Влюбиться в дьявола - Хойт Элизабет - Страница 10

Целых семь лет Рено копил то, что намеревался сказать начистоту своему другу. Ах, только бы они встретились с Джаспером Реншоу снова! О, сколько у него накопилось к нему вопросов, и на все он хотел бы получить ответы, потребовать подробных объяснений! И вот теперь, когда долгожданный момент наступил, Хоуп искал внутри себя следы былого нетерпения, былой злобы… и ничего не находил.

Лакей при входе объявил:

— Мистер Вейл.

На лице у гостя уже проступали морщины, глаза были печальными, но в целом Вейл почти не отличался от того друга, с которым Рено провел свои лучшие юношеские годы. Это был тот самый молодой человек, для которого он приобрел офицерский патент и которого считал самым лучшим и самым верным другом… И этот друг бросил его, оставил умирать на чужой земле среди кровожадных дикарей.

— Вы унаследовали титул, не так ли? — спросил Рено.

Вейл кивнул. Он так и остался стоять в дверном проеме со шляпой в руках, не осмеливаясь войти. Он пытался понять, какие мысли роились в голове дикого зверя, сидевшего на кровати.

В момент соскочившая с постели мисс Корнинг с достоинством выпрямилась. Рено так напряженно всматривался в лицо Вейла, что на минуту забыл о ее существовании. Он спохватился, пытаясь удержать ее за руку, но опоздал. Беатриса уже вышла навстречу гостю.

Она слегка откашлялась.

— Как мне кажется, мы с вами уже однажды встречались, лорд Вейл, на одном из маминых званых вечеров в парке.

Вейл перевел взгляд на Беатрису. Заморгал, как бы вспоминая, потом широко улыбнулся и низко поклонился:

— Простите меня, дорогая леди, за мою забывчивость. Напомните, кто вы?

— Моя кузина, мисс Корнинг, — громко проворчал Рено. Объяснять Вейлу, что они очень далекие родственники, не имело смысла.

Вейл в недоумении сдвинул густые брови:

— А я никогда не слышал о том, чтобы у вас была кузина.

Рено криво улыбнулся:

— Она объявилась совсем недавно.

Мисс Корнинг переводила взгляд с одного мужчины на другого, недовольно сдвинув тонкие брови.

— Не послать ли за чаем?

— О, большое спасибо! — отозвался Вейл.

В то время как Рено отрицательно замотал головой:

— Нет.

Вейл взглянул на него, и улыбка исчезла с его лица. Мисс Корнинг опять откашлялась.

— Хорошо, я думаю, что чай в любом случае не помешает. А пока я оставлю вас наедине друг с другом.

Она прошла к дверям. Поравнявшись с Вейлом, загораживающим проход, она шепнула ему на ухо:

— Не задерживайтесь надолго. Он еще очень слаб, Вейл понятливо кивнул, приоткрыл двери для леди и плавно прикрыл их после того, как она вышла. Затем он медленно повернулся в сторону Хоупа, и тот резко бросил:

— Я не инвалид.

— Но ведь вы больны?

— Я простудился на корабле, но это пустяки, скоро пройдет.

Вейл вскинул брови, но не стал расспрашивать ни о чем подробно. Вместо этого он задал простой вопрос:

— Что случилось?

Рено язвительно усмехнулся:

— Мне кажется, я первый должен спросить вас об этом. Вейл отвел взгляд и резко побледнел.

— Я счел… Вернее, мы все сочли вас мертвым.

— Но я не умер, — чеканя каждое слово, сказал Рено. Он вспомнил жуткую вонь паленого мяса. Веревки, врезавшиеся ему в руки. Как он продирался через снег и ветер.

Сквозь маску кровавой жестокости на него в упор смотрели ее карие глаза…

Он замотал головой, отгоняя туманные бредовые видения и стараясь целиком сосредоточиться на человеке, стоявшем перед ним. Его рука непроизвольно поползла к ножу на постели.

Вейл настороженно следил за всеми его движениями.

— Я никогда не оставил бы вас, если бы знал, что вы живы.

— Но факт остается фактом: меня живого бросил мой лучший друг.

— Мне очень жаль. Но я… — Вейл широко раскрыл рот в нерешительности и опустил глаза вниз. — Я видел, что вы умираете, Рено.

