Трилогия «Хроники Сиалы» - Пехов Алексей Юрьевич - Страница 350

Э. С. – эпоха Снов, последняя эпоха Сиалы (1123 г.). События, описанные в книге, происходят в последний год Э. С. До этого времени были, эпоха Свершений (эпоха, во время которой на Сиале появились люди, – около 7000 лет назад), Седая эпоха (эпоха, отсчет которой пошел, когда на Сиале появились орки и эльфы); Темная эпоха (неизвестно, кто, кроме огров, существовал в те далекие времена на Сиале и что тогда происходило).

Языки Сиалы – существуют три группы языков на Сиале Первая группа орочий На нем общаются орки и эльфы. Вторая группа – гномий, на нем разговаривают гномы и карлики. Третья группа – человеческий, или всеобщий. Также существуют другие языки и диалекты. Например, язык огров или гоблинов.

Ольга Жакова.

Герой нашего времени

Вор и герой – понятия несовместимые?

Геннадий Гладков, известный композитор, в одном интервью вспоминал. "Солженицын говорит, что жил при трех поколениях. Первое – дореволюционное, когда люди жили "за Бога и царя" и понимали, для чего живут. Послевоенное поколение было уверено, что социализм, что путь к коммунизму – это и есть та единственная правда жизни, ради которой стоит рвать пуп. И третье поколение – постсоветское. Оно оказалось самым страшным Ничего святого! Никаких нравственных устоев!"

Трилогия начинающего и, несомненно, талантливого писателя Алексея Пехова о похождениях вора Гаррета-тени показывает нам целый мир. Что же это за мир, где воры становятся героями?

Три книги "Крадущийся в тени", "Джанга с тенями" и "Вьюга теней" – это увлекательно написанное эпическое полотно по сюжету, масштабности событий и грандиозности задач, которые приходится решать героям, очень напоминает роман Толкиена "Властелин Колец".

Судьба королевства в руках вора! Звучит парадоксально, но это правда. Поэтому стремление помочь Гаррету в выполнении его миссии и лежит в основе поступков тех, кто сопровождает его в нелегком походе.

"Ушел с поколением хиппи Чужак с чужой земли, ушли коммунистические идеалы "Полдня", сошла на нет консервативно-утопическая Ордусь, но читатель остался. Народилось целое поколение, которое не жило при социализме, для которого ужасы 1984-го – пустой звук, которое запросто отметает христианские и буржуазные ценности, желая построить новый мир на развалинах старого" – так писал Сергей Красиков в своей статье "Эскапизм со взломом". Алексей Пехов в определенной степени выразитель этого нового поколения. Не имеющего нравственных устоев, как выразился Гладков. Сиала – тот самый мир, где, в отличие от Средиземья, нет Зла, против которого, рискуя жизнью, шли бы сражаться герои. В руках мастера-вора – спасение королевства, а не мира. Спасение от кого? Кто враг? Неназываемый, именем которого пугают детишек, кто он? "Зло и тьма", – говорит Гаррет. Впрочем, смотря как это понимать. "Он ведь... просто очень сильный волшебник..." – считает король. "Что есть зло, вор?! Что есть добро?! Кто сможет определить, что есть первое и что есть второе?! Где та неуловимая грань между добром и злом?!" – спрашивает Посланник. Вот, оказывается, как все непросто. И вору приходится своими поступками отвечать на эти вопросы.

Мир Сиалы – антропоцентричен. Несмотря на то что он заселен множеством рас, человек оказывается сильнее всех. Не потому, что он действительно сильнее, но потому, что стремится к этому. Человек на протяжении всей истории своей считает себя царем природы. И всегда борется за это место. Вспомните "Легенду о мягком золоте":

Тогда улыбнулся солдат-человек, С усмешкой он эльфу сказал: "Не надо платы. Мы все возьмем. Золото – мягкий металл".

