Нескромное предложение - Оливер Патриция - Страница 35

И он провел пальцем вдоль изумительных лацканов. Пока Синтия искала подходящую фразу, чтобы как следует его осадить, маркиз неожиданно сменил тему.

– Ты счастлива со своим солдатом, Синтия?

Маркиз спросил это так серьезно, безо всякой насмешки, и Синтия изумленно посмотрела на него.

– О, да! – вздохнула она, не боясь, что кузен может высмеять ее чувства. – О, да, – повторила она, – я очень счастлива! Не могу даже передать, какой он чудесный! – Ее щеки покрылись густым румянцем. – Я имею в виду…

– Я могу догадаться, что ты имеешь в виду, любовь моя. Значит, он тебе понравился?

– Да, – кивнула Синтия. – И я должна тебя поблагодарить, Робби.

– Не надо меня благодарить, кузина. Похоже, ты сумела направить мечты этого молодого человека в нужное русло и без моей помощи. Я должен, конечно, только приветствовать те огромные усилия, которые он, очевидно, вкладывает в это дело. Но тем более меня удивляет отсутствие… э-э, явных признаков.

Кузен приложил монокль к глазу и осмотрел Синтию, остановив взгляд на ее животе, по-прежнему плоском. Возмущенная Синтия встала.

– Если вы будете насмехаться, милорд, – сказала она, – то мы попрощаемся и я пожелаю вам приятного путешествия.

Маркиз быстро погасил ее мимолетную вспышку гнева комплиментами и пригласил Синтию прогуляться с ним в парке. Хотя у нее не было настроения, Синтия согласилась. Ее взволновало замечание маркиза о ее возможном бесплодии. Она не хотела себе в этом признаться.

Синтия всегда думала, что забеременеть очень просто. Это естественный процесс, и проходит все само собой. Но она еще никогда не была в этом интересном и счастливом положении и поэтому не знала, что делать. У нее задержка месячных на две недели, но такое и раньше случалось.

Она посмотрела на своего кузена, и ей захотелось во всем признаться ему. Это была странная мысль, конечно. Хотя маркиз, разумеется, мог дать хороший совет.

А может быть, она должна сказать капитану?

Но Синтия тут же одернула себя. Зачем возбуждать ложные надежды? Тем более в собственной душе… Возможно, если к Рождеству месячные не возобновятся, она спросит об этом у своей матери. И тогда же можно будет рассказать об этом мужу, радостно подумала Синтия.

Насмешливый голос маркиза прервал ее размышления.

– Ты даже не слышишь, что я тебе говорю, Синтия, – укоризненно сказал кузен.

Синтия покраснела.

– О, я слышу, Роберт! – Они шли мимо конюшен. – Мы говорили о предстоящих весенних торгах и о том, какие будут цены на лошадей.

– Не хитри, дорогая. Ни о чем таком мы не говорили. Что с тобой, Синтия?

Мерилегс высунула голову из стойла и жевала рукав модного шедевра Штульца, но маркизу, казалось, было все равно.

– Ничего, – ответила Синтия. – Все просто замечательно!

Она дружелюбно улыбнулась ему.

Ясно, что Робби ей не очень-то поверил. По крайней мере, он понимает, что все не так замечательно, как она пыталась представить.

И этой ночью Синтия обнаружила, что все обстоит еще менее замечательно, чем она представляла.

В своей широкой постели Синтия ждала и ждала, когда же придет муж.

Но он так и не пришел.

Брайан не пришел и на следующую ночь. И на следующую…

Через три дня лорд Монрояль попрощался и уехал. И только тогда муж снова пришел к Синтии в спальню.

Синтия замерла в постели. Капитан приблизился и откинул одеяло так же, как и в первую их ночь. Его глаза горели страстью, и голос был еще более хриплый и страстный. Капитан произнес те же слова.

– У меня жена настоящая красавица.

Но только он не улыбался. И Синтия не могла этого вынести.

Она всхлипнула и отвернулась от него. Слезы катились у нее из глаз, слезы, которые она сдерживала все эти одинокие ночи без него.

Он сел рядом, обнял ее и прижал к своему телу. Синтия думала, что у нее треснут косточки от таких сильных объятий.

– Прошу тебя, Синтия, – говорил он. – Ну прошу тебя, сладкая моя, не плачь.

