Это было в горах - Винкман Мария Карловна - Страница 36

Слушатели зашумели.

— Так вот, ребята, — спокойно продолжала Лидия Петровна, — на этих трех участках мы и будем вести разведку открытых нами месторождений.

Борис схватил Димку за локоть и крепко стиснул его.

— Первый важный этап — поиски — мы закончили; но это еще далеко не все. На очереди — детальная разведка месторождения. Нам необходимо знать, каковы размеры найденного нами рудного тела, какова его форма, запасы, каково содержание металла в руде… Все это покажет разведка. Кроме того, надо найти ближайшую дорогу к рай-, онному центру, к железнодорожной станции. Вот почему мы и решили остаться здесь на зиму, построить около месторождения свой рабочий поселок. Построить не только для себя. Геологическое управление, конечно, окажет нам сейчас большую помощь. Из города я наверняка привезу с собой партию квалифицированных рабочих. А где им жить? И я уверена, что вы, ребята, с помощью колхоза и под командой Светланы, построите себе избу и начнете заготовку леса для будущего поселка. Как вы думаете, дядя Семен, — обратилась она к старику-лесорубу, — можно нашими силами недели за две заготовить леса на десять пятистенных домов и один крестовый?

Лесоруб зажал в кулак свою клочкастую бороду, зачем-то подергал ее и, хитровато прищурившись, ответил:

— Я так полагаю, Лидия Петровна, ежели считать по довоенной мерке, то невозможно…

— А если по военной?

— А если по военной, то придется заготовить. По лагерю прокатился веселый смех.

— Ну, тогда Долине Смерти окончательная крышка! — торжественно произнес Нуклай.

— Какая она теперь Долина Смерти, — запротестовал Димка. — Предлагаю переименовать.

Ребята выжидательно взглянули на Лидию Петровну.

— Одобряю, — отозвалась начальница отряда. — Есть и конкретное предложение. Во имя чего мы пришли сюда? Во имя чего работаем? Во имя Победы. Давайте и назовем таинственную долину — Долиной Победы.

ПОСЛЕДНЯЯ РАЗГАДКА

Всадники подъехали неожиданно, когда их никто уже не ждал. И в лагере сразу оборвались разговоры, замер смех.

Молготаев, увидев знакомые лица, пригнулся к луке седла и медленно, по-змеиному извиваясь, сполз на землю. Расслабленной походкой, не поднимая глаз, сделал несколько шагов в сторону и опустился на корточки, втянув голову в плечи.

Тахтай и Василий Александрович молча, кивком головы, поздоровались с разведчиками и присели около Нуклая. Борису показалось, что они смертельно устали от десятидневных скитаний по тайге и горным хребтам. Он-то понимал, что значат утомительные поиски следов, бессонные ночи без огня…

Но Василий Александрович, не спуская глаз с Молготаева, как ни в чем не бывало, тихонько заговорил с Нуклаем. Тахтай, перекинувшись двумя-тремя словами с Лидией Петровной, подсел к Димке.

Поговорив с Нуклаем, Василий Александрович обратился к Лидии Петровне и Светлане.

— Узнаете, товарищи, своего проводника?

Все, кто был у костра, взглянули на Молготаева. Тот еще ниже опустил голову.

— Я хочу задать ему только один вопрос, — сказала Лидия Петровна.

— Пожалуйста, пожалуйста. Сколько угодно, — откликнулся Василий Александрович.

— Скажите, почему вы не попытались убить меня раньше, когда вас еще ни в чем не подозревали?

Бывший проводник даже не шелохнулся.

— Это, конечно, ваше право не отвечать, но… мне очень хотелось знать, в. чем тут дело?.. Почему вы так долго скрывали свои намерения?

В лагере стало совсем тихо. Было слышно только хозяйственное потрескивание костра да сердитое бульканье воды в котелках.

«Ни черта от него не добьешься», — подумал Борис.

И вдруг, к его крайнему изумлению, Леонтьич, не умевший связать двух слов по-русски, заговорил совершенно правильно и чисто, почти без всякого акцента:

— Я не предполагал, не мог предполагать, что вам, женщине, и вашим школярам удастся найти это месторождение.

— А вы его знали?

— Знал.

Лидия Петровна и ее молодые помощники изумленно переглянулись.

— Я его открыл задолго до вас, — со злой усмешкой добавил Молготаев.

