Рождение Повелителей - Часть 2 - Гуров Александр Владимирович - Страница 10

— Согласен! — поддержал северянина Фарнлес, — Нам действительно надо все хорошенечко обговорить и принять правильное решение. Но не будем делать это на Марийской площади! — наместник распростер в разные стороны руки, показывая широким жестом, где же все-таки находятся собеседники. — Отправимся в цитадель. Там все и решим. Не будем тратить времени, отправимся немедля!

— А почему это время не терпит? — удивился Гвилдор, — Ждали целый месяц, а теперь лететь сломя голову?

— Время не терпит потому, — сказал Немо, делая упор на слово "потому", — что, когда вождь соберет все свои войска, добраться до него будет совсем не возможно! — недовольным тоном закончил северянин.

— Один день ничего не изменит! — настаивал на своем Гвилдор, — Утро вечера помудреней будет! — закончил свою речь переделанной на свой лад старой поговоркой вчерашний торговец.

— Утро вечера мудренее… — поправил своего будущего компаньона Норгим, — а вот день, как раз таки, может решить очень многое.

— Или ты уже испугался?! - парировал Немо, — Можешь идти домой, возвратиться к торговле, и не лезть в те дела, которые не по тебе, — скороговоркой отчеканил северянин.

— Я воин, не хуже чем ты! — разъярился Гвилдор.

— Может проверим? — предложил Немо.

— Всегда к вашим услугам! — нервно гаркнул торговец.

— Упокойтесь! — вмешался в спор Норгим, — У нас одно дело, так что будьте добры, делать его вместе.

— Лишние ссоры в отряде нам не нужны! — поддержал Арнел.

— Ссоры в отряде? — начал на распев Фарнлес, — Всего четыре человека в отряде… он не успел еще и выехать за городские ворота, а в нем уже начались ссоры… — рассуждал вслух наместник, — Что же будет дальше? Вы перегрызете друг другу глотки еще до встречи с вождем варваров! Зачем нужен диверсионный отряд без понимания? Может я чего-то не пойму? Так объясните! — выходил из себя Фарнлес.

— Решим сегодня… — недовольно протянул Гвилдор, — хотя я все равно считаю, что спешить уже не куда, обдумать лучше с чистой головой, тщательно все обдумывая, а не так, лишь бы было.

— В этом есть доля истины, — пошел на примирение и Немо. — Решать надо не с горяча, но время поджимает хвосты, надо спешить, каждый день на счету.

— Вот и отлично! — приободрился Норгим, — Люблю, когда все решается миром.

— Поэтому ты и решил сделать диверсию? — вставил наместник, Фарнлес все же не хотел отпускать своего лучшего бойца, нет, не лучшего, таковым все же в войске Нимфеи оставался Артреста, но о нем после турнира никто ничего не слышал.

— Это совсем другое… — обижено ответил Норгим.

— Ладно, мы можем здесь и до вечера проторчать! — вступил в разговор Арнел, — Не вы ли говорили, что надо торопиться? Так будьте добры, пошевеливаться!

Без лишних слов все согласились рьяной речи кузнеца…

По узким улочкам Нимфеи потянулась длинная цепочка телохранителей наместника во главе с ним самим, шествие заканчивалось четырьмя добровольцами-диверсантами. Непонятно почему Фарнлес выбрал малолюдную сеть узких проулков, куда даже днем не попадали солнечные лучи. Процессия растянулась по всей длине улицы, быстрым маршем продвигаясь к цитадели наместника. Фарнлес редко посещал Бедный район города. Больше всего людей погибло от эпидемии именно здесь, поэтому улицы были пустынны. Те, кто выжил, должны были работать, не покладая рук, чтобы прокормить свои семьи. Чаще заработок на день уводил их в Северный и Кузнецкий, Базарный и Кожевельный районы, и это еще больше добавляло тишины в темные улочки между домами-трущобами.

Наместник быстро вывел своих людей к цитадели. Случись война и почти все население Нимфеи скроется в хорошо защищенной крепости. А если учесть, что половина населения уже превратилось в прах на погребальных кострах, то в цитадель с легкостью поместиться все горожане от мала до велика, включая и их пожитки.

