалось обнаружить, — шепотом попросила Уиллоу. — Я с утра с ума схожу в ожидании твоих новостей.

— Я ничего не обнаружила, — ответила Холли с торжествующей улыбкой, которая — и Холли прекрасно понимала это — не отражалась в ее глазах. — Думаю, Колин, точнее, лорд Дрейтон невиновен.

Она ожидала, что Уиллоу с радостью согласится с ней, однако сестра удивила ее:

— Почему это ты решила, что отсутствие жеребца в загоне свидетельствует о невиновности Колина?

— Да, — согласилась с ней Айви. — Не пойму, почему у тебя одно каким-то образом связано с другим?

— Но… — Холли опустила плечи и, нахмурившись, устремила взор на дорожку. — Я была абсолютно уверена, что если он украл жеребца, то непременно держит его в долине.

— Да он мог спрятать его где угодно, мест, что ли, мало! — воскликнула Айви. — Нет, ты пойми меня правильно. Я, как и ты, горю желанием снять подозрения с друга моего мужа. Но мы не выполним своего долга перед Викторией, если будет делать выводы, основанные на сомнительных доказательствах. — Не сбавляя шага, Айви повернулась к Холли. — Я уже выполняла задание Виктории и знаю, что говорю.

Холли горестно вздохнула.

— Я теперь уже не так уверена в том, что Гордость Принца не занимает денник в Виндзорских конюшнях, — сказала она. — Догадки Виктории вполне можно объяснить. В конце концов, лошадь может один день быть на пике формы, а на другой день выступить неудачно.

— Верно. — Айви свободной рукой поправила наброшенную на плечи шаль. — То, что произошло с леди Сабриной и Принцессой, доказывает, что выступления одной и той же лошади могут быть очень разными. Один и тот же конь мог показаться королеве необыкновенным, когда она впервые его увидела, но потом, когда ее восторг немного поутих, она могла изменить свое мнение.

Холли хотела было рассказать сестрам о камне, найденном в загоне, но потом решила, что это едва ли имеет какое- то отношение к возможному преступлению Колина, а потому с рассказом о странной находке можно и повременить.

— И что же нам делать? — Уиллоу, державшая Холли под руку, опустила свою руку и повернулась к сестрам лицом. — Вернуться в Виндзор и сказать Виктории, что, по нашему мнению, жеребца нигде нет?

— Еще рано, — твердо произнесла Холли. — Есть и другие варианты.

Ее внезапно осенила одна идея, хотя, возможно, это была только догадка, вызванная недавним поцелуем Колина, потому что, кажется, он обладал возможностью сообщать ей свои мысли, прикасаясь к ее губам. Вспоминая о поцелуе, она вдруг ощутила уверенность, что он хотел… точнее, ему даже было нужно что-то сказать ей.

— Мы расспрашивали гостей и шныряли повсюду, словно воровки. Но может, настало время выяснить все с лордом Дрейтоном? — выпалила она. — Посмотрим, что он сам скажет.

— Холли, даже думать о таком не смей! — почти выкрикнула Уиллоу. Она тут же зажала рот рукой, осторожно огляделась по сторонам и проговорила из-под пальцев: — Ты не должна предать доверие Виктории.

Однако Айви спокойно промолвила:

— Думаю, Холли права. Я ни на миг не поверила в то, что Колин или кто-то другой из семьи Эшуортов мог быть виновен в конокрадстве, да еще при этом украл бы жеребца у самой королевы! Мне такое и в голову не приходило! Впрочем, я могла предположить, что кражу совершил кто-нибудь из поклонников верховой езды, кто знал этого жеребца и решил, что должен во что бы то ни стало заполучить его. Но после наших расспросов ни один человек ничем не показал, что он хотя бы слышал о существовании столь выдающегося животного. Скаковой мир узок, тайны такого масштаба редко удается скрывать долго.

Холли согласилась с сестрой, но Уиллоу всплеснула руками.

— Но до того, как вы побежите признаваться в своей неудаче, скажите мне, как можно объяснить, зачем в долине лошадиный загон? Жеребец мог там быть раньше, однако не исключено, что его увезли до того, как ты отправилась утром на прогулку.

