Журнал «Если», 1993 № 11-12 - Кульберг Александр - Страница 59

— Здесь он нашел монету, — сказал я. Голос мой прозвучал хрипло. Риссия повлекла меня в отверстие.

— Здесь должен начаться наклонный коридор, — сказала она.

Мы прошли через какие-то холлы мимо запертых дверей. А вот и спуск, о котором она говорила. Широкий, как парадная лестница, он вился спиралью вокруг огромного колодца в центре. Никаких перил не было и в помине, пришлось идти, прижимаясь к стене.

Спустившись примерно на пять этажей, я обнаружил первый признак пребывания людей в этом подземелье: ящики с продуктами. На минуту стало легче, словно я увидел братьев по разуму.

— Как ты думаешь, сколько этажей в этом здании? — спросил я.

— Восемь раз по десять и еще три, — сказала она.

— А где эти окопались, как ты думаешь?

— Думаю, что поближе к кухне. На следующем этаже Риссия тронула меня за руку.

— Отсюда идет какое-то тепло, — сказала она.

— Я не чувствую.

— А мне подсказал дом. Надень вот это да глаза, — она протянула мне нечто вроде козырька из мягкого пластика. Я напялил его, не задавая вопросов, и увидел яркое пятно света на полу, исходящее от ее фонаря.

— Инфракрасные лучи, — удивился я, — да у тебя с собой целый мешок с чудесами!

Риссия хотела зажать мне рот рукой, но не успела. Что-то зашевелилось в темноте, я отпрыгнул назад, спрятав девушку за свою спину. Оно запустило чем-то тяжелым в стену, в то место, где мы только что стояли. Сделав шаг вперед, я наткнулся на что-то лохматое, оно зарычало, как медведь, и царапнуло меня когтями. Я приготовился к ответному удару, но в это время оно попало в луч света нашего фонаря. Я застыл от изумления: Передо мной стоял высокий человек, закутанный в грязное тряпье. Лицо его было бледно, глаза почти не видны из-за густой бороды. Он рычал, скаля зубы, не то от злости, не то от боли.

— Прекрати! — крикнул я, но он бросился на меня, промахнулся, потом пнул меня ногой так сильно, что вполне мог сломать кость. Пришлось прижать его к стене.

— Прекрати, черт бы тебя взял! Мы не враги тебе! Он застыл, мигая и тяжело дыша.

— Риссия, посвети мне, — сказал я. В луче света я увидел, как он сощурился, потом словно бы успокоился, испустив долгий вздох облегчения.

— Слава богу, Эддисон, это ты, — прохрипел он, — ты смог прорваться.

Жилье, которое оборудовал для себя этот дикарь, выглядело как небольшая барахолка. Здесь валялись какие-то полусгнившие предметы одежды, штабеля ящиков с надписями типа «Продовольствие для морских соединений» и тому подобное. Сидя в углу, он прислонился к стене и теперь, утратив агрессивность, походил на огородное пугало.

— Я стал легкомысленным, — сказал незнакомец, указывая на ящики с запасами, — раньше я все это прятал, а теперь перестал. Не от кого! Они больше не приходят сюда, думают, что я умер. А сколько человек пришлое вами? — он взглянул на Риссию и удивился. Такая реакция повторялась всякий раз, когда он на нее смотрел. — Я надеюсь, военно-морские силы расположились по периметру всего континента и патрулируют его.

— Сожалею, но военно-морские силы уже ничего не патрулируют, потому что их нет, — ответил я. — Здесь только я и Риссия. Познакомьтесь. Она и привела меня сюда.

Он выпрямился и сделал попытку встать, но девушка сама опустилась перед ним на одно колено. Он был таким изможденным и старым…

— Мы поможем вам, — сказала она мягко. — Увезем вас туда, где вы будете в безопасности.

— Мне… все это снится? — спросил он и потрогал руку Риссии. — Разрешите представиться, я адмирал Реум Хейли.

— Адмирал Хейли! — воскликнул я, тщетно пытаясь найти сходство этого дикаря с бравым военным, которого я в свое время видел на острове Гуам. — Вы здесь один?

— Да, — ответил он. — А кто вы такой? Как вы меня нашли? Что происходит наверху?

— Я расскажу вам все, — сказал я. — Вернее, то, что знаю сам.

