Журнал «Если», 2002 № 04 - Диньак Жан-Клод - Страница 59

— Но мне уже известно, кем я буду, — со вздохом заметил Алек. Он вздыхал, потому что ему предстояло стать седьмым графом Финсбери и войти в Круг Тридцати, хотя на самом деле Алек хотел податься в пираты.

— Верно, но нужно соблюдать правила, — объяснил Луин, подавшись вперед с видом заговорщика. — Ты будешь классифицирован прямо на людях, вместе со своими сверстниками. Все усядутся вперемешку, Администраторы вроде тебя и Потребители, так, чтобы со стороны выглядело, будто шансы каждого равны. Каждый год с десяток Потребителей, мальчишек и девчонок, оцениваются так высоко, что они получают право войти в Круг. Ну и, конечно, один из Администраторов непременно проваливает экзамен.

— И что тогда?

— Ничего особенного, — поспешно заверил Луин. — Его готовят к приличной, не слишком трудной работе, так что больше не придется ни о чем беспокоиться до конца жизни. Но с тобой, сынок, этого не произойдет. Ты отправишься прямиком в свой Круг, потому что твой отец именно тот, кто есть… Тебе понравится. Познакомишься с другими ребятишками.

Алек подумал, что это, должно быть, забавно. Он никогда еще не встречался со своими сверстниками.

— А завтра я тоже увижу детей?

Луин кивнул.

— Поэтому, — добавил он, вынимая из внутреннего кармана конверт, — тебе нужно проглотить это.

Он открыл клапан и вытряс на ладонь ярко-синюю капсулу.

— Министерство рассылает их бесплатно. Миленькая штучка, верно? Это чтобы не подхватить никакой заразы. Мало ли с кем придется столкнуться? Многим, кто заболел, приходится терпеть уколы. Думаешь, легко, когда в тебя иглу втыкают? Так что тебе повезло. Но ты должен проглотить ее вечером, после ужина.

— Ладно.

Алек подхватил пилюлю и спрятал в карман блейзера.

— Молодец.

Луин помолчал, заерзал в кресле и неловко откашлялся:

— Ты не ударишь в грязь лицом, сынок, я точно знаю… но для этого нужно произвести хорошее впечатление.

— Потому что первое впечатление важнее всего, — подхватил Алек, цитируя Программу социального взаимодействия, которой его снабдили заранее.

— Угу. Так что мы не собираемся рассказывать о… гм… пиратах и тому подобном. Верно, сынок?

— Не собираемся, — торжественно пообещал Алек.

— И не пожелаем показать, как мы сообразительны, верно? Никаких разговоров о твоих способностях. Не стоит показывать людям, что ты немного не такой.

— Конечно, — согласился Алек. — Потому что тогда другим детям будет не по себе.

— Именно! — с облегчением выдохнул Луин. — Отец гордился бы тобой! А теперь пора на занятия.

— Да, сэр, — отчеканил Алек и, скользнув со стула, побежал наверх, в классную комнату. Мальчик был готов на все ради того, чтобы шестой граф гордился им, потому что в таком случае отец мог бы когда-нибудь вернуться домой. А вдруг он возьмет Алека в море, и все будет так, как до развода?

Алек понимал: не его, в общем, вина, что мама не хотела детей, но она все равно ушла, и это еще одна причина стараться быть примерным ребенком и получать высокие оценки в школе.

Но не слишком высокие.

Алек вошел в классную комнату, сел за операторский пульт и переключился на начальную школу Святого Стефана. Видеокамеры наблюдения, установленные по углам под самым потолком, следили за каждым его движением. Ближайшая внезапно выдвинулась вперед и принялась сканировать комнату. На мониторе компьютера появилось нахмуренное лицо директора школы. Алек взял считывающее устройство и провел над полосами школьного галстука, в которых была закодирована его идентификация. Недовольная гримаса директора мгновенно превратилась в улыбку, и Алек был допущен к утренним занятиям. Однако, прежде чем он успел начать, из шкафчика на левой стене раздался сиплый голос:

— Ад и пламя, парень, что это у тебя в пиджаке?

Не успел Алек отвернуться от пульта, как из проектора фирмы «Малдесина», стоявшего на шкафчике, вырвался световой конус. Мелькнули цифры кода, и в воздухе материализовалась мощная фигура мужчины — с черной бородой, свирепым лицом и умным взглядом маленьких глазок. Он был одет в камзол из алого сукна с шелковистым ворсом, на голове — треуголка.

