Страхи мудреца. Книга 1 - Ротфусс Патрик "alex971" - Страница 106

— Когда я наконец доберусь до Северена, мне потребуется купить себе одежду, в которой можно было бы показаться при дворе, не выглядя оборванным музыкантом, как сейчас.

Я отодвинул еще несколько монет.

И указал на оставшиеся жалкие монетки.

— В общем и целом мне не хватает денег, чтобы с тобой рассчитаться!

Деви смотрела на меня, сложив пальцы домиком.

— Понятно, — серьезно сказала она. — Значит, нам придется найти для тебя какой-то другой способ рассчитаться с долгом.

— Я вот что думаю, — сказал я. — Я могу оставить тебе залог до моего возвращения.

Она бросила взгляд на узкий темный силуэт моего футляра с лютней.

— Нет, не лютню, — поспешно сказал я. — Лютня мне понадобится.

— А что же тогда? — спросила Деви. — Ты же всегда говорил, что тебе нечего дать в залог.

— Кое-что у меня все-таки есть, — сказал я, порылся в мешке и достал книгу.

Глаза у Деви вспыхнули. Потом она прочла заглавие на корешке.

— «Риторика и логика»?

Она скривилась.

— Я и сам так думаю, — сказал я. — Но кое-чего она все же стоит. Особенно для меня. И еще…

Я полез в карман плаща и достал свою ручную лампу.

— У меня есть вот это. Симпатическая лампа моей собственной конструкции. Фокусирующийся луч и выключатель с регулировкой яркости.

Деви взяла лампу со стола и кивнула, отвечая собственным мыслям.

— Это я помню, — сказала она. — Но ты же раньше говорил, что не можешь с нею расстаться, потому что обещал это Килвину. Что-то изменилось?

Я улыбнулся широкой улыбкой, на две трети лживой.

— Собственно, из-за этого обещания лампа и представляет собой идеальный залог, — сказал я. — Если ты придешь с этой лампой к Килвину, я уверен, что он щедро заплатит, лишь бы она не попала в… — я кашлянул, — в сомнительные руки.

Деви небрежно щелкнула выключателем, прибавила свет от минимума до максимума, потом снова убавила его до минимума.

— Я так понимаю, это и есть твое условие? Чтобы я вернула ее Килвину?

— Как хорошо ты меня знаешь! — сказал я. — Это даже как-то смущает.

Деви поставила лампу на стол рядом с книгой и медленно выдохнула через нос.

— Книга, которая представляет ценность только для тебя, — сказала она. — И лампа, которая представляет ценность только для Килвина…

Она покачала головой.

— Не особо привлекательное предложение.

Я скрепя сердце отстегнул с плеча свои талантовые дудочки и подвинул их к ней.

— Они серебряные, — сказал я. — И добыть их не так просто. Кроме того, благодаря им ты сможешь бесплатно ходить в «Эолиан».

— Да знаю я, что это такое.

Деви взяла дудочки в руки и пристально оглядела их. Потом указала на меня.

— У тебя еще кольцо было.

Я застыл.

— Оно не мое, я не могу его отдать.

Деви расхохоталась.

— Ну, лежит-то оно у тебя в кармане, верно?

Она щелкнула пальцами.

— Ладно тебе! Покажи.

Я достал кольцо из кармана, но в руки ей не дал.

— Я многое пережил ради него, — сказал я. — Это кольцо, которое Амброз отобрал у моей подруги. И я жду только случая вернуть его ей.

Деви молча сидела с протянутой рукой. Наконец я положил кольцо ей на ладонь.

Она поднесла его к лампе и наклонилась поближе. Один глаз на ее эльфячьем личике сощурился.

— Камушек хороший, — одобрительно заметила она.

— Оправу недавно меняли, — упавшим голосом сказал я.

Деви аккуратно положила кольцо на книгу рядом с моими дудочками и лампой.

— Вот мои условия, — сказала она. — Я оставлю все это у себя в качестве залога за твой нынешний долг в девять талантов. Залог будет храниться у меня в течение года.

— Год и один день! — уточнил я.

Она улыбнулась краешком губ.

— Сказки любишь? Ну, хорошо. Таким образом, уплата долга откладывается на год и один день. Если к этому времени ты со мной не расплатишься, эти вещи переходят ко мне, и мы в расчете.

Тут она хитро улыбнулась мне.

