Журнал «Если», 1998 № 02 - Яценко Виталий - Страница 71

71

Нельзя сегодня воспринимать всерьез его технические диковины — все эти летающие, плавающие и бегающие по дорогам уморительные механизмы. Но если бы заслуга писателя была только в изобретении механизмов — он не был бы Жюлем Верном.

ФИЛЬМОГРАФИЯ

________________________________________________________________________

1. «Путешествие но Луну» («Le Voyage dons la Lune», 1902, Франция; реж. Жорж Мельес)

2. «200 000 лье под водой» («Deux Cent Milles Lieues sous les Mers», 1907, Франция; реж. Жорж Мельес)

3. «20 000 лье под водой» («Twenty Thousand Leagies Under the Sea», 1916, США; реж. Стюарт Погон)

4. «Таинственный остров» («Mysterious Island», 1929. США; реж. Люсьен Хаббард)

5. «Таинственный остров» (1941, СССР; реж. Эдуард Пенцлин)

6. «20 ООО лье под водой» («20 000 Leagues under the Sea», 1954, США; реж. Ричард Флейшер)

7. «Губительное изобретение» («Vynalez zkazy»; в нашем прокате фильм шел под названием «Тайна острова Бэк-Кап», 1958, Чехословакия; реж. Карел Земан)

8. «Путешествие к центру Земли» («Journey to the Center of the Earth», 1959, США; реж. Генри Левин)

9. «Таинственный остров» («Mysterious Island», 1961, Великобритания, реж. Сай Эндфилд)

10. «Властелин мира» («Master of the World», 1961, США; реж. Уильям Уитни)

11. «С Земли на Луну» («From the Earth to the Moon», 1964, США; реж. Байрон Хаскин)

12. «Похищенный дирижабль» («Skradziony baton», 1967, Чехословакия; реж. Карел Земан)

13. «Капитан Немо и подводный город» («Captain Nemo and the Underwater City» 1969, США; реж. Джеймс Хилл)

14. «На комете» («Na komete», 1970, Чехословакия; реж. Карел Земан)

15. «Таинственный остров капитана Немо» («L'isle mysterieuse de Captaine Nemo», телевизионный фильм, 1971, Франция — Италия; реж. Хуан-Ан-тонио Бардем и Анри Кольпи)

16. «Капитан Немо» (телевизионный фильм в 3-х сериях, 1975, СССР; реж. Василий Левин)

17. «Таинственный остров» («Mysterious Island», телевизионный сериал, 1995, США)

Интервью

«Каждый француз в душе немножечко фантаст…»

— Господин Бессон, как вы относитесь к фантастике? Кого бы могли назвать своими учителями в литературе и кино?

— В молодости я был большим поклонником фантастики, читал все подряд, даже, как вы знаете, сам пробовал писать. А как же иначе? Ведь отцом современной фантастики является Жюль Верн и каждый француз в душе немножечко фантаст. А потом меня всегда задевало, что в кино этот жанр как бы отдан на откуп американцам. Я считаю, что и европейцы могут снимать фантастику ничуть не хуже, пускай и не с такими раздутыми бюджетами, зато картины получаются более философские и решенные нетрадиционными способами. Кстати, именно таким и был мой первый самостоятельный фильм «Последняя битва», снятый в 1984 году.

Что касается учителей или. вернее сказать, авторитетов, то в литературе это, как уже было сказано, Жюль Верн, Френсис Карсак и Пьер Буль, ну и, конечно, великие американцы Айзек Азимов, Рэй Брэдбери, Артур Кларк. В кинематографе — вся плеяда выдающихся французских режиссеров которых, пожалуй нет нужды перечислять.

— Как родился сюжет вашего последнего фильма «Пятый элемент»?

— Рассказ, ставший основой сценария картины, я написал в шестнадцать лет, размышляя над «Тибетской книгой мертвых», где раскрыт эзотерический смысл пяти элементов. Конечно, мое юношеское сочинение не попало тогда на печатные страницы и не было использовано каким-либо другим способом. Оно жило своей параллельной жизнью рядом со мной И наверное поэтому, когда я вспомнил о рассказе в связи с проектом нового фильма, он выглядел уже совсем другим — более похожим на меня тридцатишестилетнего. Конечно, в ходе работы над сценарием этот опус подвергся большим изменениям.