Она вздрогнула, когда он поцеловал ее в шею. Медленно Синтия оживала в его горячих объятиях, пока наконец не растаял лед предыдущих трех ночей и она стала отвечать на страстные ласки мужа.

В этот раз Брайан вошел в нее очень быстро. Стремительно и мощно. Но Синтия ждала его, была рада принять это безусловное доказательство страсти, желания мужа обладать ею.

В отсутствие любви, думала Синтия, лежа потом в его объятиях, надо рассчитывать на страсть. Если Синтия сможет сохранить страсть своего мужа, то, наверное, чудо когда-нибудь случится?.. И тогда у нее появится ребенок, которого она будет любить. А может, много детей, улыбнулась она.

Синтия будет любить открыто, не скрывая своей любви, как вынуждена делать это с мужчиной, который представил себе, что заимел жену, желающую от него только ребенка. В обмен на богатство, конечно.

Нет, она не сможет и не будет требовать большего! С этой мыслью Синтия уснула в объятиях мужчины, самого дорогого и милого ее сердцу.

Глава 11

Фиаско

Прошло две недели после того, как лорд Монрояль покинул Милфорд-Холл, и Синтия поверила, что чудо случилось. Никогда до этого у нее не было такой большой задержки. Синтия уже не сомневалась, что она беременна.

Аннетт первая догадалась о секрете своей хозяйки. Подтверждение служанки, в общем, тоже укрепило уверенность.

Синтия хотела поделиться радостной вестью с мужем. И все-таки какие-то неясные страхи мешали ей это сделать.

Каждый раз после ночи любви Синтия говорила себе, что вот сегодня обо всем расскажет мужу. Ведь ее отношения с капитаном снова стали такими же чудесными, как и до приезда лорда Монрояля в Милфорд-Холл.

Капитан приходил к ней в спальню каждую ночь. И страсть его все росла. Но все равно Синтия сомневалась. Иногда она замечала, как муж очень внимательно на нее смотрит. А один раз заметила очень странное выражение в его глазах, действительно ее напугавшее.

И она поняла, что все же что-то не так между ними, но старалась об этом не думать.

Однажды утром, не в силах скрывать больше свою тревогу, Синтия написала короткое письмо кузену. Он, конечно, так бы все узнал во время Рождества, когда вся их семья собиралась вместе в Галифакс-Парке. Но ей не терпелось поделиться своей радостью с Робби и хоть намекнуть, какой рождественский сюрприз Синтия для него приберегла.

Уже только запечатав и послав письмо, Синтия подумала, что, возможно, ее импульсивный жест будет неправильно понят. Наверное, ей надо также написать письмо и матери, подумала Синтия. Но леди Галифакс вряд ли еще вернулась из Шотландии, куда поехала навестить своих родителей.

Синтия снова села за стол и взяла лист бумаги. Голос капитана заставил ее вздрогнуть.

– Все пишешь письма, моя дорогая?

Брайан вошел в комнату и остановился рядом. Синтия улыбнулась ему и помахала чистым листом.

Капитан сегодня просто неотразим, подумала Синтия. Да, ее муж действительно очень красивый мужчина! Его каштановые волосы и яркие синие глаза придавали ему задорный и очень юный вид. Брайан казался гораздо моложе своих лет. Такой красавец… Что еще нужно женщине!

– Я собиралась написать маме, но совсем забыла, что мы, вероятно, приедем в Галифакс-Парк раньше, чем туда дойдет письмо.

Синтия встала, обняла мужа и вместе с ним прошла в гостиную, где уже был накрыт стол для ленча.

– Хочешь увидеться с родителями? – спросил Брайан.

– О, да! – ответила она. – И со всеми моими тетями, дядями, кузинами и кузенами, конечно!

Как только она упомянула про кузена, Синтия резко замолчала, потому что капитан перестал улыбаться.

– Представляю, – коротко сказал он и принялся за холодную баранину.

После долгого молчания Синтия попыталась снова завязать легкий дружеский разговор, что в последнее время ей это не очень удавалось.

– Мне очень жаль, что твоя мама, вдова графиня, не сможет приехать к нам в Хэмпшир на Рождество. Твоя сестра Каролина говорила, что хочет приехать, я встретила ее в Лондоне. Но вряд ли леди Малгрейв отпустит ее и позволит ехать одной из Шропшира.