Прекрасная притворщица - Хейно Сьюзен Джи - Страница 5

– Вы провели последние четыре года в борделе мадам Эудоры или работали где-нибудь еще?

Софи удивленно приподняла брови, у Клеммонса же просто отвисла челюсть. Растмур почти поверил, что ему мало что известно о прошлом Софи, хотя нелегко было представить, где еще мог такой расчетливый и женоподобный мужчина найти себе жену, как не в борделе.

– Бордель? – прошипел Клеммонс.

Софи вскочила и принялась пятиться, но лишь загнала саму себя в угол. Страх на ее личике нельзя было списать на актерскую игру.

– Это не ваше дело! – бросила она. – Я больше не в борделе, и я не пойду с… ни с кем из вас!

Теперь в ярости вскочил господин Клеммонс и обернулся к Линдли и Растмуру.

– Оставьте ее! – потребовал он высоким, визгливым голосом. – Разве не довольно она пережила из-за таких, как вы? Держите свои грязные мысли и недостойные обвинения при себе!

Растмур никогда прежде не имел дела с мужчиной в истерике, но сейчас, очевидно, видел перед собой одного из них. Если бы Клеммонс не был таким хрупким и таким… хм-м… милашкой, сейчас он мог бы показаться почти пугающим. Впрочем, его пыл был достаточно убедительным. Он, очевидно, не одобрял подобных разговоров о своей жене.

– Я лишь хотел сказать, что… – попытался оправдаться Растмур, но не закончил фразу.

Клеммонс ринулся к нему и толкнул так, что Растмур полетел прямо на Линдли. Оба джентльмена повалились на пол, в то время как Клеммонс бросился к рыдающей жене.

– Идем, Софи, – хрипло произнес он, взяв ее под руку. – Почтовая карета еще во дворе. Давай уедем.

Линдли помог приятелю подняться.

– Черт побери, Растмур…

Тот хотел было поинтересоваться, почему Линдли ругает его, тогда как в их падении был виноват исключительно Клеммонс, но не успел. Одновременно на столе разлетелся вдребезги стакан и раздался грохот. Из кресла, стоявшего между друзьями, с треском полетели щепки, поскольку в него угодила разбившая окно пуля, едва не задев Линдли и Растмура. Софи и Клеммонс вскрикнули. Их голоса были невероятно похожи.

– Ложитесь! – взвизгнул Линдли.

Растмур упал на пол, Клеммонсы упали рядом. Линдли опрокинул на бок стол, чтобы защититься от выстрелов. Однако больше их не последовало.

– Вы не ранены? – спросил Растмур у четы Клеммонс.

– А вы? – переспросил мистер Клеммонс.

Его огромные, как у женщины, глаза были полны тревоги, и на мгновение Растмур утонул в них. И зачем только Бог дал такие глаза мужчине? Однако Клеммонс быстро отвернулся, полностью переключив внимание на жену.

Растмур взглянул на Линдли:

– Что происходит, черт возьми?

– Не знаю, – ответил Линдли, поднимаясь с пола. – Я проверю главный вход, а ты ступай к черному.

– Отлично, – согласился Растмур, поскольку не представлял, что еще можно сделать в такой ситуации. Он снова бросил взгляд на Клеммонса: – Оставайтесь здесь и не поднимайтесь с пола.

Казалось, мистеру Клеммонсу такие указания пришлись не по нраву, но Растмур не собирался выслушивать его жалобы. Пригнувшись, он последовал за Линдли и незаметно выбрался из комнаты. Хозяин, едва не столкнувшись с ними, потребовал объяснить, что случилось в его лучшей комнате.

Линдли не обратил на хозяина ни малейшего внимания и проследовал к двери гостиницы, ведущей во двор. Растмур же пробормотал, что трактирщику стоило бы держаться подальше от окна, и зашагал к задней двери. По правде говоря, он сомневался, что хозяину – да и любому из гостей – грозит опасность. Хотя Растмур и не видел стрелка, но предполагал, что знает, в кого тот целился, – в него.

Джулия проводила взглядом мужчин. Столы и стулья были перевернуты, повсюду валялось разбитое стекло, а Софи начала дрожать. Боже правый, что произошло?

Должно быть, это все Фицджелдер! Нет, не он сам, а один из его наемников. Сам он слишком труслив для такой грязной работы. Каким-то образом эти люди нашли Растмура и едва не привели свой план в исполнение. Но как им удалось его обнаружить?

