Темноты - де Би Эрик Скотт - Страница 31

— Моя игра, дражайший вигилант Дрен, — ответила Файне, — сами тайны и загадки. Вся соль в процессе, — всё ещё обхватив мужчину руками, полуэльфийка прижалась щекой к его груди и заурчала: — Ты, должно быть, очень подвижен. Она не только хорошо выглядит, но и на ощупь словно скала.

— Ух, — из-за царившего в его теле онемения Кален не чувствовал рук девушки.

— Твёрдая, словно камень, — она зарылась носом в его грудь, и Кален почувствовал небольшой зуд. — А шрамы я тоже люблю.

Грудь, идиот, подумал Кален. Продолжай думать головой!

— Ответь на остальные вопросы, — сказал он. — Ты здесь с какой-то целью. Ты пришла за деньгами? У меня их немного, но они твои.

— Ничего подобного! — Файне выглядела оскорблённо. — Я не занимаюсь ничем таким, кроме, — она эффектно откинула голову, — скандалов и козней, — голос её был елейным.

— Ты, должно быть, писательница, — пробормотал он.

— В точку! — лучезарно улыбнулась Файне. — Я обычно об этом не распространяюсь, но я, по сути, пишу в одну газетёнку, чьё название тебе должно быть известно. «Глумливый Менестрель».

Глаза Калена сузились.

— Атлас Срезз, — пробормотал он.

— Какая хорошая догадка! — прищурилась Файне и облизнула губы. — Ты можешь читать мысли?

— Нет, — сказал Кален. — Просто она столь же беспардонна.

— Очаровательно, — мурлыкнула Файне. — С каждым мгновением ты мне нравишься всё больше и больше, Тенеубийца.

Кален скрипнул зубами. Почему Арэйзра так долго? Почему она не уходит? Файне смотрела на него прямо, видела его словно насквозь этими глубокими серыми глазами…интересно, сколько он ещё сможет продержаться прежде, чем собственные слова — или тело — откажут ему.

— Я надеялась убедить тебя, — сказала Файне, — взять меня с собой на завтрашний бал.

Кален нахмурился.

— Бал?

— Так вот... — сказала Арэйзра. Она перестала плакать посреди своего рассказа, в немалой степени благодаря кружке подогретого, дымящегося сидра.

— То, что произошло — несчастный случай. Тал... Таланна прыгнула слишком далеко…

—Ясно… — сочувствующе кивнула Целлика.

Мирин тоже кивнула, хотя и не знала, о чем они говорили. Кален же и есть Тенеубийца. Но она решила, что лучше держать рот на замке.

— Я не могу понять, — сказала Арэйзра. — Тенеубийца мне показался таким... даже не знаю, как описать. Он явно не хотел, чтобы его поймали, но ведь он помог мне выбраться из ямы, когда мог сбежать. Да и когда Тал упала, Тенеубийца исцелил её. Разве так должен был вести себя преступник?

Целлика пожала плечами.

— Нет, конечно.

— Тогда зачем скрывать лицо? — спросила Арэйзра.

— Я уверена, у него есть на то причины, — ответила Целлика. — Все это так романтично, не правда ли? Ну, прямо как в книгах. Но мне кажется, — Мирин заметила, как взгляд полурослицы скользнул по шкафу. — Я уверена, что кем бы ни был Тенеубийца, он не хотел, чтоб с Таланной так получилось.

Арэйзра пожала плечами.

— Таланна...

Целлика, потягивая сидр, осторожно спросила:

— С ней будет все хорошо, да?

Арэйзра кивнула. Воительница поймала взгляд Мирин, большие голубые глаза Арэйзры уставились на девушку. Мирин, как могла, укрылась за большой кружкой сидра.

— А ты, эм, Мирин, да? Что ты скажешь?

— Это... всё звучит так волнующе, — сказала она. — Даже не могу себе представить. Эм…

Глоток сидра ожёг ей язык, и девушка поперхнулась. Арэйзра придвинулась к ней на опасно близкое расстояние.

— А откуда ты знаешь Калена, Мирин?

— Она его не знает, — сказала Целлика. — Она… друг, из Западных Врат. Мой друг. Но не его.

Арэйзра поджала губы.

— Но ты же видела Калена, да?

— О, да! — сказала Мирин и тут же пожалела о своей несдержанности.

— А что ты о нем думаешь? — спросила Арэйзра, пристально глядя на Мирин.

