Рождение Повелителей - Часть 1 - Гуров Александр Владимирович - Страница 4

— Артрест, поскорее приведи Малаха. — прикрикнул вслед сыну Гефест. Но лишние наставления ему были ни к чему, он знал, что, как только повозка подойдет к воротам города, предстоит бежать за знахарем.

— Зачем тебе лекарь, Гефест? — удивился стражник — Что-то случилось, ты не ранен?

— Нет, Радмир, со мной все в порядке, а вот с парнишкой, которого мы нашли на выезде из Кураста… — Гефест сделал глубокую паузу — Ладно открывай ворота, для парня дорогА каждая минута, я все объясню на Сборах.

Молча, стражник открыл ворота. Снова повозка заскрипела своими колесами, только теперь по оббитой камнями мостовой. Петляя по закоулкам, повозка подъехала к одному из городских домов. Это был ухоженный двухэтажный дом с пристроенной кузницей и небольшим двориком.

Артрест уже стоял возле дома, когда Гефест остановил лошадей. Вскоре подоспел и знахарь. Вместе с кузнецом они осторожно перенесли Немо — так и не пришедшего в сознание — внутрь дома, уложили его на кровать в одной из комнат. Обычная для южан комната: высокий потолок; тяжелые балки, сбитые мастером своего дела не только в кузнечестве, но и в строительстве Гефестом; в центре дальней стены выбито овальное окно с прямым основанием; в дальнем углу пылился шкаф, в другом — увесистый сундук. В эту комнату уже, по-видимому, давно никто не заглядывал, а уборкой здесь и не пахло.

Малах попросил всех удалиться. Около часа он не выходил из комнаты. Когда же, наконец, знахарь вышел, измученный от ожидания Гефест, стал сбивчиво расспрашивать его о мальчике.

— Не переживай Гефест, — успокаивал взволнованного кузнеца Малах — с малышом все будет хорошо, ему пришлось не сладко, но он крепок и скоро сможет бегать по улицам со своими ровесниками. Кстати, где ты его нашел? Кто он?

— Это долгая история — немного растерявшись, вытянул из себя Гефест — Ты услышишь ее, только не сейчас.

— Не буду настаивать, иногда надо время… Вот возьми этот отвар, — Малах протянул кузнецу зеленоватое варево со специфическим запахом. — Давай его малышу три раза в день, это поддержит его силы и придаст новые. Мне надо наведаться в степь за более мощными травами.

— Когда ты вернешься?

— Завтра днем, сегодня идти поздно. Да и темно на улице, все равно ничего дальше своего носа не разгляжу. Выйду утром, к обеду буду. — с небольшой доброй улыбкой говорил Малах; Гефест же был мрачен, как столб поднимающегося над полем брани дыма. — Да не переживай ты, выкарабкается твой малыш. Он еще и не такое испытает в своей жизни, а ты здесь уже чуть ли не хоронить его собрался.

— Ты прав, друг, — встрепенулся кузнец. — Встретимся завтра. Заодно расскажу тебе, где я нашел это дитя. — тихо промямлил кузнец.

— Будь, по-твоему, до встречи! — хлопнул Гефеста по плечу Малах.

— До встречи! — торил Гефест.

Малах быстрыми шагами удалился из комнаты. Знахарь был уже не молод, но казалось, что по-прежнему чувствует себя юнцом. Приехал он в Нимфею около десяти лет назад. Никто, кроме Гефеста, не знал, откуда прибыл таинственный человек, но не прошло много времени и жители городка прониклись к нему немалым доверием. Причина была проста: его таланты знахаря и мудреца были безупречны. Казалось бы безнадежно больные — выздоравливали, нуждающиеся в верном слове — получали его. Да, Малах умел давать тонкие и ясные, а главное — безошибочные советы. Хотя нет… был один-единственный случай, когда мудрец совершил промашку, но о ней знал лишь Гефест…

Малах выскочил за дверь. За ним поспешил и кузнец, останавливаясь на пороге. Гефест стоял и провожал взглядом, скрывающегося в тени домов, знахаря. Какое-то странное чувство опасения не покидало его. Всю ночь он провел у постели Немо. Странно, как за столь короткий промежуток времени человек успел так привязаться к мальчику. Гефест и сам не мог объяснить того, что творилось у него в душе. Совсем не сентиментальный, он так боялся за жизнь того, кто сейчас мог принести ему так много бед и забот. Близился городской совет, на котором обязательно затронут тему найденного малыша. И, если станет известно, что он северянин, то туго придется не только Немо, но и Гефесту. Что за безжалостный мир нас окружает?!

