Страхи мудреца. Книга 1 - Ротфусс Патрик "alex971" - Страница 126

Выходит, что доказательством могущества их крови служит тот факт, что они сумели просуществовать столь долго. И впрямь, если бы не сожжение Калуптены, мы могли бы отыскать летописи, свидетельствующие о том, что семья Лэклесс может потягаться древностию с королевским родом Модега…»

Я швырнул книгу на стол — если бы магистр Лоррен мог это видеть, у него бы кровь из зубов пошла. Если маэр полагает, будто подобными сведениями можно завоевать сердце женщины, значит, моя помощь ему куда нужнее, чем он думает.

Но при нынешнем положении вещей маэр вряд ли попросит меня о помощи, тем более в таком тонком деле, как его женитьба. Вчера он меня к себе вообще не звал.

Я явно лишился его расположения и чувствовал, что тут не обошлось без Стейпса. А учитывая то, что я видел позапрошлой ночью в окно башни Кавдикуса, было довольно очевидно, что Стейпс участвует в заговоре, имеющем целью отравить маэра.

Я сидел на месте, хотя и предвидел, что в результате мне придется целый день провести взаперти. Я понимал, что не стоит ухудшать и без того дурное отношение Алверона, суясь к нему без приглашения.

За час до обеда ко мне зашел виконт Гермен с несколькими страницами записанных сплетен. Кроме того, он принес колоду карт, очевидно рассчитывая пойти по стопам Бредона. Он предложил мне научить меня играть в дрозда и, поскольку я еще только учусь, согласился сыграть по маленькой: всего по биту за партию.

Он совершил ошибку, предоставив мне сдавать карты, и удалился, несколько запыхавшийся, после того, как я обыграл его восемнадцать раз кряду. Наверное, надо было вести себя похитрее. Я мог бы поводить его, как рыбу на крючке, и выиграть у него половину его имений, но я был не в том расположении духа. Меня преследовали неприятные мысли, и мне хотелось остаться с ними наедине.

Через час после обеда я решил, что, пожалуй, уже не хочу добиваться расположения маэра. Если Алверону угодно доверять своему вероломному дворецкому — что ж, его дело. Пропади я пропадом, если еще хоть минуту просижу сложа руки у себя в комнатах, точно побитая собака под дверью.

Я накинул плащ, схватил свою лютню и решил прогуляться в сторону улицы Жестянщиков. Если маэр захочет меня видеть, пока меня не будет, — что ж, пусть записку оставит.

Я высунулся в коридор — и увидел стражника, стоящего навытяжку возле моей двери. Это был один из личной гвардии Алверона, в мундире цвета сапфира и слоновой кости.

Мы оба застыли неподвижно. Спрашивать, кого он тут охраняет, было бессмысленно: на семь метров в обе стороны других дверей не было. Я посмотрел ему в глаза.

— Как вас звать?

— Джейс, сэр.

Что ж, по крайней мере, меня все еще величают «сэром». Это чего-нибудь да стоит.

— И вы здесь, чтобы?..

— Мне приказано сопровождать вас, когда вы выходите из комнаты. Сэр.

— Ладно…

Я отступил назад и закрыл за собой дверь.

Чей это был приказ: Алверона или Стейпса? Хотя, в сущности, неважно.

Я вылез в окно, углубился в сад, перепрыгнул через ручеек, шмыгнул за живую изгородь и вскарабкался на декоративную каменную стену. Вишневый плащ был не самого удачного цвета для того, чтобы скрываться в саду, но зато он прекрасно прятал меня на фоне красной черепицы.

Оттуда я взобрался на крышу конюшни, прошел через сеновал и выбрался через заднюю дверь заброшенного сарая. Оттуда достаточно было перемахнуть через забор, и я оказался за пределами маэровой усадьбы. Проще простого.

Я обошел двенадцать трактиров на улице Жестянщиков, прежде чем отыскал тот, где остановилась Денна. Ее не было дома, поэтому я пошел дальше по улице, глядя в оба и положившись на свою удачу.

Через час я ее нашел. Она стояла в толпе на углу и смотрела уличное представление. Хотите верьте, хотите нет, но это были «Три пенни за желание».