— Он такой… — Мирин посмотрела на Целлику, в отчаянии качавшей головой. — Д-добрый, — сказала она. Девушка посмотрела на ложку, которую нервно вертела в руках. — Он очень добрый. Да.

— Добрый?

Арэйзра сердито посмотрела на беспомощно улыбающуюся Целлику.

 — Похоже, ты знакома не с тем Каленом, которого знаю я.

Мирин открыла рот, но она не смогла подобрать нужных слов.

— Боги свидетели, мне кажется, что и не хочу знать, — сказала Арэйзра. — Жизнь гвардейца Дрена — это его личное дело, и он явно не хочет что-либо менять, — встав, леди-рыцарь наклонилась к Целлике, поцеловала полурослицу в щёку и кивнула Мирин.

— Блестящих монет, — Арэйзра подошла к стойке у окна, где оставила китель. Мирин нагнулась к Целлике.

— Что это значит? — спросила она. — «Блестящих монет»?

— Так говорят в Глубоководье. «Пусть тебе улыбнётся удача» или нечто в этом роде.

— Ааа, — Мирин покачала своей кружкой. — Она такая милая.

Полурослица перешла на шепот.

— Я полагаю, она думает, будто ты шлюха или некто в этом роде.

— Что?

Полурослица покраснела и тряхнула головой.

— Не бери в голову.

— Целлика, — позвала стоявшая у окна Арэйзра. — Что это, пятна крови?

Мирин и полурослица посмотрели на Рэйз, опустившуюся на колени и изучавшую красные пятна на подоконнике и полу. 

— Это из-за меня, — сказала Целлика. — В смысле, я сделала пирог и поставила туда, чтобы остудить, и с него капнуло варенье. Ну, подоконник не ровный, всё такое. Бывает.

Мирин снова почувствовала щекотание в ушах, что указывало на вмешательство волшебства. Тон у Целлики был немного изменён: это происходило, когда та сердилась или стремилась придать собственным словам силу.

Это подействовало на Арэйзру, пожавшую плечами.

— Ну, ладно, — сказала она. — Блестящих монет. Скажите Калену, что я его искала.

Леди-рыцарь направилась к двери. Целлика глубоко вздохнула от облегчения. Через некоторое время она подошла к шкафу, дернула защелку и открыла его. Кален выпал оттуда, а рыжая полуэльфийка свалилась прямо на него. Полурослица подбоченилась и посмотрела на них сверху вниз.

Только Кален стоял в шкафу, практически обездвиженным Файне, и вот он уже лежит на полу с Файне на нём. Он моргнул, глядя на Целлику с разгневанным лицом и на Мирин, которая отвела взгляд в сторону.

— Она ушла? — спросила Файне. — Отлично! — девушка встала и расправила юбку. — Ну что ж, мне пора идти. Увидимся на закате перед завтрашним балом? Прекрасно.

— Бал? — переспросила Целлика. — Завтра?

— Эм, — пробормотал Кален, поднимаясь на ноги. — Свиток, что я дал тебе. Тот, о котором я тебе…

— Ты имеешь в виду… — полурослица вытащила маленький скрученный свиток из кармана и развернула его. — Ты ведь не имеешь в виду наш бал?

— Наш бал? — переспросила Файне, широко раскрыв рот. Она перевела взгляд на Калена.

— Нет, — Целлика большими глазами смотрела на Калена. — Ежегодный костюмированный бал в храме Красоты в День Зелёной Травы — я именно для такого случая сберегала деньги. Нет, нет!

— Эм… — только и выдавил из себя Кален. Он посмотрел на пожавшую плечами Мирин.

Файне упёрла руки в бока.

— Ты просто очаровательна, коротышка, — произнесла девушка, — но Кален моя пара.

— Да ну? — сказала полурослица. Хотя ростом она едва доставала до живота Файне, Целлика выпрямилась и скрестила руки на груди. — Никогда не называй меня «коротышкой».

Файне фыркнула и сложила руки.

— Ну, если бы ты не была такой маленькой…

Внезапно Кален оказался просто посреди бури, порождённой их руганью. Даже все те схватки, в которых он участвовал, — даже те, которых воин осмотрительно избегал, — казались ничтожными по сравнению с быстрым, громким и смертельно-опасным спором двух разъярённых женщин. Кален было попытался один раз их унять, но его осадили так резко и грубо, что это больше походило на резкий удар.