Найденыш - Стэнеймор Син - Страница 16

– Что это за сигнал? – спросила Айри.

– Предварительный… Спать пора. – Серв чуть ли не бегом покинул комнату.

Айри разделась, сложила одежду на скамеечку и нырнула под одеяло. Сон, как всегда, сморил ее мгновенно.

Хозяйка Бейр оказалась крупной – раза в полтора больше обычного паука-волка. Десять глаз располагались на ее голове в три ряда, причем два средних были совсем человеческими. Айри в первый раз увидела смертоносца с такими глазами – даже ресницы есть, длинные и пушистые. А хелицер нет вовсе. Как же она охотится?.. Но обдумать эту странность девушка не успела, потому что Бейр начала разговор: – Вот ты какая, ведьма Айрис! Старшая Матерь Бина хорошо отзывается о тебе. Твоего найденыша мы отправим к Повелительнице, это ее личный слуга. Чего хочешь ты за его спасение?

Голос у Хозяйки был хриплым и тихим, но юная ведьма прекрасно ее понимала. Оказывается, врали, когда утверждали, что смертоносцы не владеют человеческой речью…

– Не знаю. – Сердце вдруг застучало, будто Айри только что притащила из леса пять сумок тяжелых корней. – Хочу долечить его ногу.

– Хорошо, – сказала Бейр. – Ты отправишься к Повелительнице вместе с ним. Там для тебя всегда найдется работа.

И тут за спиной Хозяйки скрипнула неприметная дверь. Оттуда дохнуло таким ужасом, что у Айри отнялись руки и ноги, даже ментальные удары стали ей неподвластны. И оставалось только смотреть туда, в приоткрывающуюся щель, во мрак, откуда неотвратимо появлялся… Кто появлялся, Айри увидеть не успела. Потому что проснулась.

Но дверь действительно скрипела. А по комнате прошла волна сквозняка. Потом скрип стих. Айри причуялась.

На пороге стояла Бета и, затаив дыхание, всматривалась в темноту. Потом послышался шепот:

– Эй! Есть тут кто?

На таком расстоянии Айри хорошо различала ее желания. Собственно говоря, желание было одно – то самое, главное, что преследовало Рыжую весь день… Айри подняла голову:

– Дашь ты мне спокойно поспать или нет? Бета отпрянула, дверь скрипнула вновь.

Айри перевернулась на другой бок. Но сон улетел, как стрекоза, прорвавшая паутину смертоносца. И Айри вновь причуялась.

Рыжая была уже в комнате Марта. От вожделения ее теперь просто трясло – Айри даже не догадывалась, что человек способен впадать в такое состояние.

– Красавчик, это я, Бета.

Ответа Айри почему-то не услышала. Зато почувствовала чье-то ментальное присутствие. Сначала ее души коснулась первая, совсем маленькая волна, затем вторая – побольше. И вот уже волны заполнили все окружающее пространство. В мозгу зажглась знакомая звездочка, стала разгораться. А волны продолжали накатывать.

– Я тебя хочу, красавчик, – сказала Бета. Ответа девушка опять не услышала, но думать об этой странности уже не могла. Звезда ослепительно вспыхнула, и ведьма потеряла собственное тело. Теперь она находилась в теле Беты, и это ее, Айри, жгло нестерпимое желание. Это она, Айри, истекала любовным соком.

– Зато я не хочу тебя, красавица, – с усмешкой сказал Март.

Бету-Айри его реплика не остановила. Она подобралась к ложу найденыша, коснулась рукой его щеки, погладила. Потом ее пальцы перебежали на плечо самца и дальше, к запястью, тронули его странный браслет.

– Не говори так. Сейчас захочешь.

Она подняла правую руку Марта и положила ладонь к себе на грудь. Соском почувствовала крепкие пальцы. В груди сладко заныло. Крепкие пальцы несмело стиснули ее упругую плоть. – Как ты несмел, мой сладкий. Никогда с женщиной не был?

Март ничего не ответил, но пальцы его стали смелее. Правая рука Айри скользнула под одеяло, отыскала промежность самца, указательным пальцем провела по отростку – от семенников к концу, потом в обратном направлении. И отросток мгновенно вырос, отвердел, превратился в острое копье. Пальцы Марта оставили в покое сосок, побежали направо, но ведьма не дала ему коснуться шрама на месте своей правой груди, вернула назад.

– Ну давай, мой сладкий!

Март скинул с себя одеяло, его левая рука пробежала по животу Беты-Айри, зарылась в волосы на лобке. Ведьму затрясло. Она схватила Марта под мышки, словно пушинку подняла с кровати и опрокинулась на спину, прижимая к груди горячее тело. Раздвинула бедра, выгнулась. И зашлась от наслаждения, когда острое копье одним ударом пронзило ее пылающую плоть.

