Дурманящий запах мяты - Егер Ольга Александровна - Страница 62

   - Ну, спасибо, дружок! Помог! - поблагодарила я прижавшего уши волка. Он пристыжено глядел на меня. Ага. Сам испугался.

   Я схватила первое, что попалось под руку - крупный камень и швырнула его в тётку из ночного кошмара. Она двигалась медленно, но силищи в ней было немерено! Стоило мне выйти к ней и подойти, как дамочка схватив меня за ворот, подняла над землёй, да хорошенько встряхнув, придвинула свою страшную рожу к моему лицу. Из раскрытого рта донеслось зловоние старинного могильника. Так пахнут только трупы. У меня всё закружилось перед глазами и я беспомощно обвисла в её худосочных руках. Она же делала своё дело. Сквозь пелену помутившегося зрения, я видела, как бледный свет от меня поглощается ею. Я теряла силы и сознание... А она приобретала мою жизнь.

   Рычание, удар. И я падаю. Лежу на траве, возле командующего, а спасённый мною волк, защищает жизнь глупой амазонки, решившей, что справится в одиночку с нечистью.

   - Очнись! - хлестала по щекам я воина.

   Он открыл глаза. Они были совершенно белыми, и я испугалась, что для него уже слишком поздно принимать хоть какие-то меры. Но постаралась и сделала всё, что могла: била его по щекам и громко ругалась матерными словечками из недавно услышанных от Канония. Как ни странно, это подействовало. Ольгерд моргнул, приобрёл человеческий вид, однако продолжал лежать, отсутствующим взглядом рассматривая небо.

   Моего спасителя отбросили прочь. Тот отлетел, шваркнувшись об землю с жутким звуком, и жалобно заскулив, волк исчез в кустах. Я не знала ранен ли он, но надеялась, что жив. Упыриха, или кем она там была, бросилась на меня, схватив за горло. Она вжала меня в землю, отбирая остатки дыхания. Я барахталась, задыхалась, пыталась отбиться, но ничего не выходило - хватка упырихи была слишком сильной.

   Командующий всё лежал и не подавал признаков вменяемости. Он напоминал живой труп. Мне даже стало обидно: меня тут, понимаете ли, убивают, а ему - совершенно это не интересно! Отдыхает, небо, звёздочки рассматривает!

   Что-то изменилось в его состоянии. Голова повернулась в мою сторону. Серые глаза сосредоточились на моём красном лице, и мужчина, наконец, поднялся. Отбросив от меня упырицу, он потянулся за единственным оружием, которое можно найти в лесу - палкой. Разъярённая ведьма кинулась к Ольгерду, наставившему на неё деревяшку. Ему удалось пригвоздить женщину к дереву. Рогатина держала её за шею, так что сделать нам что-либо она не могла. Но кое-что ей удалось: обе её руки потянулись к голой груди командующего. Они хрустели, будто в них ломались кости, удлинялись и вот когтистые пальцы впились в кожу, расцарапывая, пуская кровь. Запах страха и боли доводил упырицу до экстаза, она извивалась и хохотала. Командующий терпел, но всё же дрогнул, отпустив рогатину. Женщина было бросилась к нему, но в моих руках удачно оказалась внушительная дубина, которой я со всей дури, размахнувшись, вмазала по хлипкому телу уродины. Она пролетела с метр и упала. Поднявшись, женщина что-то услышала, оглянулась и испугано пыталась бежать. Но что-то или кто-то, стоящее в темноте и скрывающее свой облик не позволило ей уйти. Наоборот, манило, требовало, приказывало прийти! Ведьма рыдала, скребла когтями по земле, но шла. Мы сидели с Ольгердом и просто смотрели. Может быть неведомое нечто и нас околдовало, поэтому мы не могли двинуться. Но мы не проверяли. А упырица скрылась во тьме кустарника... До нас донёсся странный, пугающий шепот, всхлипывания и всё стихло... Гнетущая атмосфера ночного леса перестала запугивать двух уставших воинов.

   - Кажется, это конец! - заключила я.

   Командующий кивнул.

   - Уходим отсюда!

   Я была с ним согласна, как никогда! Ольгерд поднял свои рубаху, перепачканный мундир и мы двинулись к селу. Командующий шёл с трудом. Я предложила свою помощь, шмыгнув ему под правую руку, и перехватив за торс. Он не сопротивлялся, принимая это молча.

   - Не думала, что у вас такой дурной вкус! - пыталась пошутить я, и он улыбнулся.

