«Если», 1996 № 11 - Сеславина Елена - Страница 38

— Понятно, сэр.

Хардести принялся стучать пальцами по крышке стола. Ни холодно поблескивающая линза, заменившая ему правый глаз, ни здоровый левый не давали Кори даже малейшего намека на то, какие мысли бродят у капитана в голове. После долгой напряженной паузы Хардести произнес:

— В ближайшие недели мы разберем корабль до винтика и соберем его вновь. Таким образом мы достигнем разом трех целей: во-первых, получим отлаженный и работающий, как часы, корабль; во-вторых, поработав не с документацией, а с механизмами, экипаж досконально изучит их; и наконец, собрав корабль своими собственными руками, команда будет гордиться им. Ручаюсь головой, что на стенах после этого уже не появится ни одной надписи, ни одного непристойного рисунка. Что-нибудь неясно?

— Никак нет, сэр.

— Следующее, — продолжал Хардести. — Тренировки. Я хочу, чтобы экипаж каждый божий день тренировался до полного изнеможения. Разбейте людей на группы. Пусть любой матрос досконально изучит свои обязанности, затем перетасуйте людей, чтобы каждому достался новый пост. Член экипажа обязан не только в совершенстве овладеть навыками своей специальности, но и хорошенько освоить смежные. Вот вам расписание первой недели занятий на боевых постах.

Хардести взял со стола папку и протянул Кори. Тот раскрыл ее и, мельком взглянув на первый лист, сказал:

— Сэр, у нас нет ни малейшего шанса сделать все, что здесь предписано.

— Справитесь, — уверенно заявил Хардести. — И помяните мое слово, тренировки первой недели вскоре будут вспоминаться с ностальгией. Каждую последующую неделю, вплоть до старта корабля, задача будет усложняться. Тренировки станут самым серьезным испытанием, с которым когда-либо сталкивался экипаж. После этого любое сражение покажется им забавой.

— Понятно, сэр.

— Вопросы есть?

— Никак нет, сэр.

— Тогда выметайтесь из моего кабинета и немедленно приступайте к работе. Вы уже отстаете от графика на целый день.

ВО ВНЕШНЕМ МИРЕ

Звездный корабль представляет собой огромную бутыль, а свободный корабль — бутыль внутри бутыли. Внутренняя бутыль имеет название «главный модуль жизнеобеспечения», внешняя — «первичный Корпус». Пространство между ними в просторечии зовется «внешним Нутром». Нутро представляет собой оплетенный кабелями и освещенный редкими яркими светильниками лабиринт, состоящий из узких и Широких, прямых и извилистых проходов, просторных пыльных залов и затянутых паутиной крошечных закутков, лестничных маршей, вертикальных шахт и тупичков.

Именно сюда на поиски самогонного аппарата отправились офицеры службы безопасности корабля — старший лейтенант Брик и младший лейтенант Хелен Бах. Хотя из нутра уже были убраны сети аэро-поники, здесь по-прежнему стоял приторный запах лунного мха.

Поисковую экспедицию возглавлял Брик, Бах шагала следом, а Чарли по мере продвижения зажигал свет впереди и гасил позади. Брик молчал и выглядел угрюмо, и Хелен попыталась разговорить его:

— На последнем корабле, где я служила, внешнее нутро было превращено в спортзал. У нас были не только тренажеры, но и настоящая беговая дорожка. Уверена, и здесь можно сделать нечто подобное. Как вы думаете, мистер Брик, позволят ли нам старпом и капитан построить спортзал? Если понадобится, то мы могли бы даже…

Брик вдруг поднял руку и прошептал:

— Тихо.

Мгновенно прикусившая язык Бах проследила за взглядом Брика, но ничего подозрительного не увидела.

Они обогнули флюктуатор. Впереди показалась ярко освещенная платформа; на ней стоял самогонный аппарат — замысловатая конструкция из металлических цилиндров, кубов, шлангов и змеевиков; рядом вели жаркую беседу Рейнольдс, Каппи и еще четверо здоровяков-механиков из машинного отделения; у каждого в руках был гаечный ключ или иной увесистый инструмент.

Бах скосила глаза на Брика. Не прочитав на его лице абсолютно ничего, перевела взгляд с Каппи на Рейнольдса и сказала:

— Вы, как я погляжу, устроили праздник, но о гостях почему-то забыли.

