Долгая дорога к счастью 2 (СИ) - Соколина Наталья - Страница 46

  Однажды ночью Энна проснулась от боли. Боль была не сильной, начиналась, постепенно нарастая, и прекращалась. Спустя некоторе время всё повторилось. Внезапно Энна почувствовала, как из неё хлынула жидкость. Она испугалась, потрогала рукой мокрую рубашку и постель, поднесла к глазам. В свете полной луны было хорошо видно, что на руке не было крови, просто вода. Она тихонько позвала мужа, и он тут же вскочил, забежал к ней в спальню.

  - Солнышко, что? Началось? - У него дрогнул голос.

  - Эйжен, сходи, пожалуйста, за дедушкой Врегором. Мне кажется, началось.

  Владетель, как был, в одних нижних штанах из тонкого полотна и босиком выскочил в коридор и побежал к Врегору. Дёрнул запертую дверь и бешено забарабанил в неё кулаком.

  - Врегор, скорее, Энна рожает!! И она вся мокрая почему-то!

  Заспанный лекарь открыл дверь, хмуро посмотрел на взъерошенного лорда Эйжена.

  - Милорд, не спешите, это всего лишь схватки. Рожать она будет разве что к вечеру. Идите, оденьтесь, я сейчас приду. Да пошлите кого-нибудь, чтобы Энне поменяли постель. Это воды отошли.

  Он захлопнул дверь, а лорд Эйжен, разбудив вначале леди Зелинну, вернулся к Энне.

  Прибежала леди Зелинна, привела с собой горничных. Имра позвала рьенну Молони. Та пришла со стопкой чистых простыней, полотенец, охапкой корпии. Все расселись у постели Энны, горничные встали в сторонке.

  Лорд Эйжен непривычно суетился, у него был жалкий и растерянный вид. Схватки у Энны прошли, ей захотелось спать. Домоправительница первой поняла, что до родов ещё далеко:

  - милорд, миледи, я думаю, что леди Энне надо ещё поспать, пока это возможно. Силы ей понадобятся.

  Брат с сестрой переглянулись, не решаясь уйти. Вошёл лекарь Врегор, увидев сборище у постели Энны, нахмурил брови:

  - Оставьте её, милорд, леди Зелинна. Я вижу, схватки пока прекратились, значит, она уснёт.

  Все встали. Горничные и рьенна Молони потихоньку вышли, притворив дверь. Лорд Эйжен решительно сел на пол у изголовья, прислонился спиной к кровати:

  - я останусь. Всё равно мне не уснуть, буду прислушиваться к каждому шороху.

  Лекарь пожал плечами: - как хотите, милорд. Но совсем не обязательно сидеть около неё на полу. Уверяю вас, когда она будет рожать, вы её услышите.

  Лорд Эйжен упрямо мотнул головой, не пускаясь в споры. Леди Зелинна встала, нерешительно посмотрела на Энну. У той уже закрывались глаза:

  - иди, Зел, поспи, нечего около меня сидеть. Тебя позовут, когда надо будет.

  Врегор откинул простыню, задрал на Энне ночную рубашку, ткнул пальцем в панталончики:

  - лорд Эйжен, неужели вы не могли заставить её спать в одной ночной рубашке? Посмотрите, как она затянула эти завязки? - И уже Энне: - чтобы сейчас же развязала.

  Энна виновато посмотрела на него, распустила завязки, но снимать панталончики не стала.

  Лекарь положил ладонь на живот, прислушался, передвинул на другое место. Потом достал свой рожок и наклонился к Энне. Немного послушав, улыбнулся:

  - ну что, всё идёт, как надо. Ребёнок развернулся и двигается к выходу. Я думаю, он появится на свет уже к обеду. И, лорд Эйжен, мне кажется, у вас будет сын.

  - О великая Заренья, - простонал Владетель, - да хоть лягушонок, только бы с Энной было всё благополучно!

  - Эйжен, ты что говоришь?!! - возмутилась та.

  Милорд положил голову к ней на подушку:

  - Эни, я боюсь и ничего не могу с собой поделать.

  Энна подвинулась на широкой кровати:

  - ложись. Иначе будешь бегать ко мне через каждые десять минут.

  Лекарь Врегор зевнул и отправился досыпать. Лорд Эйжен примостился на краешек кровати, но Энна энергично потянула его к себе, перекатила на спину и положила голову к нему на плечо. Схватки не возобновлялись, и она действительно уснула.

  Едва забрезжило ранее летнее утро, Энна проснулась от нарастающей боли. Она шевельнулась, и муж сразу поднял взъерошенную черноволосую голову, тревожно посмотрел на неё:

  - Эни?

  Она скривилась:

  - вот теперь, кажется, начинается по-настоящему.

  Милорд кубарем скатился с постели. Хотел бежать опять, как есть, за Врегором, но Энна остановила:

  - Эй, пожалуйста, оденься. Уже утро, слуги все на ногах. Приведи себя в порядок, не ходи так по дому.

  Он не стал спорить, быстро оделся, умылся и даже побрился.

  Пока он находился рядом, Энна терпела. Она даже не стонала, зная, как он переживает за неё. Но как только муж скрылся за дверью, она замычала, стала вскрикивать. Вбежала Имра, за ней леди Зелинна и рьенна Молони. Последним пришёл лекарь. Он внимательно посмотрел на Энну, присел на кровать.

  - Давай-ка, моя хорошая, мы посмотрим, как часто теперь у нас схватки? Поглядывая на часы, он пришёл к какому-то выводу. Приказал нести ещё запас простыней и полотенец. Отправил Имру на кухню с приказом греть много воды. Посмотрел на лорда Эйжена, побледневшего при виде этих приготовлений, и велел ему выйти. Тот растерянно глянул на Энну, но ей уже было всё равно. Боль нарастала с каждым разом всё сильнее, и она кусала губы, чтобы не закричать. Врегор заметил её усилия сдержаться и сказал:

  - кричи, милая, не надо терпеть.

  Энна с трудом выдавила: - Эй-и-же-ен... Лекарь её понял: - ну что ж, пусть послушает, больше любить и ценить будет! Кричи, малышка, не стесняйся!

  И она закричала.

  Лорд Эйжен, сидевший в гостиной в кресле у двери спальни, побелел, как полотно, сжал голову руками. Некоторе время спустя, крик прекратился. Дверь открылась, и вышла рьенна Молони. Владетель вскочил, вопросительно глядя на неё:

  - уже всё?

  Домоправительница рассмеялась:

  - что вы, милорд, ещё не начиналось!

  Он потерянно пробормотал:

  - но она так кричала... Бедная моя, ей, наверно, очень больно...

  - Не расстраивайтесь, милорд, всё идёт, как надо! Не могу ли я попросить вас сходить на кухню за тёплой водой? Повара должны были согреть большой котёл. И пусть кто-нибудь принесёт три больших таза.

  Лорд Эйжен помчался выполнять распоряжение своей домоправительницы. Энна опять закричала.

  Приближалось время обеда. Отупевший от переживаний за жену, уже не надеящийся на благополучный исход, Владетель Теремиса бледный, с безумными глазами, давно сидел на полу у двери спальни, где, как ему казалось, умирала его любимая.