Тёмный эльф: сказка - ложь. Часть 1. - Осипенко Алла - Страница 8

   Я остановился и зло посмотрел на человечку: что она себе позволяет? И прежде, чем я успел что-то сказать или сделать, Тори произнесла:

   - Вот мы и пришли, - и юркнула в здание, с огромными окнами вдоль всего первого этажа.

   Магазин поразил меня своими размерами и обилием разнообразнейшей еды. Но больше всего меня удивило, что почти все продукты содержали в большей или меньшей степени яды. Когда я спросил о причинах такого массового употребления отравы, Тори долго смеялась.

   - М-да... Сразу видно, Терри, что ты не испорчен цивилизацией, - отсмеявшись, произнесла она. - Ты не заметил, что и воздух у нас тоже отравлен?

   - Конечно, заметил, - фыркнул я. - У меня организм постоянно работает на очищение от всей этой гадости.

   - Так вот. Это издержки нашего прогресса. Яды, как ты их называешь, добавляются в продукты, чтоб они быстрее росли, были вкуснее и дольше хранились. Воздух отравлен потому, что иначе не получается пользоваться техникой, которая облегчает нам жизнь. Вода и почва заражены, потому что мы так толком и не научились перерабатывать отходы, а их с каждым годом становится всё больше и больше. Но мы привыкли, и уже не замечаем всего этого.

   - Как же вы умудрились выжить в таких условиях? Вы как-то отчищаете свои организм от всего этого?

   - Нет. За весь период жизни яды накапливаются, что приводит к тяжелым болезням. И с некоторыми мы не можем справиться.

   - И какая продолжительность жизни людей в твоем мире?

   - Нуу... в разных странах, по-разному. У нас, например, около шестидесяти лет.

   У меня был шок. Конечно, и в моем мире люди не живут долго, всего лишь сто-пятьдесят - двести лет, но шестьдесят! Как они вообще смогли построить цивилизацию? Учитывая их короткий век, здесь должна была быть сильная сплоченность. Но и этого не было. Судя по тому, что мне рассказала Тори, человечество выжило не благодаря, а исключительно вопреки...

   Придя в себя, поинтересовался:

   - И сколько же тебе лет?

   - Девятнадцать.

   Ну, что, Тьерран зур Шаррьен'з'Саен, Танцующий с Тенью, ненаследный принц Драйкен'и'Кашррен, дожился: решил взять себе в помощницы сопливую человеческую девчонку. К тому же умудрился еще и угрожать ей. Я мысленно застонал: кто ж мог знать, что здесь всё настолько плохо? И самое худшее, что у меня не было выбора - она единственная, кого я знал не только в этом городе, но и в целом свете.

   Тори пристально следила за мной. Я опомнился, и постарался придать лицу спокойное выражение, но видимо у меня получилось плохо: всё-таки не каждый день узнаешь, что твое выживание зависит от такого, совершенно неразумного существа.

   - Жалеешь, что связался с такой малолеткой, как я? - Она хитро улыбнулась. Может еще не всё потеряно, и она окажется умнее, чем мне думается?

   - Жалею, - совершенно искренне ответил я.

   - И правильно делаешь, - кивнула она и пошла дальше, сгружая новые продукты в тележку. На секунду обернувшись, припечатала:

   - Я уже тоже жалею, что мне выпало сомнительное счастье познакомиться с дроу.

   Глава 6.

   Виктория.

   Мне было обидно, что этот эльф так пренебрежительно относится ко мне. Всё-таки я ему помогла, а в благодарность получила вагон презрения и локомотив неуважения. Расплатившись на кассе, я сгрузила пакеты с продуктами Терри. Увидев недовольство в глазах внешне невозмутимого темного, я испытала некоторое злорадное облегчение оттого, что хоть в чём-то, но удалось его задеть. Приготовившись отстаивать свое право не носить для всяких прожорливых дроу еду, я жутко разочаровалась, когда он молча понёс пакеты к выходу.

   Поругаться не удалось, и настроение у меня окончательно испортилось. Разговаривать не хотелось, и мы молча шли домой.

   - Вика, ты уже ни на кого не обращаешь внимания? - услышала я знакомый голос. - Думаешь, раз красавица и умница, то можно никого не замечать?