— Вы? — перебил Василий Александрович.

— Без меня не открыли бы. Я привел геолога в Долину Смерти.

— Кого?

Оркот пожал плечами.

— Забыл уже. Давно было. Да это и неважно.

— Нет, важно, — вмешался в разговор Нуклай.. — С вами был горный инженер Лебедев. И звали его Сергей Леонтьевич. Отчество его вы очень хорошо запомнили. Даже себе присвоили.

— Опять соврал, собака, — вскипел Тахтай.

Молготаев с ненавистью взглянул на старого партизана и, потеряв обычное самообладание, сердито заговорил:

— Я не находил нужным называть имя своего друга.

— Друга?

— Да. Он открыл месторождение, которое лежало в моей земле, в земле, которая веками принадлежала роду Молготаевых. Моя земля, моя и ртуть…

— А где сейчас Лебедев? — холодно спросил Нуклай.

— Умер.

— Где?

— За границей.

Нуклай даже задрожал от негодования, но его перебил Василий Александрович, обратившийся к Молготае-ву с совершенно неожиданным вопросом:

— Как вас зовут?

Молготаев оторопел и машинально ответил: — Оркот.

— Это я знаю. А как вас назвали, когда крестили? Как вас зовут по-русски?

— По-русски? Могу сказать, если это вам так интересно: Алексей Тимофеевич.

Василий Александрович многозначительно переглянулся с Нуклаем, и тот поспешно достал из вещевого мешка хорошо знакомый Димке заржавленный пистолет. Юный разведчик так и впился в него глазами: на правой щеке пистолета теперь отчетливо виднелись все три буквы — «А» «Т» «М».

— Узнаёте? — продолжал Василий Александрович. Нижняя челюсть Молготаева сразу отвисла.

— Узнаете пистолет, на котором выгравированы ваши собственные инициалы и который вы потеряли на месте убийства? За что вы убили инженера Лебедева?

Молготаев овладел собой и глухо произнес:

— Теперь мне все равно… Можно и рассказать. Говорил он медленно, нехотя, но подробно. И ребята,

успевшие изучить Долину Смерти, довольно ярко представили себе всю картину преступления…

…Отпустив Сарыха и проводников, Молготаев н его спутники начали спуск в загадочную долину.

Лебедев шел впереди и, ловко лавируя между скалами, осматривал одно за другим обнажения горных пород. То там, то тут раздавался стук его массивного молотка.

Молготаев и геоморфолог вели в поводу лошадей.

И вдруг откуда-то донесся приглушённый крик. Путники испуганно переглянулись.

Крик повторился.

Молготаев узнал голос Лебедева, но раздался он откуда-то издалека, словно из-под земли.

Иван Фёдорович, а за ним и Оркот поспешили на крик и скоро оказались перед входом в пещеру. Вошли и обомлели. На полу лежали скелеты.

Молготаев и ученый, не помня себя, выбежали на открытое место.

Они только уСпели заметить, что Лебедев спокойно изучал стены пещеры.

Оркот трясся от страха, а Иван Федорович исступленно вопил:

— Господин Лебедев, господин Лебедев! Что вы там делаете?

Немного погодя инженер вышел из пещеры и, возбужденный, не обращая внимания на спутников, пошел дальше.

Шагах в двадцати остановился и снова начал бить молотком по камню.

Геоморфолог заинтересовался.

— Наткнулись на что-то?

— Да, коллега. Киноварь. И с каким содержанием! Это же целое богатство! Ртуть!

Услышав слово «богатство», Молготаев подошел к скале и своими глазами увидел сверкавшие на солнце малиново-красные зерна киновари.

— Ртуть? Большое богатство? Моя ртуть, мое богатство.

— Почему ваше? — спокойно спросил Лебедев. — То, что находится в недрах земли, принадлежит государству, народу.

— И ты отдашь мою ртуть народу? Инженер пожал плечами и повернулся спиной. Молготаев выхватил пистолет…

Над лагерем нависла тягостная тишина.

— Как же вы переправились за границу? — негромко спросила, наконец, Лидия Петровна.

— Это было не трудно. Когда мы с геоморфологом выбрались из Долины Смерти, то в покинутом пастухами лагере нашли мертвого Хазана и насмерть перепуганного Сарыха. Через несколько дней ночью пробрались домой… Взяли с собой кое-что…