Растоптанная гордость - Армстронг Джульетта - Страница 18

Эти слова поразили его.

— Этого не произойдет, мисс Фрейни. Я был бы очень осторожен и не стал бы обнародовать имя вашей сестры. Да провалиться мне на месте, если бы я хотел, чтобы другим художникам стало известно о существовании вашей сестры!

— Хорошо, я поговорю с ней. Но если она откажет вам, вы не должны больше преследовать ее. Я сторонница честной игры и жду от вас того же.

Лицо его прояснилось.

— Меня это вполне устроит, мисс Фрейни. И, пожалуйста, ни о чем не беспокойтесь. Я знаю, что многие думают о художниках. Принято считать, что художники ведут скандальный образ жизни и все такое прочее. Но что касается меня и вашей сестры, умоляю вас… Даю вам честное слово.

— Ну что ж, очень хорошо. — Она сделала жест рукой, давая ему понять, что беседа окончена, он поблагодарил и удалился, напевая веселую мелодию.

«Надо поговорить с Дафни. Если ее интерес к этому сугубо прозаический, то почему бы ей действительно не попозировать? Господи, я вовсе не собираюсь стоять у нее на пути!»

Однако, заведя разговор с сестрой, Сильвия, к своему удивлению, обнаружила, что по обыкновению уступчивая Дафни вдруг резко переменилась и слышать ничего не хочет о том, чтобы позировать Гаю Холдрику. Она категорически заявила, что не изменит своего решения и что чем больше она об этом думает, тем больше убеждается в своей правоте. А когда Сильвия напомнила ей о ее первоначальном желании, Дафни решительно и даже резко заявила, что никогда этого не хотела. Разговаривать с нею было бесполезно.

Глава 12

Что на самом деле произошло между Дафни и Гаем Холдриком, Сильвия не знала, однако заметила, что они постепенно начали избегать друг друга, и в конце концов Гай, даже не дожидаясь окончания двухнедельного срока, собрал вещи и, холодно попрощавшись со всеми, уехал.

Правда, к облегчению Сильвии, Дафни не выказывала признаков смятения, и столь внезапный отъезд юноши, судя по всему, ее нисколько не огорчил. За эти дни она чуть побледнела и похудела, но то же можно было сказать и о самой Сильвии. Никогда еще им не приходилось работать так много и усердно, почти не бывая на свежем воздухе, и Сильвию не удивляло, что здоровье их несколько ослабело.

«Ну что ж, будем надеяться, что отныне не увидим друзей Джулиана Мерринга в качестве постояльцев, — мрачно думала про себя Сильвия. — Зачем нам лишние неприятности?» С каждым днем работы прибавлялось, число посетителей увеличивалось, постепенно Сильвия напрочь выбросила из головы незадачливого художника, и ей казалось, что то же самое сделала и Дафни.

Прошел целый месяц, прежде чем иллюзия рассеялась. Произошло это случайно. Пэм и Мартина не было дома (Пэм теперь училась в местной школе), а Дафни отправилась за покупками. Сильвия зашла на кухню обсудить меню с Айви и нашла девушку сильно обеспокоенной.

— Что случилось, Айви? — живо поинтересовалась она, рисуя в воображении возможные неприятности. — Уж не хочешь ли ты сказать, что дымоход снова засорился и требует прочистки или что вчерашняя рыба все-таки испортилась?..

Темные глазки Айви, обычно веселые и задорные, сейчас угрюмо смотрели на Сильвию, и на ее круглом румяном личике не было и подобия улыбки.

— Хорошо, мисс Сильвия, если б это было так, — удрученно ответила она, автоматическими движениями собирая мясорубку. — С тех пор как вы забрали мисс Пэм спать к себе, а мисс Дафни поселилась в соседней от меня комнате… с тех пор я иногда часами не могу заснуть, все слышу, как она плачет.

— Дафни плачет? — Сильвия ошеломленно смотрела на Айви.

Та с важным видом кивнула.

— Каждую ночь. Как только ложится спать, так и принимается плакать. Я все слышу. Как еще ей удается нормально выглядеть по утрам, это удивительно. А сегодня и вовсе всю ночь прорыдала навзрыд — не иначе, как письмо от него получила, бедняжка. Вчера утром я видела, как она тихонько забрала его у почтальона и поскорее сунула в кармашек передника.

Первые мгновения Сильвия была так ошарашена, что потеряла дар речи.

