Кольцо Пяти Драконов - ван Ластбадер Эрик - Страница 90

— “Зло входит в нас через трещину в Белокостных Вратах”, — тотчас сказала Риана.

Матерь помедлила, глядя на нее.

— Да, Белокостные Врата. Скажи, Риана, откуда ты знаешь священные слова?

— Просто знаю...

Матерь едва заметно улыбнулась.

— Так гласит “Величайший Источник”, Святая Святых Миины, утраченный после Мятежа больше ста лет назад. Интересно, где ты услышала их? Эти знания давным-давно перестали быть понятными даже старейшим конарам монастыря.

— Вычитала в книге, — сказала Риана. Ее охватила уверенность, что Матерь — единственный человек, кому она может довериться, не боясь гнева или наказания.

— В книге? — Матерь задрожала. — В какой книге?

— “Величайший Источник”.

— Хвала Миине, Священный текст найден! — Матерь на мгновение закрыла глаза.

— Я выучила все — от первого до последнего слова. — Риана рассказала, как Аннон нашел ее рядом с собой после встречи с Сеелин, Драконом, скрывающимся за дверью Хранилища.

— Да, Джийан права. Конечно, тебе было предназначено получить книгу. Но скажи, Риана, как ты смогла прочитать ее?

— Кундалианская часть меня знала, Матерь. Джийан сказала мне, что книга написана на Древнем наречии. Наверное, Риана когда-то обучалась Древнему наречию.

— Важное открытие. — Глаза Матери сияли. — Джийан ошиблась. И понятно — она никогда не видела “Величайший Источник”: книга пропала задолго до нее. Но она видела парный том, “Книгу Отречения”, написанную на Древнем наречии. Естественно, она предположила, что “Величайший Источник” написан на том же языке. — Матерь покачала головой. — “Величайший Источник”, однако, гораздо древнее. Он принадлежит иной эпохе. И написан на Венче, праязыке. В алфавите Венчи было семьсот семьдесят семь букв, в десять раз больше, чем в Древнем языке. Это язык чистого колдовства. В наши дни им пользуются только друуги, кочевники Большого Воорга.

— Значит, Риана — друуг? — Риана покачала головой. — Как такое возможно? Она — искусный скалолаз, привыкла к разреженному воздуху и страшному холоду. Порой всплывают обрывки воспоминаний — неизменно ледяные поля и скалы.

Матерь откинулась на спинку кресла.

— Что ж, это, пожалуй, тайна, не так ли?

— Я бы очень хотела знать, кем она была, — сказала Риана.

— Понимаю, — кивнула Матерь. — Разве не к этому стремимся мы все: познать самое себя?

— Я почти ничего о себе не знаю.

— А, просвещение! — Матерь улыбнулась. — Как далеко ты ушла от нетерпеливого, высокомерного в'орнна! Определив проблему, ты уже сделала первый шаг. В конечном счете понимание самих себя — вот то, что отделяет нас от Тьмы.

— Под Тьмой ты имеешь в виду Кэофу? Астар рассказывала мне о колдовстве Черной Грезы.

— Это один из смыслов Тьмы, — сказала Матерь. — Тем, кто избирает только Кэофу, предназначено от него и погибнуть.

— Как Бартта.

Матерь наклонила голову.

— Таких людей надо опасаться, потому что их страсть к колдовству Черной Грезы — сама по себе сила. Это она делает Сферу Связывания таким мощным и опасным заклинанием, какое не посмеет применить ни одна колдунья Осору.

— А ты — колдунья Осору, да, Матерь?

— Не совсем. — Матерь сжала руки Рианы. — Я — первая и последняя из моего поколения, кто использовал Просвет, сочетание Осору и Кэофу. И тебе, Риана, тоже предназначено быть колдуньей Просвета. Риана была потрясена.

— Я еще даже не знаю Осору.

— Тебе действительно еще надо многому научиться, а соблазн Кэофу очень силен, — сказала Матерь. — Но ты можешь Припрыгать. И Астар говорила мне, что ты способна сопротивляться Кольцам Гармонии. Будут и более опасные заклятия, каких ты не сможешь отразить без должного обучения, однако, думаю, шанс у нас есть.

— На что?

— Освободить меня. — Она перевернула руки Рианы ладонями вверх. — Скажи, ты чувствуешь силовые ручьи?

— Да, Матерь.

— Хорошо, ибо я не в силах их чувствовать. Ты Припрыгнула сюда; можешь Припрыгнуть и обратно.

