Многоликое волшебство - Лебедев Дмитрий - Страница 34

— Спасибо за сопереживание, — не поднимая глаз заметил Руффус, — я очень тронут. Жаль только не можешь предложить мне помощь чем-либо более осязаемым, нежели сочувствием.

— А ты попроси. Я даже не откажусь помочь, только сам потом будешь Странду объяснять, — при этом взгляд ее упал на скромные коготки приподнятой лапы, — куда из дома посуда делась, — Аврайа попыталась теперь изобразить обиду и оскорбленность в лучших чувствах. Впрочем, столь же наигранно, как и все предшествовавшее.

— Ладно, ладно, — соблюдая ритуал, требовавший ответного утешения и извинений, — не обижайся на глупого ученика. Чего от тупости и твердокожести, — ну как было это не ввернуть, — не скажешь, — тем временем Руффус завершил борьбу с последствиями завтрака и мог располагать собой, впервые с начала ученичества.

Настроение улучшалось с каждой минутой, отдалявшей его от окончания хозяйственных забот. Спасибо погоде, максимально отвечавшей его сегодняшнему состоянию. Спасибо учителю, не очень усердствовавшему в изобретении дополнительных заданий. Спасибо Аврайе, готовой исполнить обещанное еще в первые дни. Похоже, что лучшего дня ему не стоит ждать в ближайшие пару месяцев, а оттого и замечтался он, стоя на крыльце и глядя на цветущий вопреки времени года пейзаж.

— Кончай хлазами хлопать, — донеслось из-за угла, — бери ведро под вишню и полетели, — для пущей убедительности дракон развернул свои огромные крылья, тут же заигравшие всеми цветами радуги на солнце, и хлопнул ими так, что в ушах еще долго стоял бодрящий звон.

Поудобней устроившись на спине присевшей по такому случаю Аврайи, он почесал ее затылок, на что та отреагировала, начав разбег. В ту же секунду Руффус засомневался в разумности всей этой затеи, заранее сожалея, что, видимо так и не удастся закончить ученичество у Странда ввиду безвременного окончания жизненного пути. Но стоило дракону подняться в воздух, как подобные глупости мгновенно покинули голову.

Полет был на удивление мягким, без малейших следов безумной тряски на взлете. Принц наконец нашел действительно удобное положение, после чего с замиранием сердца, но уже от восторга, стал следить за все более масштабно разворачивающейся картиной. Понять, на какую именно высоту поднялась Аврайа, было невозможно, но что никак не меньше тысячи метров — уж точно. Редкие облака были примерно на том же уровне — протяни руку и отхватишь кусок их призрачных тел. Хотелось петь, громко кричать глупости, кидать вниз все, что под руку попадется, в общем вести себя совершенно по-хулигански.

— Не хотел бы ты выучиться летать сам? — поинтересовалась повернувшаяся к нему огромная голова с озорными бесятами в черных бездонных глазах.

— Конечно, — не удержался принц, прекрасно понимая, что вопрос с подвохом, но результат превзошел самые смелые ожидания.

Опора из-под него исчезла, и вот он уже не сидит на удобной шее дракона, а с чудовищной быстротой набирая скорость устремляется к земле. Остатки завтрака более чем настойчиво просились на волю, внутренности, похоже, перемешались в нераспутываемый узел. Поля, леса, реки, горы, не торопитесь, зачем же вы так поспешно приближаетесь ко мне. Боюсь, наша встреча не будет мягкой. Черт, так же и разбиться недолго!

— Маши руками, — донеслось до него откуда-то слева. Повернув голову, Руффус обнаружил препохабно лыбящегося дракона, падающего вместе с ним.

— У тебя как с головой? — только и сумел он выдавить из себя, понимая, что ввиду нехватки времени, комментарии придется отложить до лучших времен, если таковые, конечно, предвидятся.

— А как ты думал еще учат летать?

— Поразвлекайся где-нибудь в другом месте, небо большое. А мне тут некогда тебя забавлять, — говоря это, он уже понял, что единственная надежда — попробовать применить свои новые способности. Если не сейчас, то когда же?