А ведь ему надлежало иметь вид веселого морячка в кепочке яхтсмена, безвредного и добродушного, в полном соответствии с образом Приятеля-по-Играм, запрограммированного фирмой «Пемброк». Однако Алек, повозившись с программой, убрал массу ограничителей, после чего слово «безвредный» применить к Приятелю стало никак невозможно.

— Мне дали таблетку, чтобы я не подхватил от других детей никаких микробов, — сказал Алек.

— Чушь! В этой проклятой штучке запаяна схема!

— Правда?

Алек вынул капсулу и принялся с любопытством рассматривать.

— Вынимай инструменты, парень! — прорычал капитан. — Давай-ка поковыряемся!

— Но у меня уроки!

— К черту уроки! Пошли вместо себя Алека-2! — велел капитан.

Алек с ухмылкой пробежал пальцами по клавиатуре, включив программу с изображением двухмерного Алека, которую он специально написал, чтобы «двойник» отвечал на вопросы, когда Алеку требовалось улизнуть с уроков и заняться куда более увлекательными вещами.

— Есть, сэр! — воскликнул он, отходя от пульта и направляясь к рабочему столу. Устроившись поудобнее на стуле, мальчик вытащил из кармана маленький футляр с полезными инструментами. Капитан вызвал из киберпространства кресло, установил рядом и, неуклюже нагнувшись, злобно уставился на синюю капсулу. Продолжалось это несколько секунд, после чего он выпрямился и принялся сыпать проклятьями. Алек завороженно слушал, шалея от восторга. Он уже успел выучить целую кучу весьма интересных слов.

— Кашалот на мою задницу! — ворчал капитан. — В этом маленьком ублюдке встроен монитор! И я знаю зачем, гром и молния! Бьюсь об заклад, старик Луин велел проглотить это на ночь!

— Точно так, сэр.

— Хм… ему невдомек, что это часть дерьмовой классификации!

Капитан погладил бороду, продолжая мрачно рассматривать капсулу.

— Как только эта штука оказывается внутри, она сразу же начинает передавать твою реакцию на вопросы. Комитет по образованию знает твой пульс, кровяное давление, частоту вдохов-выдохов, время реакции, словом, полный набор. Все так, словно тебя прицепили к одному из древних детекторов лжи.

— Но я не собираюсь никому врать, — возразил Алек.

— Не в этом дело, приятель! Разве Луин не объяснил тебе насчет чертовой сортировки?

— Объяснил. Все это для того, чтобы увидеть, что я за человек.

— А именно этого мы и не хотим, верно, дружище? — усмехнулся капитан.

— Не хотим, — вздохнул Алек. — Потому что я другой, верно?

Мальчик не знал, чем отличается от остальных детей. Ну, подумаешь, счет! Да разве мало тех, кто, как и он, способен при взгляде на дерево сразу сказать, сколько на нем листьев? Или, к примеру, расшифровать пароли для входа в программу Приятеля-по-Играм, чтобы перепрограммировать его по своему желанию.

Впрочем, об этих его способностях знал только капитан. И немного — Луин.

— Им бы только нос сунуть, куда не просят! — не унимался капитан. — Не терпится вонзить когти в моего юнгу! Ну что же, мы натянем им нос, парень! Настроим их шпиона таким образом, чтобы он доносил только то, что мы сочтем нужным сообщить, верно? Вскрой его, дружище, и посмотрим, как это сделать.

— Есть, сэр!

Алек вынул ювелирную лупу с прикрепленной к ней эластичной лентой, надел на голову и стал пристально всматриваться в капсулу, поворачивая ее так и этак.

— Она развинчивается! Взгляни-ка!

Одним движением пальцев он развинтил капсулу и высыпал содержимое на блюдце: крохотную детальку и примерно с четверть чайной ложки желтого порошка.

— Вот он, шпион! А это что за желтая штука?

— Похоже, настоящее лекарство, — протянул капитан. — Смети на ковер! Не стоит глотать всякую дрянь!

— Но я не хочу подхватить микробов, — запротестовал Алек, вытаскивая щипчики и другие инструменты, которые могли бы сейчас пригодиться.