Эмбер - Шарп Бетти - Страница 15

Почувствовав нежное касание на своей щеке, я открыла глаза и обнаружила, что принц смотрит на меня. Его темные глаза были прекрасны, как ночное небо, а на красивом лице отражалось беспокойство.

– Почему ты плачешь?

Я покачала головой:

– Я должна была скормить огню свое сердце вместо пальца. Если бы я сделала это, то не предала бы доверие хорошего человека.

– Эмбер. – Он осторожно положил ладонь на мою щеку. – Ты не...

– Это не я лежала только что под тобой и кричала от наслаждения, пока ты меня трахал? Не я только что раздвинула ноги для другого мужчины? – Я оттолкнула его и вскочила с постели. – Ты трахнул меня так, словно имел на это право. Но у тебя нет таких прав. Я люблю Риана. Ты сделал мое тело предателем, но мое сердце и душа принадлежат ему!

Я развернулась и бросилась к двери.

– Эмбер! – Он потянулся, чтобы схватить меня, но моя кожа обожгла его, когда он ее коснулся. Приглушенно охнув, он разжал пальцы. – Подожди!

Его проклятье звало меня обратно, но гнев придал сил там, где верность и любовь подвели. Я вырвалась из комнаты и сбежала по лестнице. За спиной послышались тяжелые шаги – принц погнался за мной. Он кричал, приказывая мне остановиться и послушать, но я отгородилась от его слов. Мне удалось оторваться от него, добежав до коридора для прислуги. У принца не было свечи, а я знала дом как свои пять пальцев. Я спряталась в погребе и оставалась там три дня до самого полнолуния, пока не уверилась, что принц вернулся в замок.

Перепачканная и всё в той же одежде, в которой убегала от принца, я вышла в полночь в первое же полнолуние. Риан сидел у стены летней кухни с мехом вина на коленях и обеспокоенным выражением лица. Едва увидев его, я расплакалась.

Он притянул меня в объятья и зашептал низким, спокойным голосом, который я слышала, когда он утихомиривал паникующих лошадей:

– Любимая, где ты была? Я так волновался за тебя. 

Он целовал мои грязные щеки и гладил спутанные волосы.

– Не надо. – Мне было противно, что он дарит мне нежность, когда я заслуживаю презрения. – Мы не должны больше видеться. Я не знала об этом, но я бессердечна. Я предала тебя, Риан, и не могу поручиться, что не сделаю этого снова.

Он сжал мои щеки руками и всмотрелся в мои глаза.

– Я люблю тебя. Ты не предавала мою любовь, ты доказала, что тоже любишь меня.

Я покачала головой, хоть он и пытался успокоить меня. Он не понимал. 

– Нет, Риан. Найди себе женщину, которой сможешь доверять. Ту, у которой будут все пальцы и которая не станет пугать твоих лошадей. Я отдала слишком много себя. Слишком много, но недостаточно.

Я вырвалась из его рук и убежала в ночь. Не слишком быстро, потому что искалеченная нога не позволяла, но, годами скрываясь от принца, я выучила все глухие переулки. Хотя Риан и пытался меня догнать, но вскоре потерял в городском лабиринте.

Две недели я бродила по Темному лесу на востоке от города. Однажды ночью я нашла кольцо языческих камней, развела костер и много часов просидела там с ножом в руках, пытаясь понять, какую часть себя должна отсечь, чтобы сопротивляться принцу и все же продолжать любить Риана. Но и любовь, и предательство таились в одном – в моем сердце.

Незадолго до рассвета огонь разбудил меня посланием. Я подбрасывала сухие листья и маленькие веточки, пока в языках пламени не появилась картинка. Гостиная нашего дома на Дворцовой площади. Майнетт сидела на синем кожаном стуле. Сильви и Дульси – рядом, на золотом бархатном диване. Взгляды у всех троих были бессмысленными, и вскоре я поняла почему. В комнате вместе с ними находился принц – и на его лице застыло решительное выражение

– Я хочу, чтобы ваша сестра перестала избегать меня. Где бы я ни смотрел, я не могу ее отыскать.

– Нельзя найти ведьму, если она того не захочет, – пробормотала Дульси.