Голова хотела лопнуть прежде, чем он успел в достаточной мере сконцентрироваться. Почувствовав поток магической энергии, пронизывавший воздух даже на такой высоте, он как-то сразу успокоился. Дальнейшее было уже делом техники, ну и некоторого напряжения, конечно, от которого глаза чуть не вылезли из орбит. Сначала ему удалось остановить набор скорости, а затем он уже постепенно погасил скорость до полной остановки. Камень с плеч.

— А ты хороший ученик, — это опять влезла Аврайа, зависшая метрах в десяти.

— Не от всяких шуточек хочется смеяться. Иди лучше, развлекай орлов или рябчиков каких…

— Ты, конечно, можешь злиться, но, по-моему, ты сейчас летишь, — и скорчила такую рожу, что Руффус, несмотря ни на что, едва справился с собой, подавив пробивавшийся на волю смешок.

А затем, как озарение, — ведь она же права. Он действительно летит. От такого открытия Руффус чуть было не возобновил падение, потеряв на мгновение концентрацию. Он летит! Это же просто сказка какая-то. В этот миг он почувствовал, какое же чудо обладать даром, но еще большее — владеть им.

— Да не хлопай ты хлазами. Садись на спину, пока не надорвался. Обещаю не выкидывать больше подобных шуток… И еще, — Аврайа опустила взор к далеким верхушкам деревьев, принимая максимально виноватый вид, — я приношу свои извинения.

— Да ну тебя к черту, — но по интонации было ясно, что он прощает.

— А все-таки, — она обернулась к принцу, когда тот вновь устроился на ее спине, — я сделала то, что обещала — научила тебя летать.

С этим трудно было поспорить. Дискутивна лишь методика обучения, а с результатом — все в полном порядке. Методы, которыми воспользовалась Аврайа, как-то уж больно напомнили ему некоторые из приемчиков Странда.

А далее все было и впрямь спокойно, как и обещал дракон, никаких фокусов, хотя вновь приняться за восторженное созерцание открывавшихся видов удалось не сразу. Единственное, что с сожалением отметил Руффус, его сильно передернуло, когда поблизости проплыл орел, не обращающий на них ни малейшего внимания. Не особенно хотелось, чтобы заворочавшееся где-то в глубине воспоминание прорвалось наружу.

Аврайа, выбрав замечательный вишневый сад, без лишних раздумий приземлилась именно в нем, как бы намекая, что за этим, собственно, и отправились в полет.

— Ну? — спросила она, скромно потупив взор.

— Конечно, конечно, — Руффус явно не ожидал, что этим придется заняться вот так сразу, но, ничего не найдя похожего на возражения, полез на дерево.

Довольно быстро он весь угваздался вишневым соком, покрывшись сложно наслоившимися синюшными разводами. Короче, он в очередной раз убедился, что принцы, похоже, и к этому занятию не особенно приспособлены.

— Можно ли мне вмешаться, не показавшись излишне навязчивой? — голова Аврайи была примерно на одном с ним уровне.

— Да, — Руффус обрадовался, что она прервала долгое напряженное молчание, вызванное, как он предполагал, зачарованным ожиданием вожделенного лакомства.

— Я хотела бы уточнить, — как же Аврайа хороша, когда начинает лукаво косить глазищи, изображая из себя образец невинности, — не забыл ли ты, как научился летать?

— Ты хочешь, чтобы я одел это ведро тебе на голову, вместо того, чтобы накормить вишней?

— В общем-то нет. Я хотела тебе напомнить совсем о другом.

— И о чем же?

— Мне показалось, что ты мог бы использовать те же навыки при сборе вишни. Подумай, наверняка ты найдешь способ, как упростить процедуру с помощью махии, а то такими темпами я рискую так ничехо и не отведать.

Забавно, как трудно привыкнуть к тому, что ты уже не обычный человек, что у тебя теперь есть какие-то особенные способности. Падая, он достаточно резво вспомнил об этом, и жутко загордился, но там сама его жизнь зависела от этого. Гораздо труднее жить, осознавая себя магом, или по крайней мере тем, кто хоть кое-что, но уже может, постоянно. Как не сложно догадаться, приспособить свои таланты и навыки было не трудно, а процесс сбора существенно от этого ускорился, и ведро, наполнившееся до краев за пару минут, было уже предложено аппетитно облизывающейся раздвоенным на конце языком Аврайе. Только обидно было смотреть на свои трупного цвета руки, которые вовсе не обязаны были становиться такими, подумай он сам о своих новых способностях пораньше.