   Передо мной стоял улыбающийся Коля. Взвизгнув от радости, я бросилась к нему на шею: мы не виделись уже три месяца. Он меня обнял и поцеловал в щеку.

   - Ну, ладно, ладно, - он добродушно ухмылялся. - Хорош обниматься, а то твой друг приревнует.

   С Николаем и Петром Волковыми я была знакома всю жизнь. Причем в прямом смысле этого слова. Когда-то, когда папа служил, у него был друг - Захар Ярославович Волков, который нарвался на снайперскую пулю. Отцу повезло больше - он вернулся, и взял на себя заботу об оставшихся сиротами братьях. Их мама умерла задолго до смерти старшего Волкова, рожая третьего ребенка, девочку, которая тоже не выжила. Бабушка и дед, живущие в селе под Киевом, поначалу взяли к себе внуков, но старикам было тяжело воспитывать двух мальчишек, потому папа стал часто забирать их к нам. А потом и вообще поселил у нас дома: в школу, ВУЗ ребята ходили в Киеве. Мы стали братьями и сестрой, если не по крови, то по духу. Как ни странно, близнецы выбрали военную карьеру, несмотря на трагическую смерть их отца и всяческие попытки отговорить со стороны моих родителей. Закончив с отличием военную академию, стали служить Родине. Впрочем, достаточно скоро им пришлось уйти из армии: "квадратно-гнездовое" (как сами говорили ребята) воспитание солдат выводило их из себя. Борьба с дедовщиной и солдафонщиной не давала результатов: что могли двое молодых офицеров, против отлаженной машины подавления, молчаливо одобряемой всеми окружающими? Когда же Петя окончательно разругался с высшим командным составом по-поводу отсутствия нормального обеспечения и в связи с этим плохо проводимых учений, братьям пришлось в срочном порядке увольняться по собственному желанию. Иначе их бы просто сжили со свету. Произошло это три года назад. Они довольно быстро устроились в какую-то фирму с трудно-произносимым названием в службу безопасности. Платили там настолько хорошо, что через год они смогли купить себе квартиру и съехать. А еще через пол-года у каждого было по авто. Предмету моей тайной зависти. Вот из-за них мой переезд и сопровождался такими истериками со стороны родителей: они уже привыкли к большой семье, и наше отсутствие действовало на них угнетающе. Сейчас ребятам было по 27 лет, и все девчонки из моей группы успели перевстречаться с ними: высокие, подтянутые, голубоглазые блондины - они производили неотразимое впечатление на наш факультет "невест", когда периодически заезжали забирать меня из института.

   - Не приревнует. Он не ревнивый, - кокетливо ответила я и украдкой глянула на Терри. Тот стоял с совершенно невозмутимым лицом, не замечая моих подколок.

   - Николай.

   Дроу с удивлением посмотрел на протянутую руку. Потом видимо что-то вспомнив, переложил пакеты в левую руку, и пожал Колину руку.

   - Тьерран.

   Коля с интересом посмотрел на моего спутника.

   - Вы - иностранец?

   Тут я поняла, что пора вмешаться:

   - Коля, он приехал к нам в институт по обмену опытом. Вернее по обмену языковыми знаниями. Что-то в этом духе - ты же знаешь, я не особо вслушиваюсь в заунывный бред нашего декана, расписывающего прелести очередной его аферы. Ну, и меня под шумок назначили его куратором. Вот я и помогаю иностранному студенту влиться в нашу дикую действительность. Лучше расскажи, где вы с братцем-кроликом так долго пропадали? - я поторопилась перевести тему в другое русло. Тем более, что мне действительно было интересно: на работе они сидели редко, постоянно отбывая в какие-то загадочные командировки.

   Тьерран.

   Знакомый Тори произвел на меня приятное впечатление: сразу было видно - передо мной воин. Сильное мускулистое тело, отточенные плавные движения, умные цепкие глаза. Несмотря на расслабленную позу, он тем не менее рефлекторно контролировал ближайшее пространство. Я видимо тоже его заинтересовал, так как разговаривая с девушкой, Николай (ну, и имечко) периодически внимательно поглядывал на меня, пытаясь определить, что я из себя представляю. Я усмехнулся: ну-ну, пусть попробует понять.