Кузнец пытался отбросить смутные мысли. Но это плохо получалось. На смену одним размышлениям приходили другие, и с каждым разом они были все хуже и ужаснее. С этими мыслями Гефест провалился в глубокий сон. До первых петухов он больше не открывал глаз…

II. Городской совет

Март, 1476, Нимфея, Северная граница Южной Короны

Пропели утро петухи.

Гефест встал с кресла, в котором уснул этой ночью. Протер глаза и увидел, что Малах уже сидит возле постели малыша.

— Как ты так быстро управился? — пробасил спросонья кузнец, прошло несколько мгновений, прежде чем мысли сфокусировались после сна.

— Утро венчает мудрость, — неясно отмахнулся Малах.

— Но ты же сказал, что тебе нужны какие-то травы. Или ты собирал их ночью? — сонным голосом спросил Гефест.

— Нет, мой друг. Ночь помогла мне понять, кого ты привез в наш город. Я даже разговаривал со стражником Радмиром. Ты обманул его, сказав, что нашел мальчика по недалеко от Кураста. — глядя в упор в глаза кузнецу с некоей укоризной, заметил знахарь.

— Откуда… с чего ты взял? — осекся Гефест, уже догадываясь, что обмануть Малаха не удастся.

— Этот мальчик с севера, не так ли? — уже зная, что ответит кузнец, спросил Малах. Гефест открыл рот, пытаясь что-то сказать, но знахарь не дал ему обмолвиться и словом, — Я знаю, откуда этот парень. Но ты даже не догадываешься, кого тебе посчастливилось найти.

— Посчастливилось? — изумился Гефест.

— Прошу не перебивай, ты все скоро поймешь. Смотри. Видишь знак на плече малыша? Это клеймо Великого Повелителя. — боком поворачивая тело Немо, твердил Малах, а на предплечье северянина красовалось клеймо — змея переплетающая корону, а над головой ползучей твари сияет, словно нимб, кольцо.

— Но у северян нет повелителей, у них все равны… — дивился кузнец.

— Ты не прав. У северян их не было. Уже есть. А вскоре не будет и самих северян. В Андарионе появилось страшное зло. Не знаю, откуда оно пришло, и кто его ведет. Догадываюсь… но все это не точно. Ясно одно — зло разрастется и поглотит и север, и юг, и восток, и запад. Так вот, я приблизился к самому главному: этот парнишка станет именно тем Великим Повелителем, о котором я говорил. И повелевать он будет не народами и землями, а сердцами и душами.

— Ты хочешь сказать, что этот мальчик привел то зло, о котором ты говоришь? — еще больше изумился Гефест.

— Не знаю, привел, или наоборот уничтожит его. Могу заключит лишь следующее: тебе повезло повстречать его. И еще, первое, что он попросит у тебя, ты должен сделать во что бы то ни стало! — взволновано кидал слова знахарь. — Слышишь? Первое, что он попросит, ты должен непременно исполнить!

— Понял, понял. А как же Совет? Что будет, если они узнают, откуда парень? — перебросил разговор в другое русло кузнец.

— Гефест, друг, думаю, ты уже придумал историю. Сейчас мы ее доработаем общими усилиями, а на совете я скажу, что полностью тебе доверяю и считаю, что благодетель должна только поощряться. Можешь не переживать, Совет не пойдет против моего мнения. Они же знают, насколько мои слова сильны и крепки. — гордо выпрямил старческую, но не потерявшую стройность, спину знахарь.

— Спасибо тебе Малах, я знал, что тебе можно доверять. — искренне приклоняя голову, отчеканил Гефест.

— Да брось ты! Устраиваешь здесь спектакли, не хватало еще, чтобы ты передо мной голову склонял! Я тебе кто? Правитель или друг? — быстро подскочил к кузнецу Малах и взял его за плечо.

— Друг, — тихим шепотом ответил Гефест.

— Вот именно, друг! Я ведь тоже доверил тебе страшную тайну, касающуюся моего прошлого. Тогда я не знал, почему это делаю, но теперь все потихоньку становиться на свои места. — Малах встал и махнул рукой, жестом показывая Гефесту, что тот должен выйти, — Малышу нужен покой, ты здесь пока не нужен, твое время еще придет.