Человек находится в центре мира Сиалы. И можно понять возмущение орка по имени Олаг, который кричит Гаррету "Вы появились самыми последними, даже доралиссцы, это отродье козьих матерей, появились раньше вас!... Пока мы воевали с эльфами и пытались выковырять из проклятых гор карликов и гномов, вы разбежались по всему миру и стало поздно... Но вы даже хуже чумы! Вы хуже тараканов! Вы плодитесь со скоростью эльфийской стрелы и отличаетесь безумием бешеного волка! Вы можете только убивать и уничтожать все прекрасное, что есть в нашем мире!... Вы не остановитесь до тех пор, пока не разорвете Сиалу на тысячу кусков..."

Во все времена человек – как особь и как вид – озабочен выживанием, пусть даже за счет других. "Жить захочется, так и не на такое пойдешь". Поэтому Злом оказывается Война Не та война, которую всегда ведут люди друг с другом за какие-нибудь Спорные земли, а Война, суть которой – месть и утоление ненависти. Потому что приход Неназываемого закончится смертью для всего королевства, а не потерей клочка болотистых земель.

Главной ценностью оказывается жизнь. "Зло становится добром, а добро злом, стоит лишь посмотреть на них с разных берегов реки Жизни!" Нет жизни – нет всего остального. Какие тут могут быть нравственные устои? В такой ситуации и вор становится героем, ибо вор – некое средоточие человеческого эгоизма: чтобы жить, он ворует, нарушая одну из заповедей, может и убить, вор живет для себя, не считаясь с окружающими, у него нет друзей, близких людей. Вот он, герой нашего времени – "хитрый и изворотливый человек", индивидуалист, для которого "нет ничего святого".

"Я принимаю Заказ", – ответил Гаррет королю. И вот небольшой отряд тронулся в далекий и опасный путь, конечная цель которого – спасение королевства. Так, по крайней мере, воспринимают путешествие его предводители – Алистан Маркауз и Миралисса. Но отношение Гаррета к спасению всех ироничное, он идет не поэтому. Он принял Заказ, и теперь его ведет профессиональная этика. Честность – странное для вора качество, однако оно – одна из основ его ремесла, ведь он мастер-вор. Выходит, есть еще ценности, помимо жизни? Есть, и это – дело. Отряд, сопровождающий Гаррета, сильно поредел за время похода к Храд Спайну, и люди без слов отдавали жизнь за Дело. Чье-то дело было поменьше – обычное солдатское, чье-то побольше – спасение королевства, дома... Но любое дело должно быть выполнено с честью, воровское ли, солдатское ли, королевское ли... Как пел Щербаков, "всё победят только лишь честь и свобода". Честь и честность слова одного корня. Честность перед делом, перед совестью, перед собой. Однако еще кое-что выносит Гаррет из своего похода, и это – понятие дружбы и доверия. Никому не доверять было своеобразным кредо мастера-вора до путешествия в Костяные дворцы – "когда был только ты и ночь, когда ты полагался только на себя и не держал за пазухой десяток друзей, обязательств и правил", – напоминает Гаррету его отражение.

Нет Тьмы, нет Зла, хотя нет и Добра. Но это не значит, что исчезли нравственные устои, они просто стали другими, изменились. "Куда-то делись незыблемые Социалистические Ценности. Их пытались было заменить на столь же незыблемые.

Православные, однако в результате естественного отбора победило: "Контракт подписан, не выпить ли нам чаю "Липтон"?" (С. Красиков). Да, современные ценности во многом функциональны, потому что находить их приходится долгим опытным путем и собственной шкурой: надо пройти полмира, чтобы понять кое-что. Но от этого они не перестают быть абсолютными, то есть – выше жизни. Чтобы спасти друзей, королевство, дело, милорд Крыса повел за собой орков, зная, что умрет. И Смерть немного задержалась, оценив стремление Алистана Маркауза умереть воином и героем.

Спасти мир Гаррету все же приходится – мир Хаоса, Изначальный. "Спасаем мир и занимаемся другой бесполезной и совершенно дурацкой ерундой" – так он сам иронично отзывается о своих поступках. Интересно, однако, что делает это вор потому, что таким образом оплачивает личный долг перед тремя тенями, живущими в Изначальном мире: они спасли ему жизнь. Однако своим путешествием Гаррет спасает и собственный мир: он участвует в Игре, а "игрой и борьбой мир проходит проверку на жизнь".