— В «Пятом элементе» удивительный состав актеров. По какому принципу вы их отбирали?

— По принципу: подходят они мне или нет. Так поступает каждый режиссер.

Другое дело — критерии, которые используются при этом отборе. Брюс Уиллис — великолепный опытный актер, настоящий профессионал, умеющий на площадке все. Кстати, считаю, что его потенциал еще далеко не полностью раскрыт. Именно такого исполнителя я заранее представлял себе для фигуры главного героя. Потом, чего греха таить, работая над сценарием, я уже видел Уиллиса в этой роли и был безмерно рад когда Брюс сразу же согласился.

С Милой Йовович получилось несколько сложнее. Ее героиня приходит в мир на наших глазах, причем этот мир враждебен ей, в нем так легко затеряться и пропасть. Мы становимся свидетелями, как это нежное, беззащитное существо учится преодолевать все мыслимые и немыслимые трудности и в конце концов одерживает самую главную победу. Я просмотрел несколько сотен кандидаток, в том числе и Милу, и поначалу не остановился на ней. Только потом, спустя некоторое время, отдельные детали сложились в цельную картину, и я понял — это она! Дело в том, что Мила удивительный человек. Переехав в пятилетнем возрасте из Киева в США, она получила хорошее образование и воспитание и стала сначала топ-моделью, а потом и актрисой. Она поет, рисует и, по-моему, еще не совсем определилась в жизни. Вот эта ее многоплановость, разные корни и космополитичность (она одинаково уверенно чувствует себя в Америке, Франции и России) и убедили меня, что Мила как нельзя лучше подходит для этой роли.

— Почему именно европейцы дали деньги на картину, которая более характерна для Голливуда, а не европейской кинематографии?

— Ну вот, опять вопрос, который я страшно не люблю. Что ж, придется снова повторить. Я европейский, а точнее, французский режиссер из страны с богатейшими кинематографическими традициями. Родины кино, наконец! Я работал в Голливуде, но снимаю фильмы, хотелось бы верить в своей собственной, а не голливудской манере. Когда мне говорят, что я сделал голливудский фильм, мне становится обидно. Подразумевается, что в Европе нельзя снять захватывающую широкомасштабную картину, насыщенную всевозможными спецэффектами и компьютерными технологиями. Своим фильмом я как раз хотел опровергнуть это мнение. По духу и философии картина, уверен, получилась европейской, чем я и горжусь. Теперь, раз уж это всех интересует, о деньгах. Да, это самая высокобюджетная европейская картина на сегодняшний день. На нее ушло приблизительно сто миллионов долларов. Средства предоставила известная французская кинофирма «Гомон». Я всегда с удовольствием сотрудничаю с этой компанией, поскольку все доходы она вкладывает в развитие национального кинематографа. Затраченные средства уже окупились зо два месяца, а всего планируется, что наша картина соберет со всех видов проката до 300 миллионов долларов, которые пойдут на новые проекты. Это, кстати, по-моему, наиболее эффективный способ борьбы с засилием на экранах заокеанской продукции.

— «Пятый элемент» привел вас в жанр фантастики. Собираетесь ли вы продолжить столь успешный опыт?

— Это не совсем так: даже мой самый первый фильм «Последняя битва» был фантастическим. Да и, если сказать честно, во всех последующих тоже присутствовал элемент фантастики. В «Подземке» с Кристофером Ламбертом мы создали совершенно непривычный мир обитателей лабиринта туннелей метрополитена. Это был иллюзорный, придуманный мир. В «Голубой бездне», где большая часть действия происходит под водой, мы снимали мир океанских глубин, который также загадочен и таинствен для большинства людей. Кстати, мне было очень приятно работать над этой картиной, ведь мой отец, да и я сам, в юношестве были аквалангистами. Так что я выполнял обязанности не только сценариста и режиссера, мне пришлось стать и оператором подводных сцен. По-своему фантастичны «Никита» и «Атлантис» так что фантастика мне очень близка. Да и вообще, я думаю этот жанр в кинематографе сейчас наиболее перспективен, поскольку позволяет режиссеру реализовать себя наиболее полно.