Темноты - де Би Эрик Скотт - Страница 75

— Право, Эллин, ты меня выставляешь в столь дурном свете, — сказал её патрон. — Я всего лишь улаживал собственные дела — о столь неудачном стечении обстоятельств в твоём случае я и понятия не имел.

Файне хмыкнула — она и гроша ломаного не поставила бы на это.

— У тебя ключ есть?

Покровитель показал связку из двадцати ключей. Затем, как и думала Файне, эльф совершенно случайно выбрал ключ, с первого раза подошедший к замку. Ключ повернулся, а эльф удивлённо вздохнул.

— Ты невыносим, — сказала Файне.

— Просто повезло, — покачал тот головой.

Её покровитель зашёл в камеру так, словно у него в руках были ключи от всего города — его города — и, пожалуй, это могло быть на самом деле так. Файне подозревала, что эльф является одним из Тайных Лордов Глубоководья.

— Это попросту чудовищно, — мужчина указал на её лицо. — Следует ли мне защитить твою честь, любовь моя?

— Нет-нет, — голос Файне был гундосым и некрасивым из-за сломанного носа. Девушку раздражал тот факт, что она утеряла часть собственной красоты. — Я предпочла бы разобраться самой.

— Я думаю, да, — он облокотился о дверной косяк, перегораживая проход. — Моя милая ведьмочка, мне действительно следует хорошенько тебя отругать.

— Ох?

— За нарушение первого правила истинного злодея, — сказал он.

— Пустить по ложному следу?

— И верно, — её покровитель улыбнулся. — Что ж, тогда второго правила злодея, — поправился он.

Файне некультурно схаркнула на пол.

— И что это?

— Ничего не делать самостоятельно, — эльф улыбнулся и поклонился. — Наёмники и миньоны, дитя! С ними тебя не поймают — и шалости всегда выходят забавными.

Файне скрестила руки и надула губы.

— И кто же я, наёмник или миньон?

— Ох, тсс, — мужчина поцеловал её в лоб.

Девушка протиснулась мимо него и пошла по коридору. Он вышел и, словно только вспомнив, зачаровал замок — тот теперь будет работать от случая к случаю. Эльф ухмыльнулся при мысли о том, сколько проблем сможет принести столь малый трюк.

— Подожди, — сказал он.

— Да? — Файне повернулась и рухнула на колени, когда на неё обрушилась волна силы, сдирая маскирующие заклятия одно за другим. Ощущения были почти такими же, как когда Лориэн пустила в ход свой золотой жезл в тот вечер на балу, только жёстче. На этот раз сила не была мягкой, и Файне чувствовала до малейших деталей, как магия пронзает её.

Когда всё закончилось, Файне закашлялась и её вырвало. Девушка приняла свой истинный облик — бледная кожа, волосы под цвет камзола и сверкающие серебром глаза. Острые эльфийские уши и тонкие черты лица, кожистые крылья и длинный хвост, заканчивавшийся костяной пикой. Файне одарила эльфа взглядом демонических глаз.

— Это моё наказание? — ярко-красный язык мелькнул между чересчур острых зубов.   

— Никакой маскировки десять дней, — пожал плечами эльф. — Ты позволила паладину воспользоваться тобой из-за собственной неосмотрительности. Подобное не допустимо — только не для дитя, в чьих жилах моя кровь. Так что разберись с собственными слабостями.

— Хорошо, — она потянулась и зевнула.

Эльф моргнул — подобного ответа он действительно не ожидал.

— Уже? Ты довольна?

Хотя бы кто-то думает, что я красива, подумала Файне, но не сказала этого вслух.

— Возможно, моё настоящее лицо не так плохо, — Файне медленно встала и провела руками по гладким бёдрам. — Возможно, и тебе не стоит носить масок — или я одна тут смелая?

— Возможно, ты просто не столь умна, как я, — поправил он. — У кого тут из нас сломан нос, кто провёл полдня в темнице Стража, выплакав все глаза? — эльф посмотрел в сторону. — Наказание остаётся в силе до тех пор, пока ты не запомнишь собственное место.

— Пф! — Файне высунула язык.

 Мужчина рассмеялся.

— Видят боги, я совершал похожие ошибки и, в большинстве своём, по той же причине, — он погладил её по голове. — Любовь — это острейший меч.