— Я тебя не оставлю. Матерь покачала головой.

— Скажи, ты ведь знаешь, где находится Библиотека?

— Конечно. Я провела там много часов, в том числе и с Астар.

— Как тебе было предназначено. — Матерь подняла указательный палец. — Где-то в самой глубине Библиотеки есть маленькая, тесная, полутемная комнатка. Там на одной из полок стоит “Книга Отречения”. Ее редко, можно сказать, никогда не читают. Большинство рамахан не подозревают о ее существовании, а тех, кому известно о ней, можно не брать в расчет. Они считают ее несущественным пережитком вышедшей из моды эпохи. Но мы знаем, что они ошибаются.

“Книга Отречения” — учебник Кэофу. Я немного знакома с ним, хотя некоторые разделы защищены сильными заклятиями. Каким-то образом Бартта узнала о “Книге Отречения” и прилежно изучила — целиком. Понятия не имею, как она сняла защитное заклятие; наверняка не сама.

— Зло в монастыре, — прошептала Риана.

— Именно. Понимаешь, у Бартты нет Дара в отличие от Джийан, весьма сильной колдуньи — гораздо более сильной, следует сказать, чем она сама думает. А Бартта всегда страшно завидовала Джийан. Что сделало ее чрезвычайно восприимчивой к Тьме.

В любом случае “Книга Отречения” содержит средство от заклятия, держащего меня в плену. Астар никогда не смогла бы разрушить защитное заклятие, но я уверена, что ты, Риана, с твоим исключительным Даром, справишься.

Однако сначала — самое главное. Ты Припрыгнешь отсюда. Мой дух сможет последовать за тобой, но только на один час. За это время ты должна войти в Библиотеку, украсть “Книгу Отречения” и вернуться. Здесь ты попытаешься разрушить защитное заклятие, и я отыщу средство.

— А что произойдет в конце часа?

— Если ты не вернешься, мой дух не сможет воссоединиться с телом, и я умру.

Риана содрогнулась.

— Не беспокойся, — продолжала Матерь. — Я хочу, чтобы ты сосредоточилась на предстоящем. Все надо сделать незаметно. Если Бартта узнает, что ты делаешь, она применит другое заклятие, какое ни ты, ни я не готовы отразить. Вот почему нам нужна книга — для защиты от колдовства Черной Грезы.

Риана покачала головой.

— В Библиотеке много посетителей. Вряд ли все, о чем ты просишь, можно успеть за час.

Матерь улыбнулась.

— О, ты успеешь. Я помогу тебе. — Она посмотрела Риане в глаза. — Помни, когда ты окажешься в Библиотеке, я буду с тобой.

Ее лицо стало таким серьезным, что у Рианы подогнулись колени.

— Слушай меня внимательно. Вот почему ты должна быть особенно осторожной, вот почему тебя не должны видеть. Если Бартта обнаружит тебя, она снова применит Сферу Связывания, и я буду поймана внутри тебя. Мы обе — и я, и ты — окажемся в ее власти, и ни одна из нас не сможет вырваться. Ты понимаешь?

— Да, Матерь. — Внутри у Рианы все заледенело, но она все равно приняла вызов. — Я готова. Времени мало. Надо начинать, не медля.

Матерь кивнула.

— Мы должны свести Припрыжку до минимума. Малейшее волнение в мирах будет замечено. Закрой глаза. Коснись точки в центре лба... Нет, разумом. Есть такой колодец, Место Глубочайшего Знания. Оно перенесет тебя в Айаме.

Слова Матери звучали уже словно сквозь ткань другого мира. Усиком разума Риана коснулась Места Глубочайшего Знания. Мгновение боли и сильного холода, а потом, будто разорвалась вуаль, она почувствовала, что падает, падает, возможно, в описанный Матерью колодец, падает в абсолютную темноту Айаме.

23

Гроза

Ледяная вода, наполнив ноздри Элеаны, задействовала автономную нервную систему и привела девушку в себя. Она очнулась в панике, под водой, хотела закричать — и чуть не захлебнулась. Пыталась выбраться из реки, но что-то тяжело давило на затылок. Боролась... бесполезно. Впрочем, ей хватило присутствия духа выплевывать воду, а не глотать ее.

Кто-то очень старался утопить ее. Она отбивалась. Но чем отчаянней она силилась поднять голову, тем настойчивее становилось давление. Она чувствовала, как поднимается в ней паника, и старалась рассеять ее. Легкие горели огнем, утомление словно расползалось по телу из-за нехватки воздуха.