— Да этот загон существовал там лет сто, а то и больше. Возможно, его соорудил какой-нибудь древний пастух, который решил, что в этой долине хорошо прятаться во время бури. — Холли пожала плечами. — К тому же никто, кроме Сабрины, понятия не имел о том, что я отправлюсь в это место сегодня утром. Так зачем же было уводить жеребца?

И все же она была не совсем уверена в собственных доводах. Леди Сабрина призналась ей, что сказала брату об их предстоящей верховой прогулке…

— Так, может, леди Сабрина увела жеребца?

— Уиллоу, не говори ерунды! Сабрина Эшуорт — конокрадка?!

Айви усмехнулась, а Уиллоу негодующе посмотрела на нее.

— А может, она сговорилась с лордом Брайсом, — сказала Уиллоу. Нахмурившись, она добавила: — Или с Джеффри. Или они сговорились все трое.

Айви расхохоталась, но Холли прижала палец к губам в знак молчания.

— Тогда у нас тем более есть причина попытаться добиться признания от их старшего брата. Мы толком ничего не узнали, так что настала пора рискнуть. Давайте испытаем судьбу. Вы со мной?

Взгляд Уиллоу стал еще более тревожным.

— Если тебя нельзя разубедить…

— Стало быть, решено! Под предлогом разговора о покупке лошади я постараюсь потолковать с лордом Дрейтоном наедине, чтобы ему было проще. Так что давайте вернемся на террасу.

— Как это — уехал? — Холли пыталась скрыть свое разочарование, но сообщенная Сабриной новость огорчила ее. — Когда уехал? Куда?

— В Кембридж, разумеется. — Леди Сабрина неспешно прошла сквозь двери террасы в гостиную. — А теперь, с твоего позволения, мне надо переодеться из костюма для верховой езды в более приемлемое для дома платье.

— Нет, прошу тебя, подожди минутку…

Холли, спотыкаясь, поспешила за ней и едва не оторвала шлейф собственной амазонки, а поля ее шляпы с пером смялись у нее в кулаке, когда она сорвала шляпу с головы. В комнате находилось не меньше дюжины людей. Холли понизила голос:

— Твой брат уехал так неожиданно.

Сабрина, слегка раздражаясь, остановилась.

— Ему принесли письмо, доставленное по почте, — объяснила она. — Какая-то там неприятность у его университетского друга с руководством… с деканом… Кажется, твоя сестра его знает — это Бенджамин Риверс.

Айви и Уиллоу, стоявшие среди гостей, окружавших пианино, резко оглянулись на них, услышав, как Сабрина громко произнесла знакомое им имя. Находившийся по другую сторону инструмента и беседующий с кем-то лорд Брайс прервал разговор и задумчиво посмотрел на Уиллоу.

— Прошу прощения.

Услышав за спиной мужской голос, Холли отошла от дверного прохода. В гостиную вошел лорд Джеффри, и Холли спросила себя, знал ли он или Брайс о том, что их брат уехал из Мастерфилд-Парка. При мысли о внезапном отъезде Колина ей стало как-то не по себе.

— Я хорошо знакома с мистером Риверсом, — сказала она Сабрине. — Твой брат говорил, что у него за неприятность?

— Да нет, это что-то, касающееся университетских дел… я не вдавалась в подробности. Просто ситуация потребовала срочного вмешательства моего брата.

Сабрина продолжила свой путь. Они вышли из гостиной и пересекли центральный холл по пути к лестнице.

— О Господи… А я ведь хотела купить лошадь…

Сабрина пренебрежительно махнула рукой.

— Ты вполне обойдешься без помощи Колина, — заявила она. — Я устрою тебе встречу с нашим тренером, а адвокаты смогут уладить финансовые вопросы. — Она стала подниматься вверх и говорила, оглядываясь через плечо: — Кажется, и твоей сестре тоже пришло письмо. Оно на подносе.

Леди Сабрина поднялась к себе, а Холли с раскрытым ртом осталась внизу. И что теперь?