«Если», 1996 № 06 - Шурко Маргарита - Страница 50

— Вы пойдете с нами, — произнес Комендант так, что стало ясно: возражения бессмысленны.

— Возможно. — Я всегда недолюбливал приказной тон. — Но сначала вы нам скажете… это не опасно?

— В опасности мы рождаемся и живем. И покидаем ее только в момент гибели.

Это здорово смахивало на лозунг, тем более что Дредноут, внимая Коменданту, шевелил губами.

— Да, конечно, но ведь это не более чем расплывчатый философский постулат. А я имею в виду совершенно конкретную ситуацию.

— Вы будете под защитой. — Очевидно, он старался не насмехаться над нашими скудными силенками и не кичиться своим превосходством.

— О! Спасибо! — восторженно откликнулся Флойд. Для пущей достоверности он даже глаза выпучил. — Под такую гарантию мы готовы с вами хоть к черту в пекло. Верно, Джим?

— Совершенно верно. Под защитой этих бравых солдат нам ровным счетом не о чем беспокоиться.

Флойд запросто мог бы слопать за завтраком дюжину таких молокососов, но я не видел проку в хвастовстве.

Мы потянулись к рюкзакам, но Неутомимый остановил нас:

— С собой ничего не брать. Вы должны довериться нам.

Флойд равнодушно пожал плечами — он всегда ходил «при оружии».

— Хоть воды-то можно глотнуть? — Я откупорил флягу и сделал два-три глотка, а укладывая ее на место, припрятал в ладони несколько гранат. — Ну и конечно, с нами пойдет верная спутница — игрушечная собачка.

Бобик умело подыграл мне: залаял, высунул язык и часто задышал. Даже перестарался, задрав над моим рюкзаком заднюю лапу. Впрочем, эта собачья проделка еще больше убедила наших воинственных приятелей. Они кивнули.

— Придется завязать вам глаза, — сказал Дредноут, доставая два черных шарфа. — Чтобы вы не запомнили путь к Убежищу.

— Если ты имеешь в виду отодвигающийся валун под полпеттонами, то можешь не утруждаться.

— Как ты узнал?!

— Узнал, а как — не имеет значения. Так идем или нет?

Они изумленно переглянулись и отошли в сторонку пошептаться. Потом неохотно вернулись и снова насупились.

— Идите. Быстро!

Мы подбежали собачьей трусцой к валуну, затем по лестнице спустились за Дредноутом в туннель. Бобик гавкнул и спрыгнул на меня, как только я задрал голову. Я поймал его и тут же выронил. Неутомимый закрыл люк, и я мрачно уставился во мрак.

Оставалось надеяться, что мы приняли верное решение, ибо дни мои сочтены, а подземелье чересчур усердно навевало мысли о могиле.

Возможно, оно и станет моей могилой. Если не получу противоядия в срок.

Глава 24

Едва глаза привыкли к темноте, я заметил, что по стенам туннеля, на высоте плеч, тянутся горизонтальные светящиеся полоски. Пол был гладок и тверд, стены тоже — в этом я убедился, проведя пальцами по прохладному камню. Некоторое время мы шагали молча, пока у перекрестка один из провожатых не шепнул:

— Ни звука! Не шевелиться! Спиной к стене!

Мы простояли там несколько томительных минут. На стенах я разглядел мерцающие цифры и поместил в банк бесполезных данных тот факт, что мы находимся на месте пересечения туннелей Y-82790 и NJ-28940. Прислонясь к камню, я всерьез подумывал, не вздремнуть ли, но тут из туннеля NJ-28940 донеслось чеканное буханье армейских подметок. Я проснулся и весь обратился в безмолвие и ожидание. Справа появилась колонна человек в двадцать и протопала мимо нас влево, в туннель с тем же номером. Когда шаги почти стихли, нам шепотом велели продолжать движение.

— Налево, за ними. Как можно тише.

Видимо, этим и исчерпывался риск; как только мы свернули в другой туннель, наши спутники снова зашушукались. Я вспомнил о присутствии Бобина и встревожился.

— Не лаять, — скомандовал я едва слышно. — Но если ты, лучший друг человека, все еще с нами и со сверхчувствительными ушами, можешь тихонько порычать.

Где-то неподалеку от моей лодыжки раздалось гортанное «ррр».

— Чудненько. А теперь — дважды, если ты увидел и запомнил номера туннелей.

