Журнал «Если», 1997 № 09 - Киреев Ардалион - Страница 16

— Елена, мне нужен дневник.

— Вы его не получите! — Марта приподнялась, но потом снова опустилась на стул. — Меньше всего мне хочется, чтобы вы копались в личных записях Марты… — Елена повернулась к Лу. — Может быть, вам я покажу кое-какие отрывки из дневника.

Вил опередил Деллу, не дав ей возможности ответить.

— Нет. Там, откуда я прибыл, сокрытие улик считалось преступлением, Елена. Здесь законы прошлого не имеют никакого значения, но если вы не дадите мне дневник, я откажусь от этого дела.

Елена в бессильной ярости сжала кулаки. Ее лицо скривилось в злобной гримасе, однако через несколько мгновений она проговорила:

— Хорошо. Вы его получите. А теперь проваливайте отсюда. Я не хочу вас больше видеть!

Глава 4

Тэмми Робинсон была очень напугана; не надо было иметь опыта полицейского, чтобы понять это. Она расхаживала по комнате, а в ее голосе звучали истерические нотки.

— Как вы можете держать меня в этой камере? Это же самая настоящая темница!

Чисто-белые стены комнаты, без украшений. Вил заметил, что одна дверь ведет в спальню, а другая — на кухню. Лестница уходила куда-то наверх, по всей вероятности, в кабинет. Тэмми разместилась на ста пятидесяти квадратных метрах — с точки зрения Вила, не то чтобы просторный дворец, но и темницей это помещение вряд ли можно назвать. Он отошел от Деллы Лу и положил руку на плечо Тэмми.

— Это корабельная каюта, Тэм. Когда мы доберемся до города, тебе предоставят более подходящее жилье.

Делла Лу склонила голову набок:

— Да. Елена Королева позаботится о вас. У нее есть гораздо…

— Нет! — Это был почти вопль ужаса. Глаза Тэмми округлились. — Я же сдалась вам, Делла Лу. Добровольно. Я не скажу вам ничего, если вы… Королева… — Она поднесла руку к губам и без сил упала на диван.

Вил уселся рядом с нею, а Делла Лу взяла стул и устроилась напротив девушки.

— Тэмми, мы не позволим Елене причинить тебе вред, — твердо пообещал Вил.

— Ладно. Я вам все расскажу. Конечно же, расскажу. Ведь именно ради этого я и осталась с вами: чтобы моя семья не была несправедливо опозорена.

— Вы знаете, что произошло с Мартой?

— Я слышала обвинения, которые Елена выдвинула против нас. Когда мы вышли из того странного, слишком длительного стасиса, она сразу связалась с нами и сообщила, что бедняжку Марту оставили в реальном времени… и что она там умерла. — Лицо Тэмми исказил неподдельный ужас.

— Все правильно. Кто-то сознательно испортил контрольную программу Королевых. Стасис продолжался сто лет, вместо трех месяцев, а Марта осталась вне пузыря.

— И мой папа является главным подозреваемым? — Тэмми была потрясена.

Вил кивнул.

— Я видел, как твой отец о чем-то спорил с Мартой. А потом она рассказала мне, что твоя семья хочет, чтобы жители Королева присоединились к вам… Если бы колонии пришел конец, вы бы от этого только выиграли.

— Конечно. Но мы же не банда подонков из XX века, Вил. Мы уверены в том, что можем предложить людям гораздо более захватывающее приключение, чем план Королевых. Нормальному человеку нужно совсем немного времени, чтобы это понять, и в конце концов люди все равно выбрали бы нас. Вместо этого Елена заставила нас бежать, спасая свои жизни.

— Вы не думаете, что Марту убили? — спросила Лу.

Тэмми пожала плечами.

— Естественно. Это было бы трудно имитировать, в особенности, если вы, — тут она кивнула в сторону Деллы, — настаиваете на изучении останков. Я думаю, что Марта была убита — и что ее убила Елена. Все эти разговоры о саботаже извне просто смешны.

По правде говоря, Вила тоже беспокоила именно эта версия. В его время склоки внутри семей были наиболее распространенной причиной насильственной смерти. Елена казалась самой могущественной среди всех выстехов. Если преступница она, жизнь удачливых детективов может оказаться совсем короткой. Однако вслух он сказал:

— Она очень тяжело переживает смерть Марты. Если она делает вид, то у нее это уж слишком хорошо получается.