– Да, но я могу заставить ее прийти ко мне. Поклянитесь, что приведете ее. Поклянитесь, что приведете ее ко мне во дворец. Он защищен магией ведуний. Ее колдовские заклинания не сработают в его стенах. Я узнаю ее, когда увижу. Я заставлю ее остаться и выслушать меня.

Сестры попытались возразить, но принц взмахом руки заставил их замолчать. 

– Поклянитесь, что приведете ее или заплатите своими жизнями в случае неудачи. И расскажите ей о клятве сразу же, как только увидите.

За городом в своем каменном круге я стиснула зубы и возненавидела его за то, что он использовал все, что мне дорого, против меня. Прежде я никогда не понимала, что заставляло других ведьм отказываться от своих семей и друзей или жертвовать ими, но теперь поняла. Любовь сделала меня слабой и, хуже того, подвергла дорогих мне людей излишней опасности.

Если бы я не любила Риана, то не сбежала бы за город от стыда и вины за измену. Если бы я не любила своих сестёр, то принц не смог бы использовать их, чтобы заставить меня вернуться.

Мои сестры неохотно повторили его слова. Я знала, что должна возвращаться.

7. Возвращение

Грязная и потрепанная, я ввалилась в кухонную дверь на рассвете. Там была Дульси, которая тщетно пыталась разжечь огонь под чайником. Я подмигнула очагу, и пламя тут же ожило для меня, как и всегда.

Дульси удивленно вскрикнула и, развернувшись, уставилась на меня.

– Это правда ты, Эмбер? Ты вернулась?

– Да.

– Я должна сказать тебе...

Покачав головой, я заставила Дульси замолчать.

– Не нужно, я знаю. Ты должна привести меня к нему.

– Как ты?..

– А разве я не всегда в курсе? Ты не должна беспокоиться об этом, потому что он вырвал у вас клятву неумело – он не определил срок, что значит, ты можешь выполнить обещанное, когда пожелаешь, даже если это случится через десять лет.

– Ох. Я так волновалась. – Дульси присела, пока я заливала чайные листья горячей водой. – Я не хотела снова предавать тебя.

– Ты никогда меня не предавала. – Я принесла к столу заварной чайник и наши чашки. – Проклятие принца сильно. Чтобы сопротивляться ему, есть не так много способов.

Дульси кивнула, но осталась все такой же грустной и напряженной. Под глазами залегли тени, а обычно розовощекое лицо выглядело изможденным. Я забеспокоилась.

– Выглядишь ужасно. Ты заболела?

Дульси распахнула глаза, а ее щеки запылали от гнева. 

– Не знаю, почему я скучала по тебе, Эмбер. У тебя совсем нет такта. Я не ужасно выгляжу, просто плохо спала. Из-за тупой воющей соседской собаки и переживаний о принце я всю прошлую неделю не смыкала глаз.

Хотя немногие заподозрили бы в куртизанке такую трепетность, но у Дульси было очень плохо со сном. Я как-то слышала историю о принцессе, которая спала на ста перинах, но просыпалась из-за единственного камешка, закатившегося под нижний матрац. Ее слуги так устали от постоянных жалоб, что однажды ночью столкнули ее с этой горы матрацев, и она сломала шею и умерла. У Дульси было что-то похожее, но в куда более мягкой форме. Мы старались помочь ей, как могли.

Сильви, Майнетт и я сделали все возможное, чтобы Дульси не просыпалась каждые несколько часов по ночам. Сильви хитростью убедила мэра Города Монархов запретить шумные повозки и лоточников на Дворцовой площади. Майнетт проследила, чтобы у Дульси была самая тихая комната в доме. В прошлом году, когда одна наша соседка отказалась утихомирить свою лающую собаку, я убила животное, чтобы заткнуть его.

– Я не должна злиться на тебя, – покачала головой Дульси. – Это верно, я жутко выгляжу. Но раз ты вернулась, как думаешь, сможешь сходить к соседям, как в прошлый раз, и уговорить их отослать собаку?

– Конечно. – Я улыбнулась и налила ей чаю. – Тебе стоит пойти наверх и отдохнуть. Все будет просто отлично. Обещаю.

Допив чай, приготовила ванну, погрузилась в душистую пену и оттерла с тела грязь скитаний. Теперь я не утруждала себя маской Золушки, потому что принц знал правду, а скрывалась я именно от него.