Наверняка это Линдли. Встретив Растмура на свадьбе, он, должно быть, послал весточку Фицджелдеру. Он все это время притворялся другом, сам же привел его в ловушку. И, Боже правый, он только что отправил его на улицу! Линдли пошел в одну сторону, а Растмур в другую – возможно, навстречу собственной гибели.

Но это чудовищно! Пока она прячется здесь под столом, Энтони могут убить! Нет, она не позволит этому случиться!

– Подожди здесь, – сказала Джулия Софи, выбираясь из-под укрытия.

Разумеется, Софи тут же запротестовала, но Джулия не обратила на нее внимания – ей нужно было срочно предупредить Энтони об опасности и сообщить, что Линдли в сговоре с Фицджелдером.

Она бросилась к черному ходу и тут же поняла, что это плохая идея. Ее ведь тоже могут убить. Джулия задержалась на верхней ступеньке крыльца и огляделась. Солнце висело низко над горизонтом, и деревья отбрасывали длинные тени. Энтони нигде не было видно. Вокруг было тихо. Слишком тихо.

Внезапно кто-то выскочил из кустарника позади Джулии и повалил ее на землю, заставив откатиться в тень густой листвы. Все произошло так быстро, что она даже не успела оказать сопротивления. Она могла думать лишь о том, как ужасна такая беспомощность.

– Лежите тихо, Клеммонс.

Хвала небесам, это Энтони. Он прижал ее к земле и, по крайней мере, был жив.

– Это Линдли… – попыталась сказать Джулия.

– Помолчите, – прошипел Энтони. – И будьте внимательны. Я ни на мгновение не поверил, что вы и ваша маленькая миссис просто проезжали мимо ради развлечения. Я знаю, кто ваша жена, Клеммонс. А теперь я собираюсь дать вам шанс рассказать, почему вы здесь и какова ваша роль в том, что происходит. И будет лучше, если мне понравится то, что я услышу. Говорите.

Но ради всего святого, что она могла ему сказать? Казалось, он знает о Софи больше, чем она сама. Бордель? Бедняжка Софи была в борделе? Но неужели Растмур действительно думает, что ее темное прошлое имеет что-то общее с покушением на его собственную жизнь? Джулия отказывалась верить в это.

– Это Фицджелдер, – произнесла она. Ее голос был слаб, поскольку вес Растмура перекрывал доступ воздуха. – Он нанял людей, чтобы они приехали сюда и убили вас!

– О? Полагаю, вы с ним заодно?

Она едва могла дышать.

– Нет! Это Линдли. Линдли с ним заодно.

– Что?

Давление на ее спину слегка ослабло.

– Это правда. Я слышал, как Фицджелдер планирует все это. Линдли был там.

Повисла тишина. Джулия слышала голоса, доносившиеся от противоположной стороны гостиницы, но Растмур не обращал на них внимания.

– Что у вас общего с Фицджелдером?

– Моя труппа давала представление в его доме. Я… случайно подслушал, как он разговаривает с другими. Нам едва удалось унести ноги.

– Вы уверены, что Линдли с ним заодно?

– Он был там, пока Фицджелдер и остальные планировали ваше убийство, клянусь. Но он не сказал ни слова в знак протеста.

Растмур наконец выпустил ее, и Джулия смогла вздохнуть. Она успела забыть, какими тяжелыми бывают мужчины, особенно такие высокие и крепко сложенные. Джулия заставила себя сесть.

– Так чего вы хотите от меня? – спросил Растмур.

– Я не хочу, чтобы вас убили.

– Весьма благородно. А теперь расскажите, чего вам действительно нужно? Денег? Ангажемент для вашей труппы? Шантаж семьи Софи?

– Она же вам сказала: у нее нет семьи.

– Мы все знаем, что это ложь. Клянусь, Клеммонс, я не позволю вам…

Но ему пришлось замолчать. За углом раздались голоса. Он метнул предупреждающий взгляд и сделал движение вперед, словно собирался выйти из укрытия. Джулия схватила его за рукав.

– Нет! Это Линдли! – воскликнула она.

Растмур выдернул руку и зажал ей рот.

– Тихо, – прошептал он, а затем направился прочь. – Нашли кого-нибудь? – спросил он, уже обращаясь к Линдли.

– Нет, но конюхи видели кого-то на дороге сразу после того, как раздались выстрелы.

– Никого не узнали? – поинтересовался Растмур.