— …магия кольца Риссии помогла мне, — закончил я свою историю. — Я добрался до нее больным, но живым.

— Но, ради Бога, зачем вы явились сюда? Вы же знаете, что это место кишит «безликими».

— За информацией. Мы ведь ничего не знаем о них наверняка.

— Их нельзя назвать людьми в полном смысле этого слова. — Теперь настал черед Хейли пускаться в объяснения. — Они называют себя вумбоидами, то есть особями, вышедшими из женщины[1].

— Что еще о них известно?

— Им совершенно все равно, живы они или мертвы, — продолжал он, — лишь бы их Главный — они его так и называют — был в целости и сохранности. Потребности у них простые — пища да место, где они могли бы размножаться. Последнее для них очень важно. Тех, кто не может размножаться, они подвергают тестированию, если кто-то его не выдержал, его убивают запросто, как мы бьем мух.

— Откуда вы все это знаете?

— Я подслушивал. У них есть большой зал, где они собираются для трапезы и беседы. Там же хранятся запасы еды, а ее столько, что можно кормить целый город в течение года. Провизию навезли сюда, когда началась Долгая зима.

Мне кажется, пленных привозят сюда же, — помолчав, продолжал он. — Иногда они говорят о женщинах, но не так, как мы о них рассуждаем, а как мясник оценивал бы сорт мяса.

— А что, они едят человечину?!

— Нет, не в этом дело. По-моему, они используют женщин каким-то противоестественным способом для размножения, стараются пополнить свою породу.

— А есть какой-то черный ход в эту трапезную, о котором бы они не знали? — спросил я.

— Да, есть коридоры для обслуги, они ведут на кухню.

— Нам нужно оружие, видимо, придется позаимствовать его у адмирала, — приняла решение Риссия.

— Минуточку! — вскричал адмирал, — вы что, собираетесь на них напасть? Но их там сотни!

— Не драматизируйте. Должен же я убедиться в том, что они существуют, эти вумбоиды, — отрезал я.

— Не валяйте дурака, вам нужно убраться отсюда, пока они о вас не узнали! — в панике вскричал адмирал.

— Я иду вниз, — ответил я. — Риссия, ты останешься здесь, с адмиралом Хейли. Если я не вернусь через сутки…

— Не говори глупостей, Мэл, — сказала Риссия. — Я иду с тобой.

— Вы хотите спуститься вниз, чтобы воевать с этим» ползучими гадами? Вместо того, чтобы уйти подобру-поздорову? — не унимался адмирал.

— Вы продержитесь здесь денек без нас, — ответил я. — А потом мы выберемся отсюда все вместе.

Он молча уставился на меня. Потом с трудом поднялся на ноги.

— Я жил здесь без света, не слыша человеческого голоса, целых три месяца, — заявил он. — Я больше не останусь один, даже если придется ползти за вами на четвереньках.

— Ну что ж, адмирал, — сказал я. — Навесьте на себя автомат — и вперед.

Путь, по которому вела нас Риссия, представлял собой узкий наклонный коридор, но более крутой, чем первый. Мы проходили мимо открытых арок на каждом этаже, потом проникли в сводчатое, отзывающееся эхом помещение. В центре зала было сосредоточено какое-то оборудование — все это напоминало небольшую фабрику, покинутую людьми.

— Это верхняя кухня, — пояснила Риссия.

— Их здесь нет, — сказал адмирал, принюхиваясь. — Я бы их учуял.

— Внизу есть еще одна кухня, — сказала Риссия, — но они где-то здесь, они близко.

Вернувшись на наш спиральный спуск, мы двинулись дальше очень осторожно, останавливаясь и прислушиваясь через каждые несколько метров. Стены, которых мы касались, стали теплее, я это чувствовал даже через перчатки.

— Останьтесь здесь, — сказал я шепотом; в ответ на это адмирал метнул на меня сердитый взгляд. Я молча двинулся вперед, а он остался, потому что был хорошим офицером и знал, что такое дисциплина.

Через несколько шагов я увидел арку, ведущую вправо. Здесь было еще теплее и появился какой-то запах.

— Я войду внутрь, — предупредил я Риссию. — Если на горизонте чисто, ты последуешь за мной.

Не дожидаясь ее возражений, я проследовал вперед, пробираясь между огромными котлами.