Секреты соблазнения - Маркос Мишель - Страница 12

Он склонился над дверным замком.

– Удовлетворены? – язвительно поинтересовалась она.

Прищурившись, он ответил:

– Здесь что-то не так.

– Что вы имеете в виду?

– На той стороне двери медная пластинка. Ключ вставляется в замок только изнутри.

Хмыкнув, она поинтересовалась:

– Почему вас волнует, что дверь запирается лишь с этой стороны? Ключ есть только у меня. Значит, только я могу отпереть дверь.

– Хмм… Возможно, в этом и нет ничего странного.

– Кажется, вы преувеличиваете свои способности.

Он раздраженно посмотрел на нее. И тут его мужественные черты осветились догадкой.

– Или, может…

Он распрямился и еще раз оглядел комнату. Его изумрудные глаза изучали стены, замирая на каждом дюйме, пока наконец не остановились на шкафу у ее кровати.

Огромный, изысканно украшенный шкаф вишневого дерева стоял посреди длинной стены в футе от ее кровати и был набит ее нарядами и аксессуарами. Слейтер подошел и навалился на шкаф всей своей мощью.

От напряжения у него на лбу выступили капли пота. Он толкал массивный гардероб до тех пор, пока тот со скрипом не сдвинулся с места, открыв стену позади себя.

Серена подбежала и встала рядом. За шкафом находилась потайная дверь, оклеенная обоями так, что она сливалась со стеной. Маленькое отверстие, просвечивавшее сквозь блеклый узор из дельфиниумов на обоях, служило ручкой. Малькольм протянул к нему руку, и панель со скрипом подалась в сторону.

Серена в ужасе попятилась – внутри было полно паутины. Один лишь намек на то, что там могут быть пауки, заставил ее отказаться от мысли следовать за Слейтером. Она осталась ждать.

– Ну, что там?

Он вышел на свет.

– Похоже на коридор для любовников.

– Что-что?

Он потер ладони друг о дружку, стряхивая с перчаток пыль.

– В некоторых старых домах, подобных этому, делали тайный ход, который вел в спальню. Мужчина мог проникнуть в комнату к даме незамеченным. Та самая медная пластина на наружной части замка не позволяла любопытной жене или ушлой горничной нагрянуть в то самое время, как парочка… уединялась.

– Вот ведь похотливые ослы!

Он улыбнулся, раскрывая еще один свой секрет – ряд красивых белых зубов.

– Не исключено, что внимание мужчины не всегда было нежелательным.

– Мммм… – с сомнением хмыкнула она. – А куда ведет этот коридор?

– Не знаю. Возможно, в рабочий кабинет или в кладовую. Но я не вижу двери для выхода отсюда. Тут навалены старые ящики, старая мебель. Похоже, здесь десятилетиями никто не появлялся.

– И слава Богу! Да, лорду Аски придется ответить на некоторые вопросы. Вот ведь ужас: ты спокойно спишь, а кто-то незнакомый пробирается к тебе в комнату.

– И все это время женщина испытывает ложное чувство защищенности. – Он заглянул ей в глаза. – Ну прямо как вы.

– Ничего подобного, – обиженно сказала Серена. Она уже однажды опровергала это. – Нет никаких причин для беспокойства. Мне не угрожает серьезная опасность.

– Почему вы настолько в этом уверены?

Она искоса посмотрела на него.

– Уверена, и все.

В его голосе сквозил сарказм.

– Ну, должно быть, вы все хорошенько взвесили, да?

Серена нахмурилась.

– Я не обязана перед вами отчитываться. А лично мне все и так ясно.

– Вы кое-что забываете. Все это время вы спали в комнате, куда мог проникнуть кто угодно и, например, задушить вас. Я бы не назвал это «безопасностью».

– Что ж, ему пришлось бы для начала сдвинуть этот тяжеленный шкаф с места, не разбудив меня.

Слейтер покачал головой.

– А вы на редкость упрямы, не так ли? – сказал он, разглядывая обои с дельфиниумом. – И все же я рад своему открытию. Эта потайная комната станет идеальным спальным отсеком для меня.

От одной только мысли об этом Серена побледнела.

– Вы имеете в виду, что собираетесь ночевать в этой комнате?

– Да.

– И у вас будет неограниченный доступ в мою спальню?

– Да.

– В любое время, когда захотите?

– Если возникнет необходимость.

– А что, если я буду не одета?

Его лицо исказила злорадная улыбка.

– Тем лучше.

