Трилогия «Хроники Сиалы» - Пехов Алексей Юрьевич - Страница 306

Когда я увидел говорившую, то, пожалуй... пожалуй, удивился. Ожидал увидеть что угодно, вплоть до Х'сан'кора верхом на пузыребрюхе, но вот четверых девчушек в таком месте... Это уж совсем ни в какие ворота не лезет! Их было четверо, и они были очень похожи друг на друга. Словно сестры. В голове промелькнула мысль: "Каким образом четыре двенадцатилетние девочки смогли так далеко забраться в лес. и куда смотрят их родители?"

Совсем еще дети. Невысокого роста. Короткие черные волосы, намокшие от дождя. Глаза... большие, круглые, что твои пуговицы. Чернющие. Эти глаза чем-то напоминали глаза Продавшихся, но в отличие от упырей Хозяина, зенки которых были мертвее самого черного из гагатов, глаза нелепой четверки были живыми. Я бы даже сказал – безумно живыми. На левых щеках незнакомок красной краской была нарисована ломаная линия, очень похожая на молнию. Правда, по одной "молнии" было только у трех девочек, тех, что стояли немного позади четвертой. У четвертой, которая заговорила с нами, молнии были намалеваны на обеих щеках, да и под глазами были проведены две тоненькие красные линии. Значит ли это, что она главнее тех троих? Девчушки были обряжены в нечто похожее на куртки. Кожа-шерсть-мех. Короткие юбочки, состоящие из длинных кожаных ленточек. Никакой обуви. Ни осенний холод, ни дождь, их, как видно, нисколечко не смущали. Хотя я бы поостерегся ходить в такую погоду босиком. Из украшений – лишь тонкие нитки сердоликовых бус и браслет из точно такого же, как и бусы, камня. Из оружия – прямые кинжалы с широким основанием и узким острием.

Эграсса опустил лук и неожиданно преклонил колено. Кли-кли отвесила очень почтительный поклон Я, Угорь и Фонарщик выглядели несколько удивленно. Ладно Кли-кли, но чтобы эльф королевского рода преклонял колено перед какими-то маленькими девчонками! Было чему удивляться.

– Сын дома Черной луны приветствует Дочерей леса! – произнес Эграсса.

Я вытаращил глаза. Дочери леса! Так эльфы и орки называют дриад! Неужели сейчас передо мной стоит очередная сказка Заграбских лесов? О дриадах болтали всякое, но немногим людям доводилось встречаться с Дочерьми леса, впрочем, эльфы, орки и гоблины тоже недалеко от нас ушли. Те, в чьих жилах поет кровь Заграбы, никогда не спешат показываться на глаза другим расам. Эльфы и орки считают себя чуть ли не хозяевами Заграбы, но они всего лишь одни из многих, кто обитает в Королевстве лесов. Дриады – вот кто живет Заграбой и вот кто повелевает ею. Они лишь терпят присутствие других в своем лесу, и Молодые расы это понимают и стараются не докучать дриадам. Даже гордые и нетерпимые орки склоняют голову перед Дочерьми леса. Во всяком случае, так говорят. Дриадам нет дела до склок между орками и эльфами, пока те не причиняют вред лесу. И уж тем более им нет никакого дела до людей. Дриад больше заботит, как живет Заграба. Они следят за лесом и помогают ему, начиная с ночных мотыльков и выводка луговых мышей и заканчивая семейством обуров и рощей златолистов. И я представлял все что угодно, но только не то, что дриады окажутся так похожи на обычных человеческих детей.

– Черная луна... – Стоявшая впереди других дриада усмехнулась. Горды, как пламя, и вспыльчивы, как вода!

(Намек на дом Черного пламени и на дом Черной воды)

Как твое имя, эльф?

– Эграсса, госпожа. Я к вашим услугам.

– К услугам? Мы не нуждаемся ни в чьих услугах. Нам помогает лес. Но я забыла хорошие манеры, прости. Меня зовут Звонкий Ручеек. – Маленькая девочка с необычной серьезностью посмотрела на эльфа.

Тот лишь склонил голову еще ниже.

– Мы рады встретиться с Владычицей дриад, – тихонько пискнула Кли-кли.

Ого! Вроде мы столкнулись с какой-то важной шишкой. Барабаны рокотали за нашими спинами, и Мумр, не удержавшись, оглянулся. Звонкий Ручеек заметила это и произнесла:

– Не беспокойся, человек. У нас есть немного времени, прежде чем случится то, что предопределено. Встань, эльф, негоже королю стоять на коленях даже перед Владычицей дриад.

