Журнал «Если», 1999 № 12 - Каупер Ричард - Страница 49

Добравшись до противоположной стены, биолог прервал свое парение и снизился. В перегородке не было двери, но он надеялся, что сталь окажется не слишком толстой. За стенкой находился командный пункт и исправный компьютер, то есть свобода и власть.

Ксенобиолог не считал себя мстительным человеком и не собирался наказывать Ройда Эриса: не ему выносить приговор. Он просто завладеет кораблем и запрет капитана в четырех стенах, не дав ему избавиться от скафандра. После этого он вернет оставшихся в живых назад. Конец загадкам и смертям! Арбитры из Академии всесторонне рассмотрят ситуацию, разберутся с Эрисом и решат, кто прав, а кто виноват.

Биолог включил лазер. Появился тонкий алый луч. Он с улыбкой направил его на перегородку между салоном и командным пунктом. Дело продвигалось медленно, но биолог был терпелив. Вряд ли его хватятся: он постарался, чтобы его исчезновение прошло незамеченным; в худшем случае коллеги решат, что он погнался за отлетевшим далеко в сторону куском обшивки. Ремонт все равно грозил затянуться на много часов, а то и на несколько дней.

Лезвие света, достигнув металла, окуталось дымом. В следующий «момент биолог заметил краем глаза какое-то смутное движение. Ошметки мозга или осколок черепа, решил он. Возможно, окровавленный кусок скальпа… Ужасное зрелище, но еще не повод для тревоги. Ему не привыкать к картинам развороченной плоти.

Однако непонятное движение повторилось, и биологу пришлось отвлечься. Любопытство оказалось сильнее человека. Хотя эта тяга была гораздо сильнее любопытства: он не мог не смотреть в ту сторону, как не мог несколько минут назад отвести глаз от обезглавленного трупа.

Это был глаз.

Биолог задрожал всем телом, лазерный луч ушел в сторону. Человеку пришлось напрячься, чтобы вернуть его в надрез. Сердце билось, как сумасшедшее. Он старался взять себя в руки. Бояться было нечего: корабль оставался пуст; на случай неожиданного возвращения Ройда у мятежника имелось оружие — лазер.

Он снова перенес внимание на глаз, прогоняя страх. Глаз как глаз, орган зрения несчастного парня-телепата, невредимый, хоть и в крови, водянисто-голубой, совсем как при жизни… Ничего сверхъестественного! Кусок умерщвленной плоти, плывущий по салону среди прочих останков. Если бы в салоне удосужились прибраться, ему бы не щекотали нервы все эти гадости. Что за варварство — оставить все в таком виде!

Правда, глаз оставался неподвижным, тогда как прочие фрагменты тела перемещались, гонимые сквозняком. Более того, глаз смотрел на биолога. Смотрел, как живой.

Биолог выругался и попробовал сосредоточиться на лазере и своей работе. Он уже успел прорезать в перегородке щель длиной в метр. Настало время приступать к другому надрезу, перпендикулярно первому.

Глаз бесстрастно наблюдал за его усилиями. Это было невыносимо. Удерживая лазер одной рукой, биолог схватил бесцеремонный глаз и отшвырнул в противоположный угол. Взмах руки оказался столь резким, что человек потерял равновесие, опрокинулся, выронил резак, взмахнул обеими руками, как подбитая птица — крыльями… В последний момент он ухватился за край стола и удержался.

Лазер висел в центре салона, медленно поворачиваясь и прочерчивая по стенам и потолку дымящиеся борозды. Это было противоестественно: лазер обязан выключаться, как только его выпускают из рук. Видимо, какая-то неисправность…

Прибор тем временем совершил кувырок и принялся уродовать ковер. Биолог с ужасом осознал, что скоро алый луч доберется до него. Он оттолкнулся от стола и отлетел в сторону. Лазер стал поворачиваться заметно быстрее. Биолог врезался в стену, застонал от боли, достиг пола, снова оттолкнулся. Лазер завертелся, как волчок, определенно метя в мятежника. Он понадеялся на рикошет от потолка и не ошибся: луч перемещался медленнее, чем человек. Появилась возможность схватить резак, пока он уперся лучом в стену.

И тут биолог вновь увидел глаз. Тот висел над лазером и смотрел на него в упор.

Биолог застонал; рука, тянувшаяся к лазеру, повисла. Луч описал по салону новую дугу. Его прикосновение было молниеносным, но нестерпимо горячим. Луч перерезал биологу горло.