Тэмми отреагировала мгновенно:

— Я не думаю, что она только делает вид. Мне кажется, она убила Марту по каким-то своим, личным причинам и горько об этом жалеет. Теперь же, когда сделанного не воротишь, она собирается использовать ситуацию, чтобы уничтожить всех, кто противится великому плану Королевых.

Вил с невольным уважением посмотрел на Тэмми. Раньше она не казалась ему такой проницательной.

— Тэмми, — негромко проговорил он, — сколько тебе на самом деле лет?

— Я… — залитое слезами юное лицо на секунду застыло, — я прожила девяносто лет, Вил.

«На пятьдесят лет больше, чем я. Вот уж действительно юная особа»,

— Н-но это не секрет. — Ее глаза снова наполнились слезами — это сообщала всем, кто меня спрашивал. И я ничего из себя не строю. Просто я всегда старалась смотреть на мир широко открытыми глазами. Мы собираемся прожить много лет, и папа говорит, что если мы постараемся взрослеть помедленнее, нам будет легче.

Продолжая играть роль добродушного дядюшки, Вил погладил Тэмми по руке.

— Ладно, Тэм. Я рад, что ты нам все рассказала.

Девушка кисло улыбнулась.

— Разве вы не понимаете, Вил? Моего отца подозревают в убийстве, потому что он не был согласен с Мартой. Все Робинсоны отправились в путь, чтобы защитить нашу семью, я же осталась в надежде доказать вам нашу невиновность. А вот с Еленой все обстоит иначе. Делла Лу рассказала мне, что Елена хочет вернуть вас обоих в стасис прямо сейчас. Она останется одна на месте преступления. К тому времени, как вы оба выйдете из пузыря, все улики устареют, а то, что останется, будет носить следы ее вмешательства.

Я захватила с собой наши семейные архивы, в которых рассказывается о событиях, произошедших за несколько недель до вечеринки. Вам с Деллой следует их изучить. Они могут показаться скучными, но это, по крайней мере, правда.

Вил кивнул. Было очевидно, что Робинсоны обсудили на семейном совете показания Тэмми. Он продолжал расспрашивать ее еще минут пятнадцать, пока она окончательно не успокоилась. Лу время от времени вставляла короткие замечания, иногда очень тонкие, а временами не совсем понятные. Вил довольно быстро пришел к выводу, что сохранение доброго имени не имело для клана Робинсонов принципиального значения. В том времени, куда они направлялись, мнение о них живущих сейчас людей имело ценность прошлогоднего снега. Однако они по-прежнему нуждались в сторонниках. Родители Тэмми не сомневались: жители города Королева в конце концов поймут, что оставаться в настоящем времени равносильно попаданию на тупиковую ветку эво-люции, и что само время является идеальным местом, в котором только и может находиться человечество. На это могут уйти десятилетия. Но если Тэмми сумеет доказать, что их семья не имеет никакого отноше-ния к убийству, она получит возможность в течение нескольких лет вербовать сторонников. А потом она догонит свою семью. Ее родители организовали несколько условных точек для встреч в течение последующих мегалет. Тэмми категорически отказалась рассказать, где эти точки находятся.

— Вы хотите растянуть свою жизнь, чтобы она стала бесконечной, как Вселенная? — спросила Лy.

— Ну, по крайней мере.

— А что вы будете делать в самом конце? — ухмыльнувшись, поинтересовалась Делла Лу.

— Все зависит от того, каким будет конец. — Глаза Тэмми загорелись. — Папа считает, что все загадки, которые люди когда-либо пытались решить — даже тайна Уничтожения, — могут открыться людям именно там. Это место встречи всех мыслящих существ. Если время циклично, мы сможем при помощи пузырей добраться до самого начала, и Человек познает Вечность.

— А если Вселенная в конце концов погибает?

— Возможно, нам удастся этому как-нибудь помешать. — Тэмми пожала плечами. — Если же у нас ничего не выйдет, по крайней мере, мы там побываем. Мы все увидим собственными глазами. Папа говорит, что мы поднимем бокалы и выпьем в память обо всех вас, ушедших раньше. — Тэмми улыбалась.