– Госпожа ошибается, я не король, – сдержанно сказал Эграсса и встал с колен.

– Госпожа лишь торопит события, – в тон эльфу ответила дриада. – Я смотрю в будущее, хотя вижу не многое. Все подернуто рябью из-за того, что этот человек несет в себе вьюгу.

Звонкий Ручеек посмотрела на меня:

– Ты достал из Колыбели мертвых то, что не следовало доставать, и теперь оно в моем лесу. Раньше, когда это было у эльфов, я закрывала глаза, но теперь, когда его сила слабеет, я не хочу гибели Заграбы. Вам нужно покинуть лес, и как можно скорее.

– Поверьте, госпожа, – смиренно ответила Кли-кли, – мы этого и хотим. У нас и в мыслях не было причинять вред лесу.

– И это говорит та, что едва не сотворила боевое заклятие, способное превратить рощу златолистов в щепки, – покачала головой Звонкий Ручеек, но, на счастье гоблинши, никто из отряда вроде не обратил внимания на эти слова Владычицы дриад. – Я вижу, ваш товарищ ранен.

– Орки.

– Орки. – Она грустно кивнула. – Флини рассказал мне о том, что происходит, но прийти я смогла только сейчас. Солнечный Зайчик позаботится о вашем друге.

Одна из трех молчавших дриад склонилась над раненым, но я сейчас думал о флини. Маленький паренек обещал мне, что предупредит кого следует, но я и не думал, что речь идет о дриадах!

Барабаны продолжали грохотать.

– Орки горды и упрямы, – вздохнула Звонкий Ручеек. – Рог ослепил их. Они не захотели слушать дриад и предоставить артефакт своей судьбе.

– Орки посмели ослушаться? – с ужасом прошептала Кли-кли. – Но...

– Но они собираются прийти сюда и забрать Рог, – жестко произнесла дриада. – В этом деле дриады Первым не указ.

– Но ведь госпожа не допустит, чтобы Первые завладели Рогом? – жалобно протянула Кли-кли, вслушиваясь в барабанную дробь.

– Не допущу, хотя я и хотела бы, чтобы Рог никогда не покидал мрачных глубин Колыбели мертвых. Первые сделали свой выбор, а я свой. Лес превыше всего, и я выведу вас из Заграбы.

– Простите, что вмешиваюсь. Не подумайте ничего плохого, я человек простой, – протянул Фонарщик. – Как четыре маленьких дриады с кинжалами смогут остановить Первых?

Кли-кли зашипела сквозь стиснутые зубы, но дриада лишь грустно улыбнулась:

– Там, где не поможет сталь, поможет лес, человек. За деревьями раздался оглушительный треск, и Угорь вновь схватился за клинки.

– Убери оружие! – холодно бросила гарракну одна из дриад.

Угорь бросил вопросительный взгляд на эльфа. Эграсса, не отрывая взгляда от деревьев, едва заметно кивнул. Через лес к нам ломилось что-то большое. На губах Звонкого Ручейка застыла загадочная улыбка. Кусты на краю поляны заколыхались и, затрещав, рухнули. Из тумана вынырнули огромные тени.

– Спаси нас, Сагра! – выдохнул Угорь. – Это же...

– Это Гром, Смерч, Град, Ураган, Метель и Рокот, – в голосе Звонкого Ручейка проскользнула гордость. – Они согласились помочь мне.

Я и не заметил, когда Кли-кли успела схватить меня за руку. Похоже, она была испугана не меньше, чем я. И было отчего испугаться!

Когда отряд вошел в Заграбу, мы наткнулись на кабана. То был здоровый матерый секач, и я думал, что это был король кабанов. Что больше зверя найти просто невозможно. Оказалось, что я ошибался. И ошибался очень сильно. Тот кабан не шел ни в какое сравнение с пятеркой, застывшей перед нами. Это были боги леса. Короли кабанов. Каждый достигал высоты четырех с лишним ярдов, а их вес я даже не мог предположить. Они были чудовищно огромны, огромны настолько, что мы все казались перед ними не больше жалких букашек. Длинные вытянутые бугристые морды, огромные темно-желтые клыки, способные одним ударом вспороть брюхо мамонту, бурая блестящая шерсть, черные умные глазки.

Наверное, я до конца жизни не забуду величие этих прекрасных животных. Они взяли нас в полукруг и ждали, когда Владычица дриад выскажет свой приказ.

– Мы не приказываем, человек. – Звонкий Ручеек посмотрела мне в глаза. – Мы не в силах приказывать лесу. Мы всего лишь просим помощи. Веди своих воинов, Рокот!