Минул целый час, прежде чем остальные заметили отсутствие члена команды. Первым спохватился Кароли де Бранен: он долго повторял в переговорное устройство имя пропавшего, но ответа не получил. Тогда он поделился своей тревогой с коллегами.

Ройд Эрис, который уже смонтировал огромный кусок обшивки, заметно помрачнел. Меланта Джирл прочитала в его глазах смятение.

В следующую секунду все услышали крик.

То был вопль боли и ужаса, сменившийся агонизирующим бульканьем. Крик ворвался под шлем каждого участника экспедиции, словно стремился оглушить и до смерти напугать.

— Это он, — заключила женщина-лингвист.

— И он ранен, — подхватил ее партнер. — Слышите, он зовет на помощь?

— Где он? — спросил кто-то.

— На корабле, — определила женщина-лингвист. — Видимо, вернулся на корабль, а там…

— Проклятие! — грозно сказал Ройд Эрис. — Я предупреждал…

— Сейчас мы убедимся, там ли он, — отрезала лингвист.

Ее партнер выпустил из рук кусок обшивки, который они транспортировали назад к кораблю, и тот снова поплыл в пустоту, вращаясь вокруг собственной оси. Шлюпки лингвистов устремились к «Летящему в ночи».

— Стойте! — приказал Ройд Эрис. — Я сам вернусь и осмотрю корабль. Всем оставаться снаружи, пока я не выясню, что произошло!

— Иди к черту! — огрызнулась лингвист, зная, что он ее услышит.

— Ройд, дружище, мы вас не понимаем, — вмешался в переговоры Кароли де Бранен. Его шлюпка уже устремилась следом за шлюпками лингвистов, но находилась еще слишком далеко от корабля. — Ведь наш товарищ ранен, возможно, серьезно! Мы обязаны ему помочь.

— Нет! — воскликнул Ройд. — Остановитесь, Кароли! Если ваш коллега возвратился на корабль в одиночку, то это значит, что он подписал себе смертный приговор.

— Откуда вы знаете? — удивился лингвист. — Или вы сами это подстроили? Сами установили капканы?

— Послушайте меня! — терпеливо проговорил Ройд. — Вы уже не сумеете ему помочь. Это мог бы сделать только я, но он меня не послушал. Поверьте, вам лучше остановиться.

Шлюпка де Бранена замедлила движение, но лингвисты проявили упрямство.

— Мы и так достаточно тебя слушали! — сказала женщина. — Надоело! — Чтобы заглушить рыдания и бессвязный лепет, врывающийся под шлем, ей приходилось кричать. — Меланта, хватайте Эриса! Мы будем осторожны. Мы только разберемся, что там стряслось. Нельзя, чтобы он опять добрался до пульта управления!

Меланта Джирл колебалась: ее тоже терзали крики в наушниках. В такой обстановке трудно было о чем-то думать.

Ройд развернул свою шлюпку так, чтобы оказаться лицом к лицу с Мелантой. Она почувствовала его тяжелый взгляд.

— Остановите их! Меланта, Кароли, вы должны им приказать! Они не ведают, что творят!

Меланта приняла решение.

— Быстрее возвращайся на корабль, Ройд, и делай, что необходимо. Я попытаюсь их перехватить.

Он согласно кивнул, но женщины уже не было рядом. Ее шлюпка покинула участок работ, замусоренный кусками обшивки, и понеслась к хвостовой части «Летящего в ночи». Но поздно; лингвисты значительно опередили ее.

— Не смейте! — приказала она властно. — Поймите, на корабле опасность!

— Заткнись! — отозвались лингвисты дуэтом.

Кароли и подавно потерял надежду их догнать.

— Друзья, — взмолился он, — вы должны остановиться! Нам надо все обсудить.

Ответа не было.

— Я начальник экспедиции! — крикнул он. — Я приказываю вам задержаться и не проникать внутрь корабля. Вы меня слышите? Приказываю властью, данной мне Академией! Пожалуйста, друзья, не упорствуйте!

Меланта обреченно наблюдала за двумя фигурками, скрывающимися в длинном тоннеле силовой установки. Спустя мгновение она зависла на своей шлюпке над тем же черным зевом, гадая, стоит ли следовать за ними. У нее оставался шанс перехватить их до того, как они пройдут через шлюз.