На ведьму вновь обрушились волны, но уже совсем другие – они заставляли ее трепетать и дергаться. Тело ее устремлялось вслед за убегающим отростком, вновь принимало его в себя, а потом опять бросалось в погоню, и так продолжалось до тех пор, пока нарастающие горячие волны не взорвали ее душу. Восторг был так огромен, что она едва сдержала рвущийся наружу звериный рык…

Некоторое время она лежала словно оглушенная, не способная ни видеть, ни слышать, ни чуять. Постепенно она осознавала, что куда-то пропали одеяло и подушка, что у нее две груди, а меж бедер мокро. Потом на нее навалилась гигантская, неподъемная усталость, и захотелось спать. Но что-то говорило ей: «Спать нельзя!» – и она, собрав все силы, вновь причуялась. Ментальные волны по-прежнему заполняли пространство. Айри изгнала их – теперь они высасывали из нее последние силы – и погасила звездочку в мозгу. Она больше не была Бетой, но по-прежнему чуяла воительницу, однако теперь уже как всегда, привычно.

Бета шла в очередную атаку на самца, и Айри не сомневалась, что воительница одержит новую победу. А быть может, и не одну… Этого Айри стерпеть уже не могла. Она, ведьма, привыкшая владеть телом и мозгом, оказалась способна вынести такой взрыв лишь один раз, а эта воительница, умеющая лишь стрелять из лука да махать мечом, намерена взрываться снова и снова… Тяжелое чувство, черное и могучее, родилось в сердце. Не по заслугам радости, сестра!..

В комнате вдруг посветлело – над Гнездом вышла из облаков полная луна.

– Я опять хочу тебя, мой сладкий! – говорила Бета. – Положи-ка руку вот сюда! Чувствуешь…

Айри встала – одеяло и подушка оказались на полу возле кровати, – расширила сектор прочуивания. Снаружи никого не было, лишь где-то наверху брел по Гнезду смертоносец. Не одеваясь, ведьма вышла в коридор, подобралась к дверям комнаты Марта.

Эта дверь не скрипела.

Конечно, Бета добилась своего. Закрыв глаза и закинув руки за голову, она лежала на кровати Марта, а самец, посверкивая в лунном свете белыми ягодицами, исполнял свою часть любовного танца. Айри судорожно вздохнула. Бета тут же открыла глаза. Увидев ведьму, выпростала руки из-за головы, вцепилась самцу в талию, словно хотела целиком загнать его в себя. Взгляд воительницы переполнился превосходством.

– Уходи! – простонала она.

Самец замер, оглянулся. И его словно ветром сдуло с тела Беты. Воительница сомкнула бедра, села.

– Иблис тебя принес, ведьма! Неужели мы тебе спать помешали? Чего ты хочешь?

Теперь Айри и сама не знала, зачем пришла. В окне промелькнула тень – наверное, в растянутую между башнями паутину кто-то попал, и охотник выбрался из засады, чтобы спеленать жертву.

– Уходите! – хрипло сказал Март. – Обе!

Он уже натянул свои странные короткие штаны и теперь смотрел на ведьму. Айри сообразила вдруг, что обнажена. А потом поняла, что ей нравится стоять перед ними в таком виде. Это ощущение повергло ее в панику, и девушка бросилась назад. Кинулась в кровать, закаталась в одеяло, словно стремясь защититься от этих взглядов. А потом вновь причуялась.

– Что значит не можешь, сладкий мой? – говорила Бета. – Давай я тебя поласкаю…

Ответа Марта по-прежнему не было слышно.

– Да, действительно… – Пауза. – С таким мягким ты мне не нужен… – Пауза. – Где моя юбка?.. – Пауза. – Ладно, если завтра мы еще будем в Гнезде, я опять приду… – Пауза. – Ладно, ухожу, ухожу. Не спать же на полу.

Воительница выбралась в коридор. Айри продолжала чуять ее.

– Мерзкая ведьма! – пробормотала Бета. – Чтоб тебя!

В сердце Айри вновь родилась злоба. «Сейчас ты сама у меня получишь, – подумала она. – Такое получишь удовольствие, толстозадая… Небось, еще к какому-нибудь серву пошла!» И вдруг ведьма затаила дыхание: паук-волк, еще недавно бродивший наверху, стоял в коридоре, совсем недалеко от Рыжей. Айри хотела вскочить, распахнуть дверь, выкрикнуть в темноту предостережение. Но не сдвинулась с места. Лишь спряталась с головой под одеяло, ощутив новый взрыв – на сей раз короткий всплеск жути, когда хелицеры смертоносца вонзились во все еще трепещущие от вожделения бедра воительницы, а ее ноги перестали держать тяжесть мгновенно парализованного тела. И тогда в душе Айри родился восторг, лишь немногим уступавший тому, что испытала она совсем недавно.