Рейнольдс оглядел Хелен, будто увидел впервые, и заметил:

— Те, кто шляется с болсоверами, обычно наживают неприятности.

— Затем повернулся и, смерив Брика взглядом, предложил: — Расстанемся по-хорошему?

— Не выйдет, — заявил тот.

— Как знаешь.

Рейнольдс пожал плечами, и его приятели стали неторопливо окружать офицеров службы безопасности. Не спуская с них глаз, Брик мягко сказал Хелен:

— Отойдите назад.

— Я выполняю задание, — возмутилась она.

— Лейтенант, научитесь подчиняться приказам. — Брик не глядя отодвинул ее своей громадной ручищей.

Брик был тигром-болсовером… Он не только выглядел большим и грозным, он был настоящим мастером своего дела.

Он двигался с проворством молнии. Он прыгал, совершал обманные движения, грациозно уворачивался от ударов железяк и наносил сокрушительные удары. Бой был закончен в считанные секунды. Никому из шестерых Брик не причинил серьезных увечий, однако вывел из строя всех. Один из механиков был подвешен за шиворот на крюк, торчащий из стены; трое лежали пластом на полу; Каппи, привалясь к стене, держался за живот и широко открытым ртом ловил воздух; шестого, Рейнольдса, Брик, стиснув в стальных объятиях, приподнял и приблизил его горло вплотную к своей раскрытой пасти. Лицо Рейнольдса стало белым, точно снег.

— Вам повезло, что вы не рассердили меня, — прорычал Брик. — Когда я по-настоящему зол, то пожираю людей живьем. Никогда! не сердите! меня! понятно?!

Рейнольдс умудрился кивнуть.

— Хорошо. — Брик разомкнул руки, и Рейнольдс мешком свалился на пол. — Спасибо, лейтенант, что не встали у меня на пути, — сказал он Хелен.

Пораженная невероятной быстротой его победы, Бах кивнула. Брик нагнулся и, поставив Рейнольдса на ноги, заявил:

— А теперь вы разобьете самогонный аппарат.

Рейнольдс едва слышно выдохнул:

— Есть, сэр.

— И остальные вам помогут, — сказал Брик, снимая МакХита с крюка.

МакХит пробормотал что-то невразумительное.

На пару с Рейнольдсом они принялись молча крушить свое бесценное творение — металлические цилиндры, перегонные кубы, шланги и змеевики. Понаблюдав за ними с полминуты, Брик распорядился:

— Лейтенант, доложите мне, как только работа будет закончена. — Он развернулся и зашагал прочь.

Поднявшийся на ноги последним, Каппи потряс головой и, запинаясь, пробормотал:

— Да, ребята… Нам еще повезло… что он воюет на нашей стороне…

В КАЮТЕ ОФИЦЕРА

Старший астронавигатор Сигнус Тор лежала на полу каюты, сунув голову под основание своей антигравитационной кровати — вертикального высокого цилиндра из прозрачного пластика. Брошенный в Цилиндр форменный китель медленно перемещался к потолку.

Открылась входная дверь, в каюту несмело заглянул Джонси.

— Эй, хозяева…

— Входите, — сказала Тор не поднимаясь.

— Старший астронавигатор Сигнус Тор? Джонси… Виноват, младший лейтенант Майкл Валентин Джонс по вашему приказанию прибыл.

— Отлично. Вы разбираетесь в антигравитационных кроватях? — Тор вылезла из-под кровати и посмотрела снизу вверх на Джонси. На ней были короткие облегающие шорты и влажная футболка, не скрывавшая отсутствия лифчика.

— Не очень, — признался Джонси. — Но я неплохо разбираюсь в гравитационных преобразователях. Позволите взглянуть?

— Конечно. — Тор, поднявшись на ноги, протянула ему отвертку.

Джонси улегся на пол и сунул голову под кровать.

— Послушайте, — сказала Тор. — Я на днях просмотрела ваше личное дело…

— И в чем же проблема? — спросил Джонси.

— Этот корабль для вас первый, не так ли?

— Да. В академии мне предлагали остаться в аспирантуре, а потом стать преподавателем, но я отказался.

Тор, не спуская глаз с Джонси, прочистила горло.

— Мне нужен помощник. Если пожелаете, то будете работать на мостике. Вместе со мной.