Наместник уже стоял у ворот своей резиденции, ожидая, когда подтянется хвост отряда. Фарнлеса не заставили ждать, и вот уже процессия потянулась внутри цитадели. Открылись и захлопнулись ворота, показался темный туннель-переход. Свет в его конце был неодобрительно мрачным. Туннель сменили парадные залы-покои. Немо уже не впервые захаживал в обитель наместника, поэтому на все красоты этого места реагировал более, чем скептически. А вот Арнел шел, как маленький мальчик, которому посчастливилось заглянуть в самые тайные и сокровенные комнаты любви и удовольствия. Молодой кузнец шел, поднимая голову то вверх, то вниз, то мотал ею по сторонам, пытаясь уловить каждую мелочь этого прекрасного места. А ведь красота всегда была и есть в мелочах, скомбинируй правильно несколько и получишь вещь, достойную только королей, простую и изящную. Арнел не на минуту не закрывал глаза, он, наверное, даже забыл, как надо моргать, он глядел по сторонам, завороженный чуткой красотой покоев. Мальчишка, точно мальчишка! Словно десятилетний северянин, впервые увидевший каменные здания и картинные галереи, прекрасные фрески и разноцветные мозаики.

Прошла одна зала, за ней другая, третья, начались те, которых не видел даже Немо, из всего отряда здесь хаживал, наверное, только Норгим.

А процессия двигалась неуклонно быстро, неуклонно вперед, в Тайную Комнату Советов, о которой даже бывалый в гостях у наместника Немо не мог знать. Норгим шел знаючи, словно к себе домой, хотя цитадель и была его домом. Редко случалось, что глава телохранителей покидал своего господина, но такой момент настал. И у Норгима видимо появилась новая, более нужная, чем охрана наместника, цель, которую он должен исполнить. Если не самолично, то хотя бы присутствовать при небольшом, но поистине сокрушающем ударе в самое сердце варварскому племени — удар, нацеленный на жизнь их вождя.

Отряд приближался к Тайной Комнате, к этому времени телохранители наместника куда-то растворились, разлились в темном море очередного туннеля. И вот Комната перед глазами отряда диверсантов. Дверь слилась со стеной и угадать, что здесь спрятан вход было просто невозможно. Фарнлес сделал какие-то движения, трудно различимые в темноте туннеля и дверь открылась. Из комнаты повеяло годовой сыростью, но света в ней было предостаточно. На стенах в узких кольцах горели факела, словно они никогда не могли потухнуть; в центре комнаты стоял огромный стол, вокруг него добрая дюжина резных стульев, вокруг стола слились со стенами многочисленные стеллажи с самыми древними и драгоценными книгами, которые только имела Нимфея. В остальном комната ничем не отличалась от простого подвального помещения.

Все расселись по местам, три телохранителя, видно самых преданных и самых лучших стали по бокам от стула наместника, Норгим сел ближе всех из достопочтенной четверки к своему повелителю, тройка других вместе с Немо сели напротив.

Фарнлес стоял, не двигаясь. Намертво врос в землю. Смотрел взглядом, в котором читалось: "куда вы? Хотите приблизить собственную смерть? Спасти кого-то? Мертвецов? Теней из прошлого? Месть… она бессмысленна. Надо спасать город. Думать над тем, как защититься, а не на тем, как нападать. Вы смертники, мне вас жаль…"

— Карту Нелон, — распорядился наместник, выходя из оцепенения.

На столе вскоре раскинулась сравнительно немолодая, но не потерявшая правдивость карта Айзолина. На ней отчетливо были видны все страны, города, реки, выступали рельефы гор, опускались вглубь карты впадины, словно магическим заклинанием были нанесены с невероятной точностью все части и элементы Айзолина.

— Подарок Короля, — объяснил сидящим наместник, по глазам определяя, что все крайне удивлены «магической» карте.

— И сколько таких подарков у почтенного наместника? — удивленно, но, не теряя сущность торговца, сказал Гвилдор. Уже считая в уме: сколько такой подарок может стоить? Хороший полководец купил бы такую вещичку за очень приличную цену.

— Немного, но об этом не сейчас, — дернул, возвысился и снова упал в бездну спокойствия голос наместника, — Начнем господа.