Она не знала, что делать: рассмеяться ему в лицо или дать пощечину?

– Я не согласна. Это предложение не только вопиюще непристойно, но и нанесет непоправимый урон моей репутации. Что подумают люди?

– Пусть думают что угодно. Я защищаю не ваше доброе имя, а вашу шкуру.

– Мистер Слейтер, это не обсуждается. Вы будете ночевать в комнате для прислуги, а когда мне это понадобится, я пошлю за вами.

Он скрестил руки на груди, на глазах превращаясь в неприступную крепость.

– Мисс Марш, наверное, вы просто не понимаете серьезность вашего положения. Кто-то угрожает вам, хочет убить. А там, откуда я родом, подобными угрозами не бросаются просто так, ради красного словца. Наступили трудные времена, и те, кто задумал причинить вам вред, могут объявиться в любой момент. Ваш отец не в силах защитить вас самостоятельно, поэтому он обратился ко мне. И хотите вы того или нет, распоряжаться здесь буду я.

Властность словно была его второй натурой. Но Серена не собиралась выслушивать угрозы от слуг.

– Мистер Слейтер, я не позволю, чтобы меня оскорбляли и понукали, как колониальную рабыню. Может, вы и должны меня защищать, но я не допущу, чтобы вы были моим тюремщиком. – Она проскользнула мимо него прочь из спальни.

– Куда это вы направляетесь?

– Убедить отца спустить с вас шкуру.

Глава 11

Казалось, вся тяжесть мира давит ему на плечи.

Эрлингтон сидел в стуле у окна, подставляя холодному утреннему бризу горячую голову. Из окна мир казался таким спокойным. Ветер разогнал облака, и густая зеленая трава блестела в лучах восходящего солнца. Далеко на лугу паслись овечки, и на несколько миль вокруг раздавалось лишь их тихое блеяние. Прекрасная страна, простая и естественная.

Но некоторые люди не будут счастливы, пока кровь солдат не оросит землю.

Эрлингтон сделал большой глоток из стакана с бренди, который держал в руке. Выпивка никогда не приносила ему облегчения, так что пил он совсем мало. Но сегодня, когда весь мир ополчился против него – а теперь еще и против его дочери, – вероятно, выпивка сможет унять тревогу и позволит ему мыслить ясно.

– Там ничего нет.

Эрлингтон обернулся на голос и прищурился. Он увидел экономку, худую женщину с густой копной медно-рыжих волос.

– Простите?

– Что бы вы ни искали, вы не найдете это на дне стакана.

Эрлингтон улыбнулся. Он и сам это знал. Но когда тебя укоряет прислуга, это уж совсем невыносимо. В Англии домашние слуги никогда не осмеливаются заговорить первыми. Тем не менее за все время пребывания в замке он впервые услышал голос этой женщины.

Сейчас экономка на него уже не смотрела, занятая своим делом – она ставила на поднос кружки, собираясь унести их. Как же ее зовут?

– Обычно я не пью. – Миссис Уокер? Миссис Токер?

– Да, не пьете. Тем более не стоит начинать сейчас.

Эрлингтон подавил раздражение, которое вызвала у него фамильярность женщины, поскольку хоть это и нарушало правила поведения, то, что она говорила, было верно.

Он поставил стакан на стол рядом со стулом.

– Вы правы, конечно. Спасибо.

Она подошла, чтобы забрать стакан.

– Всем видно, что вы напряжены, как кожа на ирландском бубне. Еще один стакан, и от вас будет столько же шума, как от этого ужасного инструмента.

Он улыбнулся:

– Я больше не буду. Спасибо, что пытаетесь защитить мое доброе имя. – Он откинулся на спинку стула и закрыл глаза рукой. В окно ворвался порыв ветра, мягко обдувая кожу лица.

Прошло несколько мгновений. Не чувствуя никаких движений, он открыл глаза. Экономка все еще стояла за его стулом, придерживая поднос на бедре и глядя на него.

– Так отчего вы повесили нос?

Не веря своим ушам, Эрлингтон моргнул. Это что-то из области фантастики – вести разговор с экономкой. Он впервые одарил ее долгим взглядом. Она была красива, и хоть ей было хорошо за сорок, она еще хранила следы былой красоты. Как у многих ее соотечественников, у нее были невероятные синие глаза, в которых читались отвага и проницательность. Вокруг глаз образовались мимические морщинки, щеки утратили юношескую пухлость, но губы остались крупными и чувственными. Настоящее украшение для женщины зрелых лет.