В тот же миг в душе Рено вспыхнул огонь злобы и вслед за этим жажда мщения. Темные силы ада нашептывали ему о том, что его предали и бросили. Он ясно вспомнил искаженное страданиями лицо еще живого человека, которого сжигали на костре. Усилием воли он гнал от себя жуткие воспоминания: запах горящего мяса, дым, каркающие человеческие голоса.

— Что же произошло в лагере Вендо? — спросил он.

— После того как они унесли вас? — уточнил Вейл. Вздохнув и не став дожидаться дальнейших расспросов, он принялся рассказывать:

— Нас, Манро, Хорна, Гроува и Коулмена, привязали к пыточным столбам и начали мучить, Коулмена они, в конце концов, убили.

Рено мрачно кивал. Ему было хорошо известно, как обращались со своими пленниками индейцы: будь то белые или пленные индейцы другого племени. Для победителей не было никакой разницы.

Вейл тяжело вздохнул, сжал губы, будто сдерживаясь изо всех сил.

— Затем, после гибели Коулмена, на другой день индейцы привели нас к пыточному столбу, на котором висело полуобгоревшее тело какого-то мужчины. Нам они сказали, что этим трупом были вы. На нем была ваша куртка, те же черные волосы. Я не сомневался в правоте их слов. Да и не я один. Мы все, кто выжил, поверили в то, что этим несчастным были вы.

Вейл поднял голову, его глаза встретились с синими глазами Рено, в которых светился немой вопрос.

— Его лицо было опаленным. Почти черным, обуглившимся, то есть фактически никакого лица-то и не было.

Рено отвел взгляд в сторону. Голос разума четко и внятно подсказывал ему, что у Вейла, как, впрочем, и у других пленных, не было никакой возможности прийти ему на помощь. Кроме того, они поверили в его смерть — доказательств было предостаточно. Любой здравомыслящий человек поверил бы в это, если бы увидел то, что пришлось увидеть и услышать его друзьям.

Но вопреки всему… Да, вопреки всему жестокий зверь, притаившийся в его душе, отказывался считаться с любыми оправданиями. Его бросили, оставили те, ради кого он пошел на неоправданный риск, пытаясь спасти их; те, кого он считал своими друзьями, предали его.

— Прошло целых две недели, прежде чем Сэм Хартли привел свой отряд, чтобы выкупить нас, — тихо заметил Вейл. — Вы все это время тоже находились в лагере индейцев?

Рено покачал головой, сосредоточив взгляд на своей смуглой руке, лежащей на белоснежном одеяле, — контраст был очевидным. Сухожилия рельефно выпирали на исхудавшей руке.

— Как поживает моя сестра Эмили?

В ответ раздалось то ли недовольное, то ли раздраженное покашливание Вейла.

— Эмили. С ней все в порядке. Она опять вышла замуж, вы не слышали. За Сэмюела Хартли.

Рено с удивлением поднял глаза и прищурился:

— Капрал Хартли? Разведчик и проводник? Вейл хмыкнул и расплылся в улыбке:

— Да, хотя он уже больше не капрал. Он сколотил себе состояние на торговле колониальными товарами.

— Мисс Корнинг говорила мне, что Эмми вышла замуж за жителя колоний, но мог ли я представить себе, что им окажется Хартли.

Даже если Хартли сейчас и был богат, для Эмили в качестве мужа он не очень подходил. Этот человек не соответствовал ни ее статусу, ни ее благородному происхождению. Все-таки дочь графа. Как это могло с ней случиться?

— Год назад Хартли приехал в Лондон по торговым делам и неожиданно для всех похитил сердце вашей сестры.

Рено размышлял над тем, что узнал. Раздражение и гнев опять завладели им. Неужели Эмили так изменилась за прошедшие семь лет? Хотя, конечно, за прошедшие годы изменилось все — он сам, его воспоминания об Эмили. Неужели перенесенные испытания изменили его настолько, что от того человека, каким он был прежде, не осталось ничего?

— Что же произошло с вами, Рено? — тихо спросил Вейл. — Как вам удалось избежать смерти в лагере индейцев?

Рено недовольно дернул головой и с усмешкой взглянул на своего бывшего друга:

— Неужели вам это действительно интересно?

— Конечно. — Вид у Вейла был явно озадаченный. — Еще как интересно.

Вейл взглянул на него, ожидая продолжения рассказа, но Рено скорее умер бы, чем открыл душу перед своим бывшим другом.