Кожа у нее сделалась смуглее, чем тогда, когда я в последний раз видел ее в Университете: она загорела в странствиях. На ней было платье с высоким воротом, по местной моде. Темные волосы прямыми прядями падали ей на спину, все, кроме одной тонкой косички, которая обрамляла ее лицо.

Я перехватил ее взгляд, как раз когда Яснотка выкрикивал свои первые строки:

Денна увидела меня и улыбнулась. Можно было бы остаться и посмотреть пьесу, но я и так знал, чем она кончится.

Несколько часов спустя мы с Денной лакомились сладким винтийским виноградом в тени Крути. Какой-то усердный каменщик выточил в стене утеса неглубокую нишу, образующую гладкие каменные скамьи. Очень уютное было местечко, мы обнаружили его, бесцельно шляясь по городу. Мы были там одни, и я чувствовал себя самым счастливым человеком на свете.

Единственное, о чем я жалел, это о том, что у меня нет с собой ее кольца. Это был бы идеальный подарок, столь уместный при этой неожиданной встрече. А главное, я ведь даже и рассказать о нем Денне не мог. Ведь если бы я о нем рассказал, пришлось бы признаться, что я оставил его в залог Деви.

— Я смотрю, ты недурно устроился! — сказала Денна, пощупав край моего вишневого плаща. — Что, забросил студенческое житье?

— Решил себе каникулы устроить, — выкрутился я. — Сейчас я помогаю в одном деле маэру Алверону.

Она посмотрела на меня с нескрываемым восхищением.

— Ух ты! Расскажи!

Я неловко отвернулся.

— Извини, не могу. Дело деликатное и все такое.

Я откашлялся и попытался сменить тему:

— А ты сама-то как? Я смотрю, у тебя дела тоже идут неплохо.

Я двумя пальцами погладил вышивку, которой был украшен высокий ворот ее платья.

— Ну, сама я с маэром знакомства не вожу, — сказала она, отвесив преувеличенно почтительный поклон в мою сторону. — Но, как я уже упоминала в своих письмах, я…

— Письмах? — переспросил я. — Так их было несколько?

Она кивнула.

— Я отправила целых три с тех пор, как уехала из Имре, — сказала она. — Вот, собиралась взяться за четвертое, но ты избавил меня от трудов.

— Я получил только одно, — сказал я.

Денна пожала плечами.

— Ну, я в любом случае предпочту рассказать тебе все лично.

Она сделала многозначительную паузу.

— Я наконец нашла себе официального покровителя!

— Что, правда? — обрадовался я. — Слушай, как здорово!

Денна гордо усмехнулась. На фоне светло-орехового, загорелого лица ее зубы сверкнули ослепительно-белым. А губы ее, как всегда, были ярко-алыми без всякой помады.

— Он придворный из Северена? — спросил я. — Как его звать?

Денна скроила серьезную мину и смущенно улыбнулась.

— Ты же знаешь, что этого я тебе сказать не могу, — укоризненно ответила она. — Ты же знаешь, как он заботится о том, чтобы его имени никто не узнал.

Мое радостное возбуждение схлынуло, я похолодел.

— О нет! Денна, неужели это тот самый мужик, что и раньше? Тот, который послал тебя играть на свадьбу в Требоне?

Денна озадаченно посмотрела на меня.

— Ну да, разумеется. Его настоящего имени я тебе назвать не могу. Как ты его тогда назвал? Мастер Вяз?

— Мастер Ясень, — сказал я, и имя это легло мне на язык сухой листвой. — Но ты-то хоть знаешь его настоящее имя? Хоть тебе он его сказал, прежде чем ты подписала договор?

— Ну да, думаю, я его настоящее имя знаю.

Она пожала плечами и провела рукой по волосам. Нащупав косичку, она, казалось, удивилась и принялась ловко расплетать ее, разглаживая пряди.

— А даже если и нет, какая разница? У всех есть свои тайны, Квоут. Лично мне до его тайн особого дела нет, главное, чтобы со мной он вел себя по-честному. А он весьма щедр.