Файне красочно выругалась.

Покровитель подмигнул и протянул амулет с костяной палочкой.

— И что же ты сделал, — спросила Файне, — чтобы исправить эти ошибки?

— Ох, ну, немного вот этого, — эльф описал рукой три круга в воздухе, — немного вот этого, — мужчина положил руку на эфес своей рапиры. Пальцами в белой перчатке он гладил звёздообразную гарду. Затем, будто это прикосновение напомнило ему о чём-то, он посмотрел на Файне ласковым, блестящим взглядом. — Она совершала эти же ошибки множество раз.

— Моя мать? — спросила Файне. — Цитара?

Он многозначительно улыбнулся.

— Ну вот, опять, — закатила глаза Файне.

— Я говорю со всей искренностью, — заверил эльф. — Ты напоминаешь мне свою мать в своих лучших и худших качествах. Она совершала много ошибок по велению сердца — твоё рождение и её смерть. Понимаешь?

Файне только кивнула. Ей было интересно, почему он не произносит имени матери. Возможно, для него это болезненно. Слабость, стало быть?

Когда они вышли из тюрьмы, сковывающее заклинание, заморозившее стражников, исчерпало себя — в замешательстве тюремщики кинулись искать арестантку. Файне чуть было не произнесла маскирующее заклятие, но её покровитель, понятное дело, этого не дал сделать.

В конце концов, она была его лучшей и самой важной ценностью. Она могла доверять ему — по крайней мере, до тех пор, пока её полезность себя не исчерпала.

Узы крови, подумала Файне.

Пока они шли под покровом невидимости, Файне размышляла над одним вопросом, который всегда хотела спросить — и теперь, когда очередной этап его игры подошёл к концу, девушка могла себе, наконец, это позволить.

— Ты разрешишь мне задать вопрос?

— Я определённо разрешу тебе его задать.

— Дварф, — произнесла девушка. — Это ты заплатил ему за убийство Лориэн.

Улыбнувшись, покровитель всего лишь махнул рукой.

— Лилианвиатен, — пробормотала Файне его имя.

На эльфийском это значило нечто вроде «мастер судьбоплёт». Файне знала, что некоторые звали его Лилтен. А ещё Последним Наследником, хотя он ей никогда и не объяснял, почему. Может, когда-нибудь эльф объяснит. Лет через десять. Или сто.

Это едва ли имеет значение, подумала Файне. Он был единственным в мире, кому она могла доверять: доверять, позволяя в равной степени любить и предавать её.

Иначе бы и не было доверия.

— Так Рас всё время работал на тебя? Почему ты не сказал мне? — не отступилась Файне.

— Чтобы моя игра удалась, мне нужна была твоя настоящая реакция, так ведь? И я знал, что ты просто испортишь всю игру, — он криво ухмыльнулся. — Ты бы видела своё лицо.

Файне хотела задать вопрос, но вдруг поняла всё — весь план до мельчайших деталей. Как он использовал её, чтобы управлять событиями, и позволил ей поверить в то, что ему было дело до её мести суке Наталан.

— Мирин, — сказала Файне. — Вся игра заключалась в Мирин.

— И? — взмахом руки подбодрил её тот.

— И теперь она одна, беззащитна... — Файне нахмурилась. — Ублюдок!

Эльф смахнул со лба прядь золотистых волос.

— Я такой.

Файне не смогла удержаться от смеха. Это было настолько очевидно — так просто — и так безупречно.  Она могла только молиться Бешабе, чтобы стать хотя бы вполовину столь же предусмотрительной с возрастом — чтобы возможность отплатить Лилтену за обман возникла скорее.

— Итак... Игра пошла согласно твоим желаниям?

— Конечно, — Лилтен потянулся и зевнул. — Следующий ход за мной.

— Я смогу помочь тебе с оставшейся частью игры, — Файне прижалась к нему вплотную: словно и ищущий внимания ребёнок, и обольстительная любовница, — и промурлыкала: — Я обещаю, что буду играть по твоим правилам.

— Это мило с твоей стороны, но нет, — эльф пожал плечами. — Удача со мной, как и всегда.

Конечно, думала Файне. Ещё бы — когда ты верховный жрец Бешабы, богини неудачи, в твоём статусе определённо есть преимущества.