— Хотя, возможно, я соглашусь возвратить их в обмен на определенные сведения.

Я услышал вдали звон колокола на часовой башне и тяжко вздохнул. У меня не было времени торговаться. Я уже опаздывал на встречу с Трепе.

— Ладно, идет, — раздраженно сказал я. — Но смотри, храни это кольцо в надежном месте. И не смей его носить, пока не минует срок!

Деви нахмурилась.

— Да ты…

— Это обсуждению не подлежит, — серьезно сказал я. — Это кольцо моей подруги. Оно ей дорого. Я не хочу, чтобы она видела его на чужой руке. Тем более после всего, через что мне пришлось пройти, чтобы отобрать его у Амброза.

Деви ничего не сказала. Ее эльфячье личико сделалось угрюмым. Я состроил не менее угрюмую мину и посмотрел ей в глаза. Когда надо, я могу выглядеть очень суровым.

Пауза все тянулась и тянулась.

— Ладно, идет! — сказала она наконец.

Мы ударили по рукам.

— Год и один день! — сказал я.

ГЛАВА 51

ЧЕГО БОИТСЯ МУДРЫЙ

Я зашел в «Эолиан». Там ждал меня Трепе. Он буквально подпрыгивал от нетерпения. Он сказал, что нашел баржу, которая отправляется вниз по реке менее чем через час. Более того: он уже оплатил мой проезд до Тарбеана, откуда мне будет нетрудно отправиться на восток.

Мы бросились на пристань и явились туда, когда на судне уже заканчивались последние приготовления. Трепе, побагровевший и запыхавшийся от быстрой ходьбы, за три минуты успел надавать мне столько советов, что хватило бы до конца жизни.

— Маэр — древнего, очень древнего рода, — говорил он. — Не то что большинство здешних аристократишек, которые не знают, как звали их прапрадедушку. Смотри, обращайся с ним почтительно!

Я закатил глаза. Ну почему все считают, что я буду плохо себя вести?

— И не забывай, — продолжал он, — если покажется, что ты гоняешься за деньгами, к тебе станут относиться как к провинциалу. И после этого никто уже не будет принимать тебя всерьез. Ты там затем, чтобы добиться расположения. В этой игре ставки высокие. К тому же, как говорится, деньги ходят за почетом. Добьешься уважения — будут и деньги. Как писал Теккам, «Цена хлеба проста, и потому большинство желает лишь хлеба…».

— «Однако некоторые вещи неоценимы: смех, землю и любовь не купишь», — закончил я. На самом деле это была цитата из Грегана Меньшего, но я не стал его поправлять.

— Эй, там! — окликнул нас загорелый бородатый человек, стоявший на палубе. — Мы все ждем одного опоздавшего, и капитан зол, как уродливая шлюха! Клянется, что, если через две минуты его не будет на борту, мы уйдем без него. Подымались бы вы лучше на борт!

И ушел, не дожидаясь ответа.

— Обращайся к нему «ваша светлость», — как ни в чем не бывало продолжал Трепе. — И запомни: говори как можно меньше, если хочешь, чтобы тебя слушали как можно чаще. Ох да!

Он вытащил из нагрудного кармана запечатанный конверт.

— Вот твое рекомендательное письмо. Может быть, я отправлю такое же письмо почтой, чтобы он знал, когда тебя ждать.

Я от души улыбнулся ему и стиснул его руку.

— Спасибо вам, Денн! — сказал я. — Спасибо за все. Вы даже представить не можете, как я ценю все, что вы для меня делаете.

Трепе только рукой махнул.

— У тебя все получится, я знаю. Ты же умный мальчик. Когда приедешь, не забудь найти себе хорошего портного. Там у них другие моды. Знаешь ведь, как говорят: даму узнают по манерам, а мужчину — по платью.

Я опустился на колени и открыл свой футляр с лютней. Отодвинув лютню, я нажал на крышку потайного отделения, повернул и открыл ее. Там уже хранились роговая трубочка с рисунком Нины и мешочек сушеных яблок, я положил туда же письмо Трепе. В принципе, сушеные яблоки туда можно было бы и не класть, но, по-моему, если у вас в футляре есть потайное отделение и вы ничего туда не прячете, значит, с вами что-то сильно не в порядке.

Я застегнул пряжки, удерживающие крышку, выпрямился и подобрал свои пожитки, готовясь подняться на борт.