Быстрое «грр-гррр» придало мне уверенности, ибо я уже запутался в бесчисленных поворотах. За сим диалогом последовало долгое и скучное молчание; мои силы все еще оставляли желать лучшего. Я несказанно обрадовался, увидев впереди свечение, и чуть ли не бегом приблизился к нашим новым приятелям, когда они остановились.

— Ни звука! — цыкнул Дредноут.

Мы с Флойдом затихли и прислушались. Раздавался частый топот. Кто-то бежал к нам. И вдруг остановился неподалеку.

— Шум смертельной битвы… — вымолвил вновь прибывший.

— Эхо криков умирающих, — ответил Дредноут.

Пароль и отзыв. Какая безвкусица!

— Неисправимый, это ты? — спросил Дредноут.

— Я. Послан вас предупредить. Прибыла депеша сами знаете от кого, ваш выход из туннелей и возвращение не остались незамеченными. Отправлены поисковые группы, следует их избегать.

— Каким образом? — осведомился Неутомимый. Не без истерической, надо сказать, нотки в голосе.

— Не знаю. Моя задача — предостеречь. Да пребудет с вами Бог Сражений.

После благословения топот возобновился — нарочный убегал восвояси.

— Что делать? — огорченно спросил Дредноут у своего столь же расстроенного товарища. — Я не представляю…

Готов поклясться, я слышал, как у них стучали зубы! Уж не знаю, какие они вояки, но заговорщики и конспираторы — аховые. Самое время вмешаться.

— Я вам скажу, что надо сделать, — произнес я решительным тоном бывалого конфидента.

— Что?! — воскликнули они дуэтом.

— Если туннели обыскивают, значит, из них надо убраться.

— Отлично, — пробормотал Флойд.

Идею, которая, на его взгляд, лежала на поверхности, парни восприняли как откровение самого Бога Сражений.

— Да! Уйдем, пока нас не обнаружили!

— Уйдем из туннелей!

«Вот и чудненько, — подумал я, — а дальше посмотрим». Когда пауза затянулась и я сообразил, что этим их вклад в общее дело ограничивается, я задал крайне серьезный вопрос:

— Значит, из туннелей уходим. Но куда? Опять наверх, что ли?

— Нет! Все выходы под наблюдением.

— Есть еще один путь, — слегка оживился Дредноут. — Вниз! Надо идти вниз!

— Да, в Агроутилизатор! — подхватил Неутомимый, заражаясь его энтузиазмом.

— К делу, — устало сказал я, совершенно не догадываясь, о чем идет речь. — Богу Сражений угодно, чтобы мы пошли этой дорогой.

Они припустили бегом, и мы поспешили следом. Свернули в очередной туннель, где сияющий контур на стене означал металлическую дверь. Ни один из провожатых не дотронулся до ручки; напрашивалась гипотеза, что дверь заперта. Неутомимый прошел чуть вперед и остановился перед освещенной клавиатурой, вмурованной в стену возле косяка.

— Не смотреть, — распорядился он. — Код замка совершенно секретен.

— Бобик, действуй, — шепнул я.

ИРИНа отреагировала мгновенно: друг человека выпустил острые когти, высоко подпрыгнул, вцепился в мою куртку и больно оцарапал мне ухо, карабкаясь на голову. Я подавил искушение ойкнуть и вытянулся в струнку, помогая песику считывать набираемый код.

Дверь со скрипом отворилась, искусственная зверюшка спрыгнула на землю.

Из проема дунул легкий ветерок, потянуло свежестью и летом. Здесь, в подземелье? Оступаясь, мы двигались во тьме, пока не лязгнула дверь и не зажегся свет. Мы находились в тесном зале перед винтовой лестницей. Не теряя времени, Дредноут и Неутомимый направились вниз, и мы постарались не отстать.

Когда меня замутило от бесчисленных витков, показалось дно. За отворенной дверью сияли лампы. Моргая от рези в глазах, я тащился последним. Миновал проем и оказался среди зреющей кукурузы. Испуганные нашим появлением птицы захлопали крыльями и отлетели подальше, а в гуще стеблей мелькнуло что-то маленькое и мохнатое. Я понимал, что мы никак не могли выбраться на поверхность, разве что прошли насквозь всю планету. Не иначе это гигантская пещера с мощными источниками света на потолке. Похоже, здешний народ и впрямь не зависит от обитателей поверхности — стоит ли удивляться, что Лига даже не подозревала о его существовании?