   - Сам не ожидал! - согласился мужчина. - Последнее, что помню - лицо Эли...

   Его голос надломился, а я продолжила вместо него.

   - Элины?

   Ольгерд удивился моей осведомлённости. Пришлось объяснить.

   - Тай... - сдала я, и постаралась исправиться. - То есть господин советник рассказал. Не злитесь на него... Просто...

   - Ничего! И не смущайся так, я давно заметил, что вы общаетесь не по уставу! - примирительно заговорил он. - Но обидеться на него стоило бы. Хотя... А как ты во всё это вмешалась?

   - Скучно было. Услышала шум за дверью и...

   Тут меня осенило! А ведь упырица вышла из дома старухи... Значит, она и та ведьма как-то связаны. Может быть о нашей хозяйке не с проста слухи ходили о её сговоре с потусторонним миром. Стоит, наверное, проверить. Если в доме нет, значит...

   Мы дошли до пригорка, поднялись по склону. В лесу завыл волк. Я обернулась. Услышав голос зверя, с моей груди будто сняли что-то тяжёлое. Видимо, вот каково оно оно - чувствовать ответственность за того, кого приручил!

   - Вот... блин! - выругался над моим ухом командующий, и я повернулась, чтобы рассмотреть, что его так расстроило.

   В поле зрения попала крепкая мужская фигура. Ссутулившийся, сжимающий кулаки мужчина при ближайшем рассмотрении оказался Тайреллом, советником Каррским. Он был чем-то серьёзно озабочен. Глядел на нас. Увиденное так его расстроило, что плюнув в сторону Тай очень быстрым шагом вернулся в харчевню.

   - Чего это он? - не понимала я.

   - Я разберусь с ним, не волнуйся! - заверил командующий и попытался избавиться от моей поддержки. Я остановила его, не позволив уйти.

   - Чего мне волноваться?

   Он как-то странно на меня посмотрел, поджал нижнюю губу в попытке сказать нечто, но удержал, рвущиеся звуки. Ольгерд раздирался между другом и помощью. Рассудив, что в таком виде являться в харчевню плохая идея: начнётся суматоха, будут расспрашивать о произошедшем, но отвечать на какие-либо вопросы не готов ни один из нас, он выдохнул и решил обождать.

   - Вам, между прочим, нужно раны обработать. Идёмте!

* * *

   В доме было тихо и пустынно. Ничего пока не объясняя командующему, я занялась обработкой его ран. Не глубокие отметины рассекающие кожу на груди особого вреда здоровью мужчины не нанесли. Были, конечно, и более серьёзные - пять дыр от когтей на рёбрах. Слава Богине, они не гноились.

   - А где хозяйка? - осмотрелся по сторонам командующий.

   - В лесу. Или вы уже всё забыли?

   Судя по округлившимся глазам, до него только сейчас дошло, что та страшная тётка и моя ведьма-хозяйка - одно лицо.

   - Вы ещё не поняли? Я как раз хотела об этом рассказать, когда на горизонте явился наш драгоценный господин советник.

   - Наш? - рассмеялся, поддразнивая меня, он.

   - Хорошо, ваш!

   От смеха командующий схватился за больные рёбра.

   - Почему ты так сразу смущаешься? - высмеял меня он, я туже затянула повязку, намеренно сделав ему больно.

   - Надеюсь, до завтра её тело не найдут, а советник никому не расскажет, что видел нас выходящими из леса. А то грозит нам с вами за убийство, знаете что? Пусть она даже и ведьмой оказалась - ничего не сможем доказать.

   - Почему ты считаешь, что она мертва?

   - А вы считаете, после всего этого она жива? - возмутилась я. - Заметили, как она не хотела идти туда? Она боялась. Кого или чего может бояться такая, как она? Только смерти, собственной!

   Слова мои прозвучали очень убедительно и эхом пронеслись по пустой комнате, однако у командующего возникли новые вопросы.

   - Почему нас должны казнить? Мы же не смогли даже толком дать ей отпор?

   - Сомневаюсь, что кроме наших следов, там обнаружатся ещё чьи-то. Смерть, наверняка, не оставляет отпечатков. Хотя...

   Там могли оказаться следы зверя, и вполне возможно, что если и обнаружат изуродованное тело, то: во-первых, не узнают в нём именно нашей хозяйки; во-вторых, могут посчитать, что растерзал её дикий зверь. Теоретически, мы будем чисты. Собственные умозаключения сняли тяжкий груз с моих плеч. Но посвящать в мысли командующего я не стала. О волке лучше никому не знать!