«Как я могла быть такой слепой эгоисткой? — думала она. — Ну что я за сестра, в самом деле? Мне хотелось, чтобы Дафни была безразлична к Гаю Холдрику, и только поэтому я вообразила, что она абсолютно счастлива и у нее все в порядке».

— Вы, мисс Сильвия, может, скажете, что это не мое дело, — угрюмо продолжала Айви, — но я ведь тоже живая и…

— Господи, Айви, ты даже не знаешь, как я признательна тебе! — порывисто перебила ее Сильвия. — Голова у меня в последнее время была так забита всякими заботами, что я даже не заметила, что рядом со мной существуют куда более важные проблемы.

Лицо Айви слегка прояснилось, на нем появилась застенчивая улыбка.

— Да уж, мисс Сильвия, что верно, то верно. Как-то на днях я пыталась рассказать вам, что встречаюсь с Джо Блисоном, да что толку, вы меня и не слышали.

— С Джо Блисоном? — удивилась Сильвия. Мысли ее все еще были сосредоточены на Дафни, и это имя не говорило ей ни о чем.

— Да, он племянник здешнего булочника, работает вместе с отцом на ферме в Грейт-Хиклинг, — объяснила Айви и гордо прибавила: — Очень интересно я с ним познакомилась, мисс. Оплачивала как-то раз счета в магазинчике его дядюшки, а миссис Блисон, она как раз только что взяла у меня деньги, поднимает глаза, видит у меня за спиной его и говорит мне…

Но что сказала миссис Блисон, знакомя Айви со своим племянником, Сильвия уже не слышала. Она раздраженно думала о том, что даже Айви умудрилась познакомиться с парнем из Грейт-Хиклинг, отец которого, возможно, является арендатором Джулиана Мерринга.

— Он-то как раз и рассказал мне, что мистер Холдрик съехал от нас к мистеру Меррингу, — сообщила Айви. — Только не подумайте, мисс, что я говорила Джо о мисс Дафни и мистере Холдрике и о том, что они неравнодушны друг к другу. Уж я-то умею держать язык за зубами. Я бы даже и вам не сказала, если бы не беспокоилась так за мисс Дафни.

— Ты правильно сделала, что рассказала, — повторила Сильвия. — Надо будет подумать, что предпринять. — И, взяв свой блокнот, она попыталась переключиться на составление меню для ленча.

Время шло, день близился к концу, и оказалось, что вызвать Дафни на разговор не только трудно, но почти невозможно. Постепенно до Сильвии дошло, что ее обожаемая сестренка старательно избегает оставаться с нею наедине. Она также вспомнила, что они с Дафни не беседовали по душам с тех пор, когда та упрямо решила отказаться позировать для Гая Холдрика.

«Надо будет все же попробовать, — со вздохом подумала Сильвия, бредя с ворохом штопки под мышкой к летней беседке после того, как Дафни наотрез отказалась составить ей компанию, найдя для этого подходящий предлог. — Просто не понимаю, почему Дафни переменилась ко мне, ведь мы всегда были так дружны».

Сильвия чувствовала себя усталой и глубоко несчастной. Она в изнеможении опустилась на деревянное кресло, а примчавшийся следом Генри уютно свернулся калачиком у ее ног в пятне солнечного света и захрапел. Теплое июньское солнце и мирное похрапывание Генри вскоре сморили и Сильвию, она задремала.

Сильвия не знала, сколько проспала так, только проснулась от внезапного ощущения чьего-то присутствия. Оглядевшись, Сильвия обнаружила в соседнем кресле внушительную фигуру Джулиана Мерринга, вокруг него крутился Генри и подхалимничал самым предательским образом.

— Как приятно быть свидетелем вашего пробуждения, — проговорил, улыбаясь, Джулиан. — Такое впечатление, будто мы с вами муж и жена.

Сильвия покраснела до корней волос.

— Слава Богу, что это не так, — отрезала она.

Он пожал широкими плечами:

— Возможно, вы и правы. И все же мне приходилось преодолевать просто дьявольский соблазн в последние пять минут.

Взгляд Сильвии сверкал негодованием.

— Вы хотите сказать, что наблюдали за мной все это время?

Он улыбнулся еще шире.

— Не волнуйтесь, моя дорогая, рот у вас был закрыт, — с неторопливой ленцой в голосе уверил ее он. — Насчет храпа у вас тоже все в порядке, не то что у этого малого. — И он погладил пса по круглой голове. — Думаю, вы крепко спали, поэтому и не услышали моего прихода. Хотя я, прямо скажем, передвигаюсь далеко не